Александра Елисеева – Озимый цвет (СИ) (страница 20)

Дамиану Грасалю удалось снять с моей семьи несправедливые обвинения в смерти Гулмара из дома Сизого пепла, с чьим родом нам и так еле удалось найти общий язык, желая породниться, но, если я когда-нибудь снова вернусь домой, старый слух всплывет с новой силой. Яд, найденный в моих книгах, не оставил сомнений для родственников погибшего, кто его убил. Сердце Гулмара остановилось после встречи с одним человеком – со мной. Жизнь второго моего жениха тоже унес таинственный случай. Если смерть Дарена поначалу не вызвала вопросов, то после происшествия с Гулмаром они полились рекой.

Их обоих погубила странная отрава, подмешанная в питье. Я не имела к этому никакого отношения, но мне никто не верил, кроме моей семьи…

После того как наша семья обанкротилась и к тому же оказалась в немилости у императора, обвинения дочери в убийстве оказались для родителей последней каплей. Собрав все оставшиеся средства, они тайно отправили меня в царство Льен, надеясь заручиться помощью Дамиана Грасаля. Никто лучше него не способен распутать такой клубок интриг. Папа боялся писать князю письмо, но верил, что тот поможет дому Огненных искр в ответ на старую услугу.

Но Грасаль решил, что его помощь несоизмерима с тем, что он когда-то получил от отца, и потребовал с меня платы. Теперь я на Крайнем севере. Я – глаза и уши слуги узурпатора престола. Я не принадлежу сама себе и уже оставила надежды, что кто-то меня защитит.

Иногда я ловлю себя на мысли, что родители никогда и не думали, что я вернусь. Напротив, они явно надеялись, что я останусь в соседней стране. Зачем еще тогда мама отдала мне перед расставанием кулон? Зачем папа велел соглашаться с любыми предложениями Грасаля?

Даже без доказательств виновности в убийствах я навсегда останусь для арманьельцев «черной невестой». Мои женихи умирали как мошки, стоило нам только обручиться. Я бы уже поверила в проклятие, если б не догадывалась, кто за всем этим стоит.

К счастью, идея родителей должна увенчаться успехом. Наверное, лишь в другой стране я смогу безбоязненно выйти замуж, оставив прошлое позади. Вемур Нерстед может спать спокойно – опасность ему не грозит.

Только тот, кто пишет письма, не дает мне крепко спать…

Я до боли сжала руки. Ногти впились в ладони, оставляя следы. Красные полумесяцы горели на коже меткой беспомощности.

Думай, Ари. Кто желает тебе зла настолько, что готов ради этого поехать в самую дальнюю провинцию чужой страны? Кто будет так тебя преследовать, где бы ты ни очутилась?

Глава 8

Когда я уже собиралась готовиться ко сну, в комнату постучали. Эрин открыла дверь, и свет от зажженных факелов обрисовал силуэт Ино Ристриха. Неужели князь лично пришел высказаться после того, как к нему зашел Финн?

– Миледи, как чу́дно, что вы еще не спите. Мне нужно с вами поговорить.

Я нехотя пригласила его в гостиную, велела камеристке принести нам чая и, когда девушка оставила нас наедине, заговорила:

– Что же вас привело, князь?

Мой голос оставался совершенно ровным и спокойным, в нем ничего не выдавало волнения, скребущегося в душе. Я села с противоположной стороны от Ристриха, хотя не думала, что сейчас он посмеет нарушить границы. В такие моменты я особенно остро желала пробуждения родовой магии. Чувствовать себя бессильной, неспособной дать отпор – очень выматывает.

– Пожалуй, я должен перед вами извиниться.

Я недоверчиво вскинула брови, не веря, что он искренен. Словно не замечая моей подозрительности, князь продолжил:

– Я недооценил вас.

Я хмыкнула. Вот теперь Ино Ристрих больше похож на себя. Криво усмехнувшись, он бросил мне свернутую бумагу. Развернув свиток, я обнаружила договор. Сердце бешено застучало.

– Если это имеет значение, каждая запятая здесь была поставлена до общения с лордом. Арана, мне понравился ваш ход, но он ничего не значит. Вемур оставил меня наместником до своего возвращения, и Финн не может отдавать никаких приказов.

Он поднялся из кресла и подошел к окну, давая мне время ознакомиться с новым документом. Я погрузилась в вязь из букв, выискивая изменения. Не хотелось думать о том, что Ристрих даже не оставил мне шанса себя обыграть.

– Я смогу остаться в замке и участвовать в воспитании детей, если что-то случится с мужем. И мне вернут приданое. Благодарю за щедрость, князь. Но что же заставило вас изменить свое решение?

– Не время для иронии, огненная. Напоминаю, что я буду иметь право отстранить вас от потомков Вемура, если посчитаю нужным. Я много думал и решил дать вам шанс. Посмотрим, что из этого выйдет.

– Иными словами, хотите держать меня на поводке. Насчет расторжения брака… Ничего не поменялось.

– Нет. Вемуру нужна скромная и благовоспитанная супруга, поэтому держите себя в узде.

– Моему мужу по-прежнему достается полная свобода… Ино, скажите мне одно: как я могу быть уверена, что вы не скомпрометируете меня, чтобы разрушить нежеланный для себя союз?

– Арана, вы серьезно думаете, что я затащу в постель сопротивляющуюся женщину? Да если бы я и совершил подобное, нужно, чтобы не только Вемур счел это достаточным поводом для расторжения брака, но и священники так решили. Служители Треокого охотно только заключают союзы, но не разрушают их. Мне ни к чему так очернять репутацию княгини. Вам нечего бояться, только если вы… сами не желаете меня.

– Бросьте! – Я рассмеялась. – Вы мне совершенно омерзительны. Мне казалось, я достаточно ясно выразилась.

Ино утомленно произнес:

– Подписывайте, огненная. Вы сами понимаете, что больше уступок не будет.

Я обмакнула кончик пера в чернила и занесла руку над бумагой. Казалось, будто я заключаю сделку с демоном. Впрочем, даже этим темным тварям я бы поверила больше, чем Ино Ристриху, но пора закончить военные действия. Князь не солгал, больше он не даст мне повернуть договор в свою сторону. Придется мириться с тем, что уже есть.

Когда моя подпись оказалась внизу документа, Ристрих забрал у меня свиток. Договор обретет свою силу, когда капли моей крови смешаются на брачной церемонии с другой – из раны того, кто перед лицом богов заменит жениха на свадьбе. Назад пути нет. Не самое удачное соглашение, но и не слишком плохое.

Рассмотрев мою подпись, Ино свернул и убрал свиток. Мне казалось, что силы покинули меня вместе с последней каплей чернил на бумаге. Но, заметив усталость на моем лице, князь не поспешил покинуть комнату. Он оглядел меня и задумчиво произнес:

– Арана, не хотите отметить перемирие?

– Издеваетесь? – не ожидая ничего хорошего, спросила я.

– Нет, хочу сытно поесть. Как и вас, меня приводит в уныние местная кухня.

– И где вы собрались плотно поужинать? – мгновенно заинтересовалась я, хотя обещала себе, что не клюну на уловки Ристриха. Сверлящее чувство в животе напомнило, что я сегодня практически не ела.

– Это секрет, – неожиданно подмигнул Ино. – Пойдемте, Арана. Не хочется, чтобы к приезду Вемура вы превратились в ходячий скелет. Считайте, что я забочусь о вас из-за друга.

– Ну, если так… – все еще полная сомнений, протянула я.

Довериться Ристриху казалось полнейшим безумием. Разум бунтовал против этой авантюры, а желудок мечтал отведать что-нибудь, не приготовленное северянами. Я даже закусила губу, раздираемая противоречиями, но князь, будто читая мои мысли, подстрекательски соблазнял:

– Будет нежнейшее горячее мясо. Такое вкусное, что уверен: вы просто наброситесь на него, лишь только услышите его аромат.

Мне не нравилось довольное лицо Ино, но его слова все-таки сломили меня. Мысленно облизнувшись, я поспешила за ним на кухню. Оказывается, на севере я еще не разучилась верить в хорошее.

Когда мы спустились, я обнаружила, что внизу никого нет. Все поварята отсутствовали, но, казалось, Ристриха это не смутило. Он уверенно направился к одному из небольших чанов и, сняв с него крышку, сказал мне:

– Смотрите.

Я заглянула внутрь и с удивлением обнаружила большие куски сырого мяса, плавающие в красной жидкости. В нос ударил резкий запах винограда и спирта, не оставляя сомнений, что это дешевое вино.

– Я велел принести к моему приходу мясо из погреба. Замариновал его еще утром, и теперь осталось приготовить. Обещаю, оно будет бесподобным даже без южных специй.

Я ошеломленно посмотрела на Ино. Сам?! Замариновал?! Мне не верилось, что князь решил выполнить такую черную работу. Если он знал хороший рецепт, почему нельзя просто попросить слуг? Вопросы наверняка читались на моем лице.

– Арана, вы никогда не слышали выражение, что если хочешь что-то сделать хорошо, то нужно это выполнить самому? Я достаточно пообщался с местным поваром, хотя не стал менять его за спиной у Вемура. К несчастью, ваш будущий муж уверен, что еда играет в жизни слишком малую роль, чтобы обращать на нее внимание. Может, это и так, – вздохнул он, – но мы с вами явно избалованы. Пообещайте мне одну малость: увольте господина Ваххана. Он готовит просто ужасно.

– Попросили бы об этом раньше, и я смогла бы еще побороться за договор, – улыбнулась я.

– Боюсь, это требование выгодно больше вам. Рано или поздно, но я уеду, а вам некуда бежать. Вы будете вечно есть его блюда, пока не привыкнете к мерзкому привкусу или не умрете от голода. Второе вероятнее. Вкус хорошей еды трудно забыть, а вы выросли в Арманьеле. В вашей стране знают толк в изысканной пище.