Александра Эльданова – Осколки (страница 59)

— Тихо оба! — ударил по столу Игорь, — в обезьянке закрою!

— Зачем? — спросил я, глядя на Надю в упор.

— Я скажу, зачем, — младший Ольшанский не дал Надежде ничего сказать, — Шурка добрая и наивная, она этой, — он с отвращением кивнул на девушку, — помогала, хоть она отказывалась. Шурка же не может, когда кому-то плохо, вот чуть не насильно деньги переводила — то на сиделку, то на лекарство дяде Грише. А Димон обещал рассказать Шуре, что Надюха с ним спала. Прикиньте, какая у Шуры реакция была бы? А Надька кормушку терять не хотела, вот и согласилась жертвой прикинуться, Шурку выманить и прямо этому тупорезу в руки отдать.

— А смысл в, как ты говоришь, кормушке, если этот Клоп может что угодно вытворить?

— Так он же обещал Надюше Шурку не убивать и, если Надька поможет, ее не сдать. Удобно ведь потом сидеть, держать Шурку за руку, сочувствовать. Да, убогая?

— Пошел ты!

— Шипи-шипи, подельницей пойдешь. Да, бать? — злорадствовал Леша, неловко устраиваясь на стуле.

— За содействие привлеку, не переживай.

— Давайте! — Надя с вызовом посмотрела на Игоря, — Давай, сажайте! Папу моего сами хоронить будете, он без меня долго не проживет! И матери с переездом помогите, когда она квартиру своей секте отпишет! Ничего Дима вашей Сашеньке не сделает, он мне обещал!

— На жалость мне не дави — тут каждый второй безвинно осужденный и родня без него по миру пойдет. Раньше головой думать надо было, девочка, — Игорь нажал кнопку селектора, — уведите.

— А ты чего ждешь? — посмотрел он на сына, когда Надю увели.

— Я не уйду, — Леша набычился, — в обезьянке закроешь?

— Сиди, — вздохнул Игорь, — баран упертый.

— В тебя.

— Цыц, — устало отмахнулся Игорь.

— С Сашей что? — прервал я их перепалку.

— Ищем. Телефон нашли, в урне тц, машина двумя кварталами дальше, на стоянке. Окраина города, камер почти нет.

— Будем просто сидеть?

— Если все так, как эта овца сказала, — встрял младший Ольшанский, — то Димон вот-вот появится. Ему деньги нужны, а не Шурка.

— Месть ему нужна, — покачал головой Игорь, — помимо денег, иначе этого цирка в начале бы не было.

— Он чмо нищебродское, бать, деньги больше нужны.

— Хорошо, если так, — я достал сигареты и, спохватившись, посмотрел на Игоря.

— Кури, — кивнул тот, — Да, хорошо если Леха прав, а еще лучше, если мы Сашку найдем раньше.

— Надо тете Нине как-то сообщить.

— Она не знает? — удивился я.

— Да, я побоялся, — признался старший Ольшанский, — у Нины со здоровьем последнее время…

— Хоть кого-то ты боишься, бать, — усмехнулся Леша, — но я повторюсь — сидеть ждать будем?

— Почему ждать? Люди работают.

— А мы сидим, — парень подтянул костыль и с трудом поднялся, — пойду я, делом займусь, а вы сидите.

— Каким делом? — спросил Игорь подозрительно.

— У меня свои методы, — оскалился сын, — все, будут новости — звони.

— Давай только в рамках закона, еще твою задницу прикрывать не хватало сейчас.

— Да все окей будет, — ответил Леша уже из коридора.

— Вот как с ним? — Игорь досадливо вытряхнул сигарету из пачки, лежащей на столе.

— А он прав — просто сидеть будем?

— Тебе тоже на пальцах объяснить? Люди работают, город на ушах. Ты все что мог сделал, теперь жди.

— Если не нашел, значит не все.

— Еще один баран упертый!

— Да не могу я просто сидеть, понимаешь? Она там одна с этим клопом, хорошо если живая и целая, а я тут жду?

— А что ты сейчас сделаешь? — устало спросил Игорь, — Нет зацепок, понимаешь? Все что есть в работе. Ты мешать будешь больше, чем помогать. Совет хочешь?

— Ну?

— Езжай домой, поспи. Что изменится, я позвоню. И не смотри на меня волком, я за нее тоже переживаю, мне Сашка как дочь, она у меня на глазах выросла, Алексей мне другом был, в конце концов!

— Да понимаю я, — гадкая тревога снова заворочалась и потянула щупальцы к горлу, — все понимаю, Игорь, но не легче.

— Знаю. И мудак этот тоже знает, поэтому крови нам попьет, будь уверен.

В дверь постучали, в кабинет заглянул парнишка, который провожал меня.

— Игорь Михалыч, там женщина снизу…

— Лишина? Пропусти, — Игорь развернулся ко мне, — хана мне, Серега.

С Сашиной мамой я знаком весьма весьма шапочно — да и знакомство получилось неловким. Каким может быть знакомство с матерью, которая без предупреждения заехала в гости ко взрослой дочери?

— Где мой ребенок? — спросила Нина Альбертовна, едва переступив порог кабинета.

У них с Сашей одинаковые интонации. Я даже вздрогнул.

— Нина… — начал Игорь.

— Что Нина?! — женщина в сердцах ударила ладонью по столу, — Крестный, твою мать! Если б Лешка не сказал, то я бы ни сном, ни духом, да?!

— Нина, сядь, а? Я объясню все.

— Быстро и по существу, — женщина села на стул напротив, где до этого сидела Надя, — я жду.

Игорь достал новую сигарету, вздохнул и начал с самого начала. Про цветы, про воскресшего Диму, про любовницу, про попытку убийства. Нина слушала и мрачнела.

— Мне почему никто даже не намекнул? Я не имею права знать, что твориться с моим ребенком? Совсем за дуру меня держите?

— Никто тебя за дуру не держит. Сашка не хотела — у тебя личное счастье сложилось, медовый месяц. Ну не хотела она, чтоб ты переживала. Ты же знаешь, что Санька она…

— Упрямая. Но Надя… — Нина покачала головой, — как совести хватило только. Сашка же ей помогала и не раз, не два.

— Ты знала?

— Конечно. Я все крупные транзакции по счетам смотрю.

— Не доверяешь дочери, — неодобрительно покачал головой Игорь.

— Лучше я не буду доверять, чем из какой-нибудь зависимости ее вытаскивать. И потом, я прямо спросила, она ответила.

— Гиперопека, — поморщился Ольшанский, — Андрей над Дашкой дохлопался крыльями — вообще не самостоятельная девица.

— Игорь, иди сыну нотации читай.

— Я читаю, не переживай.