Александра Дельмаре – Апрель, которого не будет (страница 3)
Она подошла к зеркалу. Седина, злая белизна висков, невесёлая награда за прожитые годы вот она, перед глазами. Не радовало и бледное лицо, тусклое лицо не самой счастливой женщины. Надо заняться собой, в очередной раз подумала Вера. Но для кого? Кто оценит её старания?
А когда-то она была красивой и счастливой. Целых два года. Замужняя женщина, любимая своим мужем. А потом, сказав, что полюбил другую, муж ушёл. Вера помнит, как острой болью отозвался в сердце звук захлопнувшейся за ним двери. Ушёл, исчез, сбежал, будто его и не было… Потом появился Станислав. Поверила, полюбила. Но и с ним не сложилось, бросил, наигрался, уехал в Москву, а оттуда редко кто на родину возвращается, столица притягивает, как магнит, и комфортом, и лучшей работой, и много ещё чем, чего Вере не понять. Она любит свой город и никогда его не оставит.
Мужчины-предатели, почему только такие встречаются ей в жизни? А где умные, понимающие, любящие?
Всё, стоп! Она не наглотается таблеток, не станет плакать в подушку одинокими ночами, а днём не будет скользить быстрым, ищущим взглядом по лицам симпатичных мужчин-прохожих. Хватит! Отныне ей не нужен никто! И такая унизительная любовь тоже Вере не нужна, она устала собирать по кусочкам своё растерзанное сердце.
Но после была всё же пара коротких романов, хоть и клялась себе – больше никаких мужчин. Ни в её жизни, ни в постели! Но молодое, упрямое тело, требовавшее своего, тосковавшее по мужским рукам, переспорило её разум, победило. Как часто в споре рассудка и тела, последнее берёт верх…
Вера Сергеевна снова взглянула на себя в зеркало. Да, зеркало жестоко и правдиво, не соврёт. Именно в эти минуты собственное отражение стало для неё сигналом к действию, как отмашка судьи перед замершей у старта спортсменкой. Решено, она прямо сейчас начнёт перетряхивать свою жизнь, добавит в неё энергии и воздуха. И для начала запишется к парикмахеру. Тем более, что салон красоты находится в соседнем доме, и его телефон на вывеске у входа уже успел врезаться в память. Там покрасят и подровняют волосы, уложат стильно, а потом, может, и получится пару дней пялиться на себя в зеркало довольным взглядом. Женщина улыбнулась, начало положено, главное сделать первый шаг. А там, глядишь, и до косметолога доберётся, и добавит костюмчик в свой неказистый гардероб.
Оказалось, парикмахер Ксения готова принять её через час, и в назначенное время Вера Сергеевна уже сидела в удобном кресле, разглядывая постеры, украшавшие салон. Внешность девиц на постерах – настоящий билет в счастливую жизнь. Где она была, когда раздавали такие лица и такие фигуры?
– Полагаю, что будем стричься?
Парикмахер склонилась над клиенткой, и в такт движениям качнулись старинные серьги в её ушах. Сапфир переливался небесными гранями, мерцал синевой чистого, глубокого оттенка. А ей муж жемчуга подарил перед свадьбой, изысканные, безупречной формы. Когда надевала в последний раз, уж не вспомнить. На свадьбу точно надевала…
– Так мы стрижёмся? – перебила её мысли Ксения.
– Да. Давайте, немного, четыре сантиметра, максимум пять…
Вера задумалась, почему жемчужные серьги она только на свадьбу и надела. И не носила больше. Слишком хороши эти камни для неё, недостойна она такой красоты. Вот решила так, а почему…
– Волосы заберёте? На парик, например? – Парикмахер держала в руках собранные в пучок отрезанные волосы.
– Что-о-о! Это что-о!? Ты сдурела?! Что ты сделала, курица безмозглая?! – Верино лицо порозовело, в глазах появился угрожающий блеск. – Ты вообще в своём уме?!
Боже, боже ты мой, эта припылённая отрезала ей волосы у самой шеи! Её красоту, её гордость, что Вера растила много лет! Чёртову уйму лет холила-лелеяла, как могла!
– Вы сказали пять сантиметров оставить…
– Я на столько концы обрезать просила, идиотка ты законченная! – Сдёрнув накидку, Вера вскочила с кресла. Боже, как она зла! Так зла, что кулаки сжались от желания намылить шею этой поганой девице!
Прибежала заведующая, толкнула в спину Ксению, что застыла истуканом рядом, готовая зареветь. И лицо, как перезрелый помидор. Иди уже! Исчезни!
– Простите, сейчас всё исправим! – Она суетилась около, пытаясь усадить Веру в кресло. – Лучший мастер сделает вам модную стрижку! Десять лет сбросите! Майя, быстрее прошу сюда, Майя!
Прошёл час, в течение которого Веру Сергеевну стригли, красили, мелировали. Иногда к ней подскакивала заведующая, предлагала кофе, говорила: «Ах, как вам идёт», добавляла: «Само собой, всё за счёт заведения», потом исчезала, чтоб вскоре появиться вновь.
И тут случилось чудо. Оказалось, что модная, полная изящества причёска с приподнятой надо лбом чёлкой очень Вере к лицу. И этого нельзя было не признать. А светлые прядки у лица просто верх совершенства! Да она просто другой человек! Почти красавица! И чего она цеплялась за свои длинные волосы, закрученные сверху в бабушкин пучок? Удивительно, что Вера нравилась сейчас сама себе! Когда ж такое было, разве что в далёкой молодости? Да здравствует жизнь, что способна так удивить! Уже и глаза заблестели, и голова горделиво вскинута, и спина распрямилась, как у молодой. Из зеркала на неё смотрела современная, ухоженная и очень симпатичная женщина. Да она теперь эту дуру Ксению благодарить должна.
Вечер, когда Кира вернулась домой и в изумлении застыла у порога, был Вериным триумфом. Эти охи и ахи, эти искренние восторги дочери грели душу.
– Мам, ну ты королева!
– Да ладно! – Вера Сергеевна довольно улыбалась. – Красавица хороша, особенно при плохом освещении.
– Немного туши и помады – и тебе придётся спасаться бегством от десятка кавалеров!
– Скажешь тоже! – Её лицо порозовело от удовольствия. – Не надо желать такого счастья своей бедной матери!
– А в выходные вам с Варварой придётся прогуляться по магазинам. Купишь себе костюм. Модный. Или платье. И это не обсуждается, прости, – безапелляционно добавила Кира, заметив, что мама собирается спорить.
– Хорошо! Но теперь давай о главном. Как твой первый рабочий день? Может, всё-таки выпьешь с матерью чая и выложишь все подробности?
Кира кивнула. Похоже, засидятся за полночь, ей есть, о чём рассказать.
Тёмно-синяя полоска неба за кухонным окном окончательно почернела, когда вечер, полный длинных разговоров, наконец-то закончился, и они, довольные прожитым днём, разошлись по своим комнатам. Ещё один бесценный вечер… И почему в длинных сутках вечер всегда самый прекрасный?
* * *
– Ну, Варя, умотала ты меня!
– Зато какой улов! Добавили красок в твоё серое существование!
Варвара, обмахивая салфеткой разгорячённое лицо, кивнула на пакеты с покупками, что стояли рядком у столика; глянцевые, с яркой рекламой они являли собой наглядную демонстрацию удачного шопинга.
– Да уж, куча нарядов и пустой кошелёк! Но кружевное платье и вправду прекрасно.
– И ты не нашла ни одной причины, чтоб его не купить.
– Ну, а как тут удержаться?
Вера Сергеевна подвинула к себе поднос. После блуждания по магазинам у подруг разыгрался аппетит, и они решили посетить фудкорт, который обычно обходили стороной. Разместившийся на третьем этаже торгового центра, он оказался довольно популярным местом, сейчас здесь зависала, в основном молодёжь, с удовольствием поглощая еду, которую Вера назвала бы не самым приятным словом. Еда, мягко говоря, вредная, но перекусон нужен, и она смирилась с неизбежностью в виде лёгкой боли в желудке, которой не избежать.
– В понедельник обязательно надень новое платье! Слышишь? В новом платье твоя фигура, созданная, может, не по всем законам красоты, очень даже ничего. – Расправившись с гамбургером, Варвара удовлетворённо откинулась на стуле. – Пусть бабы там у тебя на работе окончательно сойдут с ума от зависти!
– Пожалей девчонок, их и так уж моя причёска доконала. Успокоиться не могли никак. Но лучше во вторник, утро понедельника само по себе беда.
– Понимаю, – Варвара коротко хохотнула. – Удивительно, как тебе идёт эта стрижка. Просто не узнаю тебя. Эй, Власова, ты ли это?
– Я, – Вера довольно улыбнулась.
В своём отделе технического контроля она и в самом деле произвела фурор. Кто-то был искренне рад за неё, кто-то пожимал плечами: подумаешь, событие. Но равнодушных не было. Даже Василий, начальник отдела, подошёл ближе, попросил покрутиться, потом поднял большой палец вверх. Василию Вера втайне симпатизировала, Василий её тип мужчины, спокойный, уравновешенный, суровый. Из сильных, эдакая каменная стена для своей женщины. Взглянешь на него и видишь победителя. Да и внешность – одни восклицательные знаки в описании будут. Женат, правда, было бы странно, если б женщины оставили такую особь без внимания. Женщины – умные создания.
Никому и никогда, даже лучшей подруге Варваре не признается Вера, как хочется ей простого женского счастья. Чтоб рядом был вот такой мужчина, которого она, вскакивая пораньше, счастливая после ночи любви, кормила б завтраками по утрам, провожая, целовала бы в прихожей, прижимаясь к груди, шептала бы «не задерживайся, дорогой». И жизнь заиграла бы яркими красками.
Вот как-то так видит Вера своё счастье. Но это не стало намерением, не подкрепилось действиями, успешными и не очень. Да хоть какими-то попытками достичь желаемого…