Александра Дельмаре – Жизнь в стиле диско (страница 36)

Во время полёта Александру пришлось развлекать даму разговорами, и это оказалось приятным занятием. Он уже и не помнит, когда получал столько удовольствия от простой беседы обо всём на свете. Елена оказалась интересным собеседником, разбиралась в искусстве и музыке, много путешествовала, забавно рассказывала о своём увлечении – горных лыжах.

– И вы знаете, Александр, – она коснулась рукой его руки, – горные лыжи, изобретённые ещё в семнадцатом веке, особенно полюбились англичанам, которые вовсе не имели гор… – Елена засмеялась нежным, серебристым смехом. Да, трудно противостоять её обаянию, которого этой женщине не занимать.

В аэропорту уже ждала машина, к чёрному мерседесу их проводил приятный молодой человек. Всё-таки есть некоторые преимущества в его работе. И даже очень приличные. Они устроились на заднем сиденье, которое, как лавочка примирения, заставляли Елену на поворотах касаться своего попутчика то бедром, то коленом. И она снова улыбалась, как будто защищаясь от возникающего смущения.

Гостиница, куда их доставил пожилой молчаливый водитель, находилась в самом сердце Казани. Улица Баумана, старейшая, любимая туристами пешеходная улица, местный Арбат. У входа в гостиницу возвышался памятник Шаляпину, который, как рассказала Елена, был крещён в расположенном поблизости монументальном Богоявленском соборе.

Их гостиничные номера оказались рядом. Договорились встретиться через час, поужинать и прогуляться по вечернему городу. Но когда Александр постучал в соседний номер, и Елена в потрясающем серебристом платье открыла ему, Александр засомневался, что прогулка состоится. Мужчина сделал шаг вперёд, а она, тихо закрыв дверь, прижалась к нему сзади всем телом. От этого порывистого объятия, наполненного настоящим, искренним чувством, перехватило дыханье, Александр замер на одну короткую минутку, впитывая предназначенную ему и только ему нежность, потом развернулся и нашёл губами её губы. Подхватил на руки свой невесомый серебристый трофей, как завоёванный приз, прошёл в комнату. Он сделал свой выбор, и его мир содрогнулся. И будь, что будет… И пропади всё пропадом…

Они прервались только на заказанный в номер ужин, изысканный и лёгкий, с фруктами и французским вином, чтобы снова и снова заняться любовью. Елена шептала ему особенные, нежные слова, столько трогательных, ласковых слов Александр не слышал за всю свою жизнь. А он целовал совершенное тело зрелой женщины, пахнувшее духам и любовью, нежил её лицо в своих ладонях, вглядываясь в зелёные русалочьи глаза, пытаясь разгадать их тайну, а потом в голодном отчаянии впивался поцелуем в припухшие женские губы. Утомлённые, они уснули вместе, и ночь соединила их обнажённые тела и сплетённые руки, освещённые заглянувшей сюда полной луной, немым свидетелем недавних любовных утех.

Глава 17

Этот танец – её пульс, дыхание, биение сердца. Аня готовила новый номер для Первого всероссийского конкурса эстрадного и современного танца, где высочайшие требования к технике исполнения, к оригинальности и своеобразию танца. Постановка самой Ольги Гор, она и предложила Анину кандидатуру для участия в конкурсе. Будут и другие ребята из группы, покажут хип-хоп и брейк-данс, диско и фламенко.

Чтобы танцевать, нужно быть переполненной эмоциями. Но сегодня всё, она выдохлась. Бывают моменты, когда хочется прошептать: «Остановите жизнь, я устала». Сейчас Анна мечтала отдохнуть, и, сняв, наконец, трико, резинка которого врезалась ей в живот, для начала немного посидеть где-нибудь в уголке.

Но, кажется, её ждали, она увидела в зале Андрея, его вихрастую голову. А может, не стоит обольщаться, парень просто зашёл к своей знаменитой маме? Если всё же Андрей её куда-нибудь пригласит, она откажется, да, определённо откажется. Хочется побыстрей домой, в свою маленькую съёмную квартирку, чтобы с чашкой чая усесться на диван, откинувшись на полосатые подушки и положив ноги на журнальный столик, слушать музыку. И чтоб в наушниках звучала хорошая песня. Например, любимый Сплин с гениальным Александром Васильевым. «Горят огни, сверкают звезды, всё так сложно, всё так просто…» Она не заметила, как начала напевать эти строки, направляясь в раздевалку.

Андрей и вправду ждал её. Когда, переодевшись, закидывая рюкзачок за спину, Аня вышла в коридор, то сразу увидела его, прохаживающегося взад-вперёд перед дверью.

– Привет, красавица! Есть хорошее предложение прогуляться.

– Ведьмы не любят свежий воздух, – она решила поддразнить парня.

– Так и есть. А вот ангелы, такие, как ты, уверен, обожают, – Андрей шёл рядом, подстраиваясь под её шаги. – А может, ангелы любят мороженое?

Она улыбнулась, парень умеет поддержать разговор.

– Устала. Чувствую себя развалиной, способной добраться только до дивана, – по длинному коридору, где на стенах были размещены картины какого-то художника, они медленно направлялись в сторону выхода.

– Посмотри, как здорово! – девушка остановилась у одной из картин, где маленький мальчик с разноцветными воздушными шарами, которые, казалось, вот-вот поднимут его к небу, бежал по цветущему лугу навстречу огромному оранжевому солнцу. Картина называлась «Расправив крылья».

– Да вы поэт, матушка, – Андрей засмеялся, легонько обняв Аню за плечи; она так же легко отвела его руки.

Андрей подвёз Аню до квартиры, предварительно долго уговаривая девушку позволить ему сделать этот простой дружеский жест. Со словами «только подвези» и «никаких чашечек кофе» она согласилась. Дорогой болтали, как старые добрые знакомые, не могли наговориться. Расстались у подъезда её многоэтажки, постояли немного рядом. Андрей всё-таки исхитрился поцеловать девушку в щёку, вдохнув запах нежных цветочных духов, за что был награждён её суровым взглядом.

Девушка уже заканчивала ужинать, расправляясь с омлетом, густо посыпанным сыром, когда раздался звонок в дверь. «Ну, если это всё-таки Андрей, не пущу. Мой дом, моя крепость, – подумала она, – Зря я показала ему мои окна».

Она открыла дверь. О-ля-ля! Перед ней стоял мальчик лет двенадцати с большой связкой воздушных шаров. Синие, белые, красные, они притягивали взгляд, заставляли улыбнуться.

– Вы Аня? – она кивнула. – Это вам дядя передал. Красивые…

– Да. Тебе какой больше нравится?

– Синий.

– Минуту. Жди тут.

Она принесла ножницы, отрезала шёлковую ленточку с синим шариком, отдала мальчишке. Махнув рукой, тот потопал вниз.

«Ну, Андрей, ну, выдумщик! Решил добавить немного праздника и чуда в мою жизнь», – подумала Аня. Никто и никогда не устраивал девушке таких сюрпризов. Интересный парень, ей стоит к нему присмотреться. Снова устроившись на диване, Анна откинула голову, разглядывая разноцветье шаров на потолке, этот маленький повод для улыбки; ей не хватит целой жизни, чтобы забыть это мгновение.

* * *

Плотно зашторенные окна не пропускали света, в спальне царила кромешная тьма. И с улицы не доносилось ни звука, середина ночи, самая тихая. Анвар ворочался с боку на бок, не мог уснуть. Шёлковая простыня – такие любила Алина – от его ёрзаний давно сбилась с заданного ей правильного места. С правильного пути в последнее время свернула и жизнь Анвара. В никуда, в неизвестность. И что с этим делать, кто б объяснил. Неладно что-то в датском королевстве. Сначала Алина, её болезнь, уход из дома, потом мамин приступ и её нежданное признание, как снежная лавина, обрушившаяся на голову. Как могли родители скрыть от него такое важное событие, в голове не укладывается.

Да и он хорош! Давно б надо Ольге на глаза показаться, рассказать, что жив, теперь-то Анвар точно уверен, что помнит она свою первую любовь, сын не даст забыть. Андрей… Сын… Чудны дела твои, господи! Он настолько ошарашен этим известием, что, кроме шока от рассказа матери, сначала не испытывал никаких чувств. Но потом волна радости как будто пробралась неизвестно откуда, затопила его полностью. Анвар вышел тогда из маминой палаты со слезами на глазах, встал у окна в коридоре, только плечи тряслись от сдерживаемых рыданий.

Неожиданности всегда рядом с нами. Сейчас надо решить, что делать с эти новым знанием, решить обязательно… Так ничего и не придумав, Анвар заснул беспокойным сном.

Решение, как всегда, пришло само собой.

Утром, направляясь в свой кабинет, он вначале зашёл к Арсению; тот, как обычно, сидел, уткнувшись в экран компьютера, разглядывая что-то близорукими глазами.

– Дело есть, – поздоровавшись, сказал Анвар. Друг кивнул, он всегда и на всё готов, его хороший друг.

– Мне нужно уехать в Москву, возможно, надолго, справишься тут без меня?

Арсений поднял голову, кивнул, не раздумывая.

– Езжай. Срочного ничего нет, с текущими делами справлюсь, – он снова повернулся к монитору.

– Есть ещё одна просьба… – Анвар замялся, подбирая слова. – Понимаешь, Алина к матери пока переехала… Тяжело ей, закрылась от всего мира… Беспокоюсь я за неё, – он вздохнул. – А тебя она любит. Навестишь как-нибудь?

– Любит? Ты б словами-то не кидался, – смущённо произнёс Арсений. – За Алиной присмотрю. Поезжай, друже, и ни о чём не беспокойся. А как там мама?

– Гораздо лучше, спасибо.

Анвар уже выходил из кабинета, когда Арсений его окликнул.

– Да, а что там, в Москве? Что-то с Анечкой?