Александра Дельмаре – Жизнь в стиле диско (страница 35)
Когда затихли конвульсии измученного, опустошенного тела, когда не осталось ни мыслей, ни чувств, он остался лежать неподвижно, раскинув руки, то ли раздавленный, то ли окрылённый, не понять. Действительность возвратилась со стуком захлопнувшейся за Полинкой дверью. Виктор поднялся, думая о том, что, если так будет всегда, жизнь станет приятнее в сотни раз. Поправляя растерзанную постель, он с ужасом обнаружил красные пятна на девственной белизне простыни. Это был её первый опыт! А он? Набросился на девчонку, как оголодавший самец, терзал это молодое, девственное тело, не заботясь о её ощущениях.
Ночью, ворочаясь на кое-как застиранной простыне, он думал о том, как завтра посмотрит Полине в глаза. Но назавтра она только усмехнулась, увидев Виктора, и такой же усмешкой и дальше продолжала награждать его при встречах в школьных коридорах.
Потом была целая вереница женских тел, женских лиц, всегда красивых, ярких, ухоженных. Но никогда любимых. И вот появилась Ольга, в чём-то такая же, в чём-то особенная. И вроде стало просыпаться его сердце, жаждущее любви. Ещё чуть-чуть, самую малость, он уже почти влюблён…
Тем более неожиданным для Виктора оказался конец этой любовной истории. Женщина сама порвала отношения, он не припомнит, чтоб такое было. Сказать, что его мужское самолюбие было уязвлено, ничего не сказать. Так она могла! Роман не закончен, точка в нём не поставлена. Сведения, добытые детективом, на которые Виктор всё-таки нашёл денег, ещё должны сыграть свою роль в этой затянувшейся пьесе, принести желанные дивиденды. Проигрывать – это не про него. Только дайте ему время, самого драгоценного союзника, и он выйдет победителем из этой маленькой необъявленной войны.
* * *
Недовольный собой, Анвар на такси подъезжал к месту назначенный встречи. У недовольства были две причины. Первая – он позволил манипулировать собой, согласившись приехать к указанному месту в указанное время. Второе его «недовольство» было большим и стыдным. Он испытывал облегчение от того, что Алины нет рядом. Не надо держать «правильное» лицо, говоря о болезни, подбадривать жену и верить в лучшее. Здесь, в Москве, он отдыхает душой. Да ещё и эти ненавистные больницы! Он шагу туда больше не сделает!
Подъехав к зданию почтамта, Анвар сразу увидел ждущего его человека, маячившего у серой стены здания. Газета в руках, ищущий взгляд – не ошибёшься! Представительный такой мерзавец, и лицо из тех, что нравятся дамам. Открыв дверь автомобиля, Анвар уже собрался выйти, но телефонный звонок заставил его снова опуститься на заднее сиденье.
– Анвар Мансурович, здравствуйте, – он сразу узнал голос соседки, живущей с его мамой в одном доме; женщины были неразлучны последние годы.
– Что-то с мамой? – три года назад лишившись отца, Анвар не представлял, что будет, если ещё и матери он лишится так скоро. Сердце забилось часто-часто, сердце всё чувствует первым.
– Да вы не волнуйтесь! – женщина на том конце провода непроизвольно вздохнула. – В больнице она, днём случился инфаркт, но сейчас состояние стабильное.
– Срочно вылетаю. Первым же рейсом. А в какой она больнице? – уже отключаясь, он услышал тихое всхлипывание женщины. Плохи дела…
Вот так и получается, когда бросаешься фразами, что в больницу он больше ни ногой! Судьба подслушала и сделала всё наоборот. Не отпуская такси, мужчина заехал в отель, быстро собрав свои вещи, расплатился. И вот он уже едет в Домодедово, моля бога, чтоб нашёлся билет на ближайший рейс.
Ну, хоть тут повезло, билет нашёлся, и часов через двенадцать Анвар будет дома. Позднее, сидя без сна у чёрного иллюминатора, он вглядывался в своё отражение в стекле, пытаясь прогнать грустные мысли. Почему всё так печально в его судьбе? Чем прогневил он всемогущего бога? Только Анька – лучик солнечного света, не даёт ему окончательно возненавидеть свою невесёлую жизнь. Интересно, как бы она сложилась, эта жизнь, если б Ольга была рядом с ним. Счастливо? Да он стопроцентно уверен в этом.
Мамино лицо на подушке – белей снега. Она улыбнулась ему глазами, пошевелила пальцами руки в знак приветствия. Говорить не может, во рту трубка. И сама в паутине проводов, как в плену. В плену у болезни, у жизни, которая идёт к концу…Анвар что-то говорил, бодрое и отвлечённое, стараясь держаться, но слёзы вот-вот брызнут из его глаз.
Поговорил с врачом, ничего хорошего тот ему не сказал. Просил не беспокоить больную, ей надо сейчас много спать. Анвар заглянул в палату всего на минутку, чтоб попрощаться, обнять и поцеловать дорогого человека.
– Сынок, мне сказать тебе надо… важное… – её голос прошелестел еле слышно, как сухая трава на ветру.
– Мам, давай завтра поговорим, врач прогоняет меня…
Важное? Сейчас нет ничего важнее её здоровья. Он вышел в коридор, достал отключенный ещё в самолете телефон, нажал кнопку включения. Не отвеченных вызовов накопилось достаточно, Аня, Арсений и этот, помеченный в его телефоне как «тип», тоже звонил трижды. «Не до него сейчас», – подумал Анвар, помещая контакт в чёрный список. И Ане он пока ничего не расскажет, подождёт до завтра, утро вечера мудренее.
Назавтра, с самого утра Анвар снова в больнице, к тяжелобольным пропускают в любое время. Он вздохнул с облегчением, увидев маму, выглядела она гораздо лучше, кажется, даже на щеках появился еле заметный румянец. Она улыбнулась, увидев сына, приподнялась на полушках.
Важный разговор начался не сразу, но, наконец-то, видно пришло его время.
– Сынок, давным-давно я должна была сказать тебе это, – она приподнялась на подушках. – Но сначала ты болел, лечился, твоё здоровье было самым главным. Потом женился на Алине, появилась Анечка. И там тоже была семья, настоящая семья. Всем было хорошо, никто больше не страдал, а такая новость могла, да, могла разрушить ваше благополучие. Отец хотел, я не позволяла… – каждое слово давалось ей с трудом. – А потом… потом стало слишком поздно, вдруг рассказать… повода не было, – мама взяла его за руку, – прости нас, если сможешь, сынок…
– Мама, я не понял ни слова из твоей длинной речи.
– У Оли сын есть, Андрей его зовут. Твой родной сын…
– Что? – не сразу, но всё же смысл её слов дошёл до сознания Анвара.
Он глубоко вздохнул, сел на краешек кровати, закрыл лицо руками. Молчала и мама, и только тихие слёзы текли по её старческим щекам.
* * *
Щелчком мыши нажав «сохранить», Александр оторвал взгляд от монитора компьютера, откинулся назад, прижавшись спиной к упругой кожаной спинке эргономичного кресла. Все, перерыв, уже рябит в глазах от бесконечных рядов чисел. Нажал кнопку телефона внутренней связи, вызывая секретаря.
– Рита, сделай мне кофе, пожалуйста. Да, как обычно.
С жостовским подносом в руках Рита появилась минут через пять, всё у неё быстро и правильно. И выглядит, как всегда, безукоризненно: узкая чёрная юбка по колено, чёрные офисные туфли и ни одной лишней складки на ослепительно белой блузке.
С чашкой дымящегося напитка Александр подошёл к окну. Он любил Рождественку, эту уютную красивую улицу, весь этот район с бывшими хлудовскими банями, с гостиницей Савой и некогда известным на всю страну Строгановским училищем. Всё здесь живая история, состарившаяся современность, и даже магазин «Детский мир» уже стал объектом культурного наследия.
Сегодня он пригласил Ольгу в ресторан, хотелось побыть с ней вдвоём перед отъездом в Казань. Командировки у них в министерстве не редкость. Александр занимается вопросами безопасности транспорта, и когда эта безопасность серьёзно нарушается, приходится ехать и принимать меры.
Но Ольга перезвонила через час, извинилась, ничего не получится с ужином, у неё возникли срочные дела. Вот и посидели вдвоём…
После той знаменательной ночи любви, солнечным субботним утром, он подошёл к ней на кухне, обнял сзади за плечи. Но она была, как чужая, его любимая жена, холодная и отстранённая. Взглянула быстро, молча отвела его руки. Безучастный взгляд той, которая недавно ласкала и целовала его, шептала нежные слова, поразил Александра, нет, никогда ему не пробиться к сердцу этой женщины. Много лет он пытался соединить две отдельные их жизни в одну большую общую жизнь. Не получилось. Может, хватит уже? Может, стоит прекратить эти отчаянные попытки разбудить её сердце?
Александр подошёл к столу, достал приготовленные Ритой документы для завтрашней поездки, убрал в портфель. Ещё часть бумаг у Огневой, Елена тоже летит с ним. Кажется, она по-прежнему в него немного влюблена, и Александру льстит внимание красивой и умной женщины.
Он уехал рано утром, не попрощавшись. Перед уходом взял ручку, что черкнуть Ольге пару добрых слов. Передумал, не нужны ей его хорошие слова. Да и он сам не нужен…
Елена уже ждала в аэропорту. Кожаная куртка, узкие джинсы, короткая длинная чёлка модной стрижки делали её похожей на подругу дочери. Да она и так достаточно молода. Сколько ей? Тридцать три? Тридцать четыре? Поди, узнай, легче секреты Пентагона выведать. Да и что такое возраст? Ненужная выдумка скучных людей.
Елена увидела его, улыбнулась счастливой улыбкой, как все-таки хорошо, когда ему симпатизирует такая милая женщина. Он поздоровался, улыбнулся в ответ. Да у неё зелёные глаза! Это такая редкость, и такая красота.