Александра Давид-Неэль – Магия любви и чёрная магия (страница 22)

Бон-по приближался. Странная фигура возникла из темноты, и благодаря свету фонаря Гараб смог хорошо разглядеть ее.

Великий Учитель был человеком высокого роста и страшной худобы — сущий скелет в длинной темной мантии. Его лицо несколько напоминало лицо настоятеля монастыря, однако оно было еще более необыкновенным. У настоятеля были гладкая кожа и пронизывающий взгляд; те же черты превращали лицо Великого Учителя в маску, на которой вместо глаз пылали два жгучих луча.

Гараб был не робкого десятка, и все же это жуткое видение заставило его вздрогнуть.

Человек поставил фонарь на землю, достал из-под мантии ключ, отпер замок, отодвинул и снял железную перекладину, которая служила засовом, и открыл дверь. Из пещеры вырвался удушающий запах тлена, и Гараб чуть было не закричал от ужаса.

Бон-по взял фонарь и вошел в пещеру. Все его жесты были точны, размеренны и царственно спокойны; он едва слышно бормотал какую-то молитву.

Стараясь не шуметь, Гараб приблизился к открытой двери и заглянул в пещеру. Прежде чем что-то предпринять, он хотел убедиться, связан Рама или нет, способен ли друг оказать ему поддержку или же его пытали и он ослаб.

Гараб обвел взглядом пещеру, но кроме колдуна никого не увидел.

Некое каменное сооружение, напоминавшее большой прямоугольный стол, занимало почти все пространство под скалистыми сводами, оставляя вокруг себя лишь узкий проход. В верхней части этого стола, сделанной из железа, было просверлено множество больших отверстий. Это мог быть примитивный алтарь в честь какого-нибудь горного духа или демона.

Бон-по снял с себя одежду, и Гараб увидел его голое тело — скелет, обтянутый кожей. Колдун взял чайную ложку с длинной ручкой, которая лежала на выступе скалы, и опустил ее в одно из отверстий стола, собираясь что-то зачерпнуть. Он проделал это несколько раз, всякий раз выливая содержимое ложки на различные части своего тела и затем растирая рукой. Во время этой процедуры он продолжал тихо читать молитву.

«Где же Рама?» — спрашивал себя охваченный тревогой Гараб, задыхаясь от вони, которая стояла в пещере.

Бон-по снова зачерпнул что-то ложкой и, бережно держа ее в руке, обогнул стол, остановился у одного из его краев и наклонился вперед.

— Это подлинный эликсир бессмертия, — наставительно произнес он. — В нем разлита жизненная сила молодых и здоровых людей. Для непосвященных этот напиток является смертельным; для посвященного же, готового к его употреблению, он становится источником неиссякаемой энергии. Почтите за счастье, сын мой, что вы смогли внести свою лепту, став пищей для этого источника, который позволит Верховным Учителям сравняться с богами.

«С кем он говорит, — гадал Гараб, — я никого не вижу. Где же Рама?.. Ведь я слышал его голос. Неужели я схожу с ума?»

Колдун поднес ложку ко рту и что-то выпил; затем он снова склонился к столу.

— Ваши глаза еще открыты, — сказал он, — но не чувствуете ли вы приближение большого сна? Не принялись ли черви за ваши ноги? Вы хотели открыть нашу тайну, теперь она вам известна. Пожелайте же возродиться среди нас. Возможно, когда-нибудь вы тоже станете Учителем. В ожидании этого я благословлю вас тайным окроплением.

Он поднес ложку к столу, и Гараб увидел, как с нее упало несколько капель некоей жидкости.

В тот же миг из-под железной крышки раздался пронзительный крик.

— Ко мне, Гараб, ко мне! — звал невидимый Рама.

Забыв обо всем на свете, Гараб схватил железную перекладину, которую бон-по оставил у стены возле двери, бросился к колдуну и ударил его по голове изо всех сил.

Старик рухнул на землю.

— О Гараб, вытащи меня отсюда!.. Гараб! — взывал голос Рамы, доносившийся из-под стола.

«Они упрятали его в могилу!» — догадался Гараб.

— Подойди сюда, подними крышку, — стонал индус.

Гараб взглянул на распростертого на земле бон-по, по лбу которого стекала струйка крови. «Видимо, я проломил ему череп», — подумал он.

К нему вернулось всегдашнее хладнокровие.

— Я иду, — ответил он другу.

Гараб поднял с земли замок и ключ, которые колдун оставил у двери, и сунул их под платье[49]. Взяв в руку фонарь и не расставаясь с железной перекладиной, он обогнул стол, откуда доносился голос Рамы.

В одном из отверстий показалось лицо индуса, который лежал на спине; неподалеку от него сквозь другую дыру виднелось мертвенно-бледное, с синеватым оттенком лицо покойника и дальше, в глубине такого же отверстия, Гараб разглядел череп и разлагавшийся труп.

В каком же аду оказался его друг!

— Это полый стол, мы находимся под его крышкой; приподними ее, Гараб, — молил мученик.

Гараб положил руки на железную крышку и осмотрел ее. Она была такой тяжелой, что все попытки приподнять ее оказались тщетными. Видимо, крышку можно было снять только с помощью нескольких человек, предварительно освободив крюки, которые скрепляли это сооружение. Гараб решил приподнять тот угол, под которым был погребен Рама. Он яростно принялся за работу, действуя перекладиной как рычагом. Мало-помалу один из крючков сломался, и крышка поддалась. Гараб взял своего друга за плечи и вытащил его сквозь образовавшееся отверстие.

Обнаженный индус, забрызганный отвратительной зловонной массой, с трудом поднялся и прислонился к стене пещеры, не в силах держаться на ногах.

— Я был там, внутри, более трех дней, и все это время ничего не ел, — сказал он.

— Что значит «там, внутри»?

— Между двумя железными балками, куда колдуны помещают людей, чтобы они там умирали от голода и разлагались. Трупы никогда не убирают. Время от времени рядом с ними кладут живых. Жидкость, которую выделяют разлагающиеся тела, и является их эликсиром бессмертия[50]. Вот в чем заключается тайна Сосалинга. Теперь я ее знаю. Уведи меня отсюда, Гараб!

— Для этого я и пришел, — отвечал объятый ужасом Гараб. — Надень мантию колдуна. Нам пора уходить.

Гараб схватил одежду бон-по и помог Раме в нее облачиться. Затем он в последний раз взглянул на свою жертву.

— Он еще жив, — сказал Гараб, — надо его здесь закрыть.

Рама нетвердо стоял на ногах; шатаясь, он последовал за своим спасителем, который поставил перекладину на место и запер дверь на замок.

Друзья остановились на миг, с удовольствием вдыхая свежий ночной воздух после недавнего зловония.

— Знаешь ли ты дорогу, по которой можно отсюда выбраться? — спросил Гараб.

— Нет, меня привели сюда ночью.

— Это ужасно! — пробормотал Гараб.

— Но ведь ты знаешь дорогу?

— Я знаю лишь путь, которым пришел. Но мы не можем вернуться той же дорогой.

Гараб обошел косогор, нависший над окутанной тучами пропастью. Неясные очертания горных вершин виднелись во мраке. «Это конец, — подумал бывший главарь разбойников, — но мы должны сделать попытку убежать. Лучше сломать шею на этих скалах, чем медленно умирать в аду, созданном бон-по».

Он развязал свой широкий пояс и испытал его на прочность.

— Вот что заменит нам веревку[51], — сказал Гараб другу. — Дай мне твой пояс.

Рама снял с себя пояс бон-по. Гараб отрезал от него две ленты, чтобы подпоясать себя и друга, и подвесил фонарь к оставшемуся куску. Затем он быстро осмотрел края косогора, водя над ними фонарем на веревке, чтобы отыскать наиболее подходящее место для спуска. В конце концов Гараб остановил свой выбор на каминге[52], где росли чахлые деревья. Куда вела расщелина? К более пологому склону или в пропасть? Темнота не позволяла это увидеть.

— Рама! — воскликнул взволнованный Гараб. — Тебе еще далеко до спасения. Скорее всего, нас ждет смерть. Достаточно ли крепки твои ноги, чтобы удержать тебя во время спуска?

— Не знаю, — вполголоса ответил индус. — Я очень ослаб.

«Рама оставался без пищи более трех дней!» — вспомнил Гараб.

Он быстро развернул свой узелок, достал кусочек сушеного мяса и положил Раме в рот — его друг мог подкрепиться, но медлить было опасно.

— Это заглушит твое чувство голода, — сказал Гараб, — а позже я накормлю тебя по-настоящему, Пошли, уже пора. Я помогу тебе.

Головокружительный спуск начался. Гараб подвесил фонарь к поясу. Время от времени он спускал его на веревке, освещая путь. Ему приходилось то и дело оборачиваться, чтобы помочь Раме.

Наконец беглецы оказались на небольшом выступе отвесной скалы. Здесь не было никакой растительности и не за что было уцепиться.

Забрезжил рассвет. «Бон-по забеспокоятся, что их Великий Учитель не возвращается, — подумал Гараб, — и отправятся на его поиски в пещеру. Не обнаружат ли они нас?»

Становилось все светлее. У подножия скалы виднелись пастбища, полого спускавшиеся в долину. Внизу их ждало спасение, но как же туда добраться?

— Рама! — крикнул Гараб. — Это наш последний шанс, давай рискнем. Я привяжу тебя к себе и спущусь по скале.

— Хорошо, — ответил индус.

Гараб привязал друга двумя поясами к своей груди и спрятал кисти рук под длинными рукавами одежды, чтобы пе содрать кожу во время спуска. Он надеялся замедлить свою скорость, упираясь в скалу руками, ногами и спиной. Если бы он был один, то почти наверняка сумел бы спуститься, но вдвоем с Рамой это было сомнительно.

Однако спуск оказался менее тяжелым, чем предполагал Гараб. Скала была не такой гладкой, как представлялось на первый взгляд. Ему удалось замедлить темп и даже немного управлять своими движениями. Через несколько мгновений беглецы упали па площадку, покрытую дерном. Они оба сильно ушиблись, но были живы.