Александра Дельмаре – Пусть он уйдет (страница 3)

Вечером, готовясь к факультативу по истории, Лера сидела за столом в жёлтом круге света, отбрасываемого настольной лампой, листала учебник истории России. Новой истории, совершившей не так давно крутой вираж. До сих пор она помнит состояние шока от мгновенного распада СССР, огромной страны, в которой прошло её счастливое детство. Все ждали лучшего, а тут пустые полки магазинов, дефицит, невесть откуда взявшиеся новые русские, появление кучи партий, много чего непонятного, странного, не принимаемого душой…

От долгого сиденья застыло тело, Лера встала, окинула взглядом свою маленькую комнату. Любимую комнату. У неё всё просто, стол, диван, тумбочка с лежащей на ней скрипкой и полки до самого потолка с книгами и грампластинками. Она взяла в руки конверт с пластинкой Сандры, последнее её приобретение. Симпатичная, яркая певица с ямочками на щеках, в белой блузе с эффектным чёрным поясом. Кстати, блузка более чем хороша, ей бы такую. В такой не стыдно пойти на осенний бал и чувствовать себя уверенно и комфортно.

С пластинкой в руках она отправилась на кухню, откуда доносился запах жареной картошки.

– Мам, как думаешь, тетя Лиза может мне такую кофту сшить? – Лера протянула ей грампластинку.

– Это уж надо у неё спросить, – мама мельком взглянула на фото. – Симпатичная. На дискотеку, что ли, собираешься?

Лера кивнула, обняв маму, шепнула ей в ухо, чтоб позвонила тете Лизе и попросила заняться её блузкой. Очень-очень попросила. Иначе, плохи Лерины дела…

Мамина знакомая портниха выручила, не подвела, блузка получилась точь-в-точь, как на картинке. Объемная, пышная, с прямыми плечами и длинным рядом мелких чёрных пуговок на рукавах, в сочетании с простой чёрной юбкой она смотрелась великолепно. Широкий чёрный пояс девушка позаимствовала у Лили.

– Ну, как? – в долгожданный день праздника Лера предстала перед подругой в новом образе.

– Вижу, что боец готов к бою, – засмеялась Лиля. – И кто-то будет повержен и сдастся на милость победителя. Я даже догадываюсь, кто.

– Ты опять за своё? – Лера сердилась, но не всерьёз, уже давно не тайна, что Алексей Громов смотрит на неё особенным взглядом.

Они вошли в ярко освещённый, нарядный зал, взявшись за руки. Вечер уже начался, из динамиков громко звучала песня Андрея Губина про мальчика-бродягу, который ищет что-то в забытой богом стране. Студенты танцевали, кто как умел, стремясь двигаться под музыку, уловить её ритм. Забавное зрелище! Потом зазвучала медленная, нежная мелодия.

Медленный танец… Тут всё просто – девчонки либо любят, либо ненавидят его. Как не любить, если от приглашений отбоя нет, но, если стоит она, ненужная, невостребованная, прижавшись к стене, с какой лёгкостью получается у девчонки возненавидеть этот танец. Лера огляделась, повернув голову в сторону совсем чуть-чуть, чтоб не засмеяла насмешница Лилька. Алексея не было видно. Может, он вообще не придёт? И все эти хлопоты с блузкой и с волосами, красиво забранными в конский хвост, напрасны?

– Смотри, твой, – Лилька толкнула её в бок.

Да, она тоже увидела молодого человека. Серый костюм, тонкая голубая рубашка, с ума сойти, до чего хорош! Алексей разговаривал с Антоном, их бессменным ди-джеем, это звучное слово совсем недавно появилось в России. Кажется, они о чём-то договорились, Антон кивнул и снова наклонился над магнитофоном. Пара минут – и зазвучала другая музыка, нежно и трогательно запел о синеглазой девочке кумир молодых Женя Белоусов. У Леры замерло сердце: пригласит-не пригласит?

Алекс шёл к ней через весь зал, прямо по центру, пробираясь сквозь танцующие пары. Да к ней ли? А вдруг… Волнение до дрожи, до сердечного приступа охватило Леру. Казалось, все, буквально все окружающие смотрели только на них… И почему-то стало страшно, очень страшно. Если он пройдет мимо, что станет с ней?!

– Можно пригласить тебя на танец, – спросил ставшим вдруг хриплым голосом Алексей, глядя ей в глаза.

Вместо ответа Лера просто протянула ему руку. Они танцевали, не сводя глаз друг с друга, хотя иногда, опомнившись, она смущенно опускала взгляд, чтобы через минуту снова взглянуть за своего партнера. И было в их танце, в их поглощённости друг другом что-то глубоко личное, даже интимное… Лера старалась держать дистанцию, чтоб не коснуться его грудью, но получалось плохо. Её не слушалось собственное тело, просило нежных прикосновений, просило любви.

Как-то само собой получилось, что они незаметно продвинулись среди танцующих к выходу и выскользнули из зала. Шли быстро, почти бежали по коридору неизвестно куда, главное – вместе. Её рука в его руке, от этого и радостно, и странно. Остановились в маленьком коридоре перед входом в столовую. И вот уже его руки за Лериной спиной, и он прижал её к себе, как драгоценную находку, глубоко вздохнул. Алекс гладил девичью спину, плечи, шею, быстро, беспорядочно, нежно. Лера закрыла глаза, наслаждаясь его быстрыми прикосновеньями, но вдруг какое-то озорство проснулось в ней, заставив обнять парня в ответ, обвить руками, как лиана обвивает дерево. Девушка подняла лицо, потянулась к нему губами, замерла, ожидая поцелуя.

Первый поцелуй… Она хотела, чтоб длился вечно этот долгожданный первый поцелуй. Какое наслаждение чувствовать его тёплые губы на своих губах, ощущать его язык, проникший в рот, заставивший задохнуться. И мужские руки на её груди, трогают, гладят, нежат… Удивительные, неизведанные ощущения…

Сзади послышались чьи-то шаги. Испугавшись, Лера быстро отвела его руки, сделала шаг назад. Они стояли молча, глядя друг на друга, медленно приходя в себя.

– Знаешь, так я не целовался ни разу, – наконец произнёс Алексей. – Не потому, что правильный… Просто не было рядом такой, как ты…

Лера кивнула, соглашаясь, в её маленькой жизни тоже не было ничего похожего на эти фантастические минуты наслаждения. Теперь она понимает, почему из-за любви начинаются войны, тут есть, за что биться.

Взявшись за руки, они отправились в зал, чтобы станцевать второй в их жизни танец.

* * *

– Наконец-то! – мама, весёлая и нарядная, вышла в прихожую встретить сына, стащила с его головы шапку и пригладила взъерошенные волосы. – А у нас гости.

Алексей поморщился, как не вовремя. Он до дома добрался из последних сил.

Ещё в Англии Алекс увлёкся картингом. Риск, бешеная скорость, зашкаливающий адреналин в крови сделали его большим поклонником этого вида спорта. Здесь, в Москве он едва нашёл подходящий картодром, с развалом СССР некогда популярный и любимый молодёжью картинг переживал не лучшие времена.

– Давай быстро в душ и за стол, – мама легонько толкнула его в направлении ванной.

– А кто там у нас? – спросил Алекс, стаскивая свитер, хотя по большому счёту ему было всё равно.

– Увидишь, – Елена Станиславовна загадочно улыбнулась, шепнула, – для папы эти гости очень важны.

Мама обожала устраивать застолья, приглашать в дом нужных людей с нужными связями и знакомствами. Серый кардинал, так, смеясь, называл её муж, нисколько, впрочем, не протестуя против такого положения дел. Честно сказать, именно благодаря усилиям Елены Станиславовны главе семьи удалось попасть на работу в посольство России в изумительной стране Великобритании.

С влажными волосами после вернувшего бодрость горячего душа Алекс зашел в гостиную.

Гостей было двое: крупный, плотного телосложения мужчина с жёстким взглядом вечного начальника и девушка. Симпатичная блондинка взглянула на него смело и прямо, такие не любят отводить глаз. Такие уверенно идут по жизни, которая благоволит им с самого рождения.

– Знакомьтесь, Михаил Алексеевич и Кира, его дочь, – отец встал из-за стола, подошёл к сыну. – А это Алексей, прошу любить и жаловать.

Алексей наклонил голову в лёгком полупоклоне. Девушка в знак приветствия помахала в воздухе двумя пальчиками, тонкое колечко нежно блеснуло на одном из них. Другой рукой она обнимала хрустальный фужер с красным вином и, казалось, была целиком поглощена игрой цвета благородного напитка.

– Очень приятно, – тот, кого отец назвал Михаилом Алексеевичем, разглядывал его в упор и, похоже, остался доволен увиденным. – Ну, Лёша, рассказывай, как тебе Москва?

– Хороша, но бедна.

– Такого не скажешь, взглянув на ваш стол, – мужчина засмеялся заливисто и громко.

«Да, маман расстаралась, – подумал Алексей, разглядывая разносолы на столе, – откуда только взялись в стране дефицита красная икра, сервелат, оливки?»

Он занялся салатом, положенным в его тарелку щедрой маминой рукой. Ого, оливье, а он уж и забыл, как это вкусно. На тост гостя «за знакомство» поднял бокал, сделал глоток. И взялся за ароматный стейк. Мама у него волшебница, заставила вспомнить знаменитый лондонский стейк-хаус Goodman, куда они иногда заходили с друзьями по поводу и без.

Мужчины вели неспешный разговор, главными темами которого стали перемены в стране. «Сейчас они быстренько найдут причины развала СССР, вычислят пути выхода из кризиса, – думал Алексей, расправляясь с пирожком с капустой. – И успокоятся на достигнутом, выпив ещё рюмку коньяка. А мама непременно заставит меня развлекать юную особу».

Он взглянул на маму. Ну, вот, что и требовалось доказать! Глазами Елена Станиславовна подавала ему какие-то знаки, кивала головой в сторону Киры, что на её языке должно обозначать «займись девушкой». Алексей сделал вид, что не понимает намёков. Если б мама знала… Да он ни на кого теперь даже не взглянет!