Александра Елисеева – Озимый цвет (СИ) (страница 21)

– Неужели я только что услышала комплимент Арманьеле? Или я ослышалась?

Лицо князя осветила улыбка:

– Только не зазнавайтесь, огненная. Я все еще полон предубеждений. А теперь – приступим!

Я с ужасом пронаблюдала, как он закатал рукава, а потом надел фартук. Даже не так: ФАРТУК! Князь! Это смотрелось столь невероятно, что я протерла глаза. Неужели я не сплю?

– Арана, дышите, – ехидно усмехнулся он.

Мне захотелось себя ущипнуть. Новый образ Ристриха выглядел как умело наведенная иллюзия. И дело было даже не в его смешном внешнем виде, не в занятии, а в улыбке, совершенно счастливой и искренней. Никогда не видела его таким довольным.

– Это в замке я князь, огненная. А когда война, я просто командир. В полевых условиях можно многому научиться. Готовить пойманную дичь – это азы выживания. Правда, в лесу вино так бездарно не тратят, хотя этому рецепту меня научил боевой друг. Но… Поверьте мне, условия в замке Нерстед такие, будто Вемур каждый день готовится к войне. Впрочем, будь все по-другому – кто знает, может, и рода Нерстед уже не было.

– Ему есть кого опасаться? – напряглась я.

– Времена сейчас неспокойные, огненная. Узурпатор оставил Крайний север в покое, но это еще не значит, что его милость будет длиться долго. Передайте, пожалуйста, соль.

Я поставила солонку перед Ристрихом. Из-за того, что он распустил всех слуг на этот вечер, мне приходилось ему помогать.

– Мясо нужно солить непосредственно перед приготовлением, иначе оно получится сухим.

– Вы так рассказываете мне это, точно думаете, что я буду когда-нибудь сама готовить.

– В жизни нужно многое уметь, Арана. Нет лишних и бесполезных навыков. Но, надеюсь, вам не придется утруждать свои нежные ручки подобным трудом.

Он положил мясо на сковороду и отправил ее в печь. Пока Ино мыл руки, я рассматривала его широкую спину, напоминающую о том, что передо мной стоит не обычный аристократ, а воин. Любопытно, когда он оставлял нападки на меня и мог спокойно говорить, беседа с ним даже доставляла некоторое удовольствие.

Постепенно кухня наполнилась сводящим с ума запахом. Я не могла думать ни о чем, кроме жарящегося мяса, и гипнотизировала печь взглядом, отсчитывая минуты до готовности.

– Огненная, у вас такой хищный взгляд, что боюсь попадаться на пути, – пошутил Ристрих.

– Не советую переходить мне дорогу, – улыбнулась я.

– Уже готовитесь к свадьбе?

Я сразу помрачнела:

– Зачем спрашиваете, если и так все знаете? Я давно передала экономке новые указания.

– А платье заказали у портного?

– Я привезла его с собой.

Ни за что бы не доверилась в таком вопросе северянам. До отъезда в замок у меня было достаточно времени, чтобы обратиться к хорошему мастеру. Я знала, что мне предстоит, и решила подготовиться, пока имела такую возможность.

Мне сшили чудесное платье, которое невероятно нравится мне, но явно вызовет бурю эмоций у местной публики. Но я не привыкла к унылому стилю в одежде. Придется жителям замка принять меня такой, какая я есть.

– Страшно представить, как вы всех поразите.

Я кинула на Ристриха недобрый взгляд, и он не решился развивать тему. С помощью прихваток князь перевернул мясо. Даже еще не готовые куски смотрелись крайне заманчиво. Захотелось облизнуться, поглядывая на них.

Но я не стала упускать момент и попыталась расспросить князя:

– Есть ли новости о моем женихе? Когда он приедет?

– Арана, вас учили не говорить под руку? Я обжегся! – возмутился он, засовывая руки в чан с холодной водой.

Я почувствовала румянец на щеках. Иногда я забывала, что обычные люди боятся огня. Поэтому укоры Ристриха действительно задели. Я чувствовала за собой вину.

– Позвольте я, – вместо извинений предложила свою помощь.

Князь испуганно посмотрел, не успев вмешаться, как я взяла голыми руками раскаленную решетку, и перехватил запястье, желая убедиться в отсутствии ран, когда я закончила. Зеленые глаза Ино расширились от удивления.

– Арана, с вами все в порядке? – не веря тому, что увидел, спросил Ристрих.

– Вполне.

Он провел пальцем по нежной коже, едва порозовевшей от жара. Я даже не стала возражать, понимая его изумление. У любого другого человека уже пошли бы волдыри, но не у меня. Все потомки Красных домов не боятся пламени.

– Это магия рода? – взволнованно прошептал он.

– Нет, – поморщилась я. – Просто особенность крови. Это не редкость для Арманьелы.

– Удивительно…

Не желая разговаривать о родине, я с особым вожделением посмотрела на мясо. Пришла пора наконец-то поужинать.

– Ристрих, сколько можно морить голодом? Я хочу есть.

Князь выложил еду на тарелки, и в молчании мы приступили к трапезе. Я засунула первый горячий кусок в рот и зажмурилась от удовольствия.

– Это восхитительно! – довольно воскликнула я, наслаждаясь сочностью и мягкостью мяса, во вкусе которого угадывались терпкие винные нотки. С лица князя не сходило такое же расслабленное и счастливое выражение. Мне захотелось отбросить все приборы и наброситься на еду, хватая ее руками, но я сдержалась. Чувствовала себя так, будто очень давно не ела. – Вам стоило бы преподать несколько уроков местному повару.

Я смаковала каждый кусочек, тоскуя по временам, когда питалась так постоянно. Но можно привыкнуть ко всему. Правда, воспоминания о хорошем никогда не стереть.

– Как говорят священники, голод проясняет мысли. Сытость и праздность – это грех.

– Они просто не пробовали хорошей пищи.

– Ваша правда, – усмехнулся Ино.

Жаркое слишком быстро подошло к концу. Я тоскливо проследила, как Ристрих наколол на вилку оставшиеся кусочки. Горько вздохнув, я не сдержалась:

– Благородный человек обязательно бы поделился последним с леди.

– Разве я когда-либо давал вам повод думать, что у меня есть сердце? – с наигранным ужасом удивился он.

Я рассмеялась:

– Да и я не могу назвать себя леди. В Арманьеле нет такого титула, хотя в Льен многие упорно называют меня так.

– Хорошо, что вы озвучили это раньше меня, огненная. Пока женщина говорит о своих недостатках сама, ей это позволительно, но стоит заикнуться о них мужчине, как ему тут же объявляют войну. Причем не только задетая леди, но и все остальные. Из солидарности.

Мои губы тронула улыбка:

– К счастью для вас, в замке мало женщин.

– А это как раз прискорбно. Такой досадный факт крайне омрачает мою жизнь.

– За время знакомства с вами я сделала вывод, что вы совсем не цените особ моего пола.

– Вы ошибаетесь, огненная. Женщины не могут не радовать мужской глаз. Разве, если бы я поел один, получил бы столько радости, как в вашем обществе?

– Едва ли вы понимаете разницу между словами «ценить» и «развлекаться».

Он нахмурился:

– На что вы намекаете?

– Я говорю вполне четко. Вы любите только себя.

– Бросьте, Арана. Я не собираюсь с вами спорить. Благодарю за чудесно проведенное время, но мне пора идти. Надеюсь, вы не заблудитесь в коридорах замка и благополучно доберетесь до своих покоев.

Я вспомнила свои недавние слова о благородстве и ухмыльнулась. Но Ристриху не следует знать мои чувства.

– Темной ночи, князь.

– Хороших снов, Арана.