Александра Черчень – Турнир для сиротки (страница 21)
Из учебного крыла колледжа доносилась музыка. Там веселились, танцевали… ждали полуночи, чтобы загадывать желания…
У Элифисы Персайк желаний не было. Разве что вернуться в прошлое. На три года назад, когда она еще была той девочкой, которая могла бы выйти замуж за Дайлена: чистой, невинной – и хотя бы этим достойной такого мужчины.
Слезы туманили глаза, катились по щекам, Фиса снимала горячие капли пальцем и вдавливала их в ледяное стекло. Окошко в сплошном морозном узоре становилось все больше, и на фоне черно-белого ствола вяза ей начал чудиться мужской силуэт.
Знакомый такой.
Длинное темно-серое пальто, белый шарф, непокрытые светлые волосы… И Фиса закрыла глаза, прижалась лбом к стеклу.
Скоро профессор Риот начнет мерещиться ей за каждым углом. Потому что тоска с каждым днем раздирает сердце все больше и больше. А надежда, что она пройдет, становится все меньше и меньше.
В окно звонко ударил камешек, потом второй. А потом она распахнула ресницы и увидела, как примерещившийся около вяза мужчина поднимает что-то с земли, размахивается и бросает.
Третий камень попал ровно в проделанное ей окошко, и Фиса отпрянула. А потом судорожно вцепилась в ручку, рванула на себя створку, но открыть не смогла – то ли рама насмерть примерзла, то ли девчонки насмерть заклеили ее от сквозняков…
Но форточка открылась.
– С наступающим Новым годом, мисс, – поздравил ее морок, отбрасывая за спину концы шарфа. – Я принес вам подарок.
– И вас… – хрипло ответила Фиса.
Наверное, это очень глупо: высунуть в форточку зареванное лицо и разговаривать с собственной галлюцинацией. С другой стороны, она ведь наверняка просто задремала, сидя на подоконнике, и профессор явился ей во сне! Первый раз за минувший месяц. А ведь как ждала, что будет хотя бы сниться! И с каким страхом ожидала каждый вечер, что и впрямь приснится… Не даст, не позволит себя забыть…
Ну вот оно и свершилось.
– Я рада, что вы мне приснились! – с чувством сказала она.
– Правда? – спросил морок.
– Да. Я так ждала, а вы ни разу… Может, и правда на Новый год случаются чудеса! – Ответ вышел слишком восторженный. Но во сне можно все!
– Отчего же вы не на балу, мисс?
– А что мне там делать? – пожала плечами Фиса. Впрочем, снизу было видно только ее голову. С гладко собранными в хвост волосами. Даже глаза не накрашены. Но тускловатый свет фонаря, стоявшего у крыльца общаги, до окна не доставал. Зато неплохо освещал ее прекрасный сон. И этот сон пялился на нее тоже… восторженно.
– Подарок возьмете? – спросил он, по-прежнему не сводя глаз с распахнутой форточки. С нее, с Элифисы!
– Конечно, – согласилась она. – Давайте!
Какой же прекрасный сон! Сейчас к ней подлетит стая мерцающих бабочек, или розовых лепестков, или пусть даже сухих листьев, они будут пахнуть горьким кофе, осенним ветром и гранатовым соком – как сам профессор…
– Так спускайтесь, – предложил морок, слегка улыбаясь.
– Нет, – отказалась Фиса. – Вдруг проснусь по дороге.
– Тогда отойдите от окна, – велел морок, мерцая в фонарном свете своими почти прозрачными серыми глазами. – Я его открою. У вас, кажется, это не вышло.
– Нет! – Она даже головой замотала. – Пожалуйста, постойте тут еще немного. Вы так похожи на настоящего Дайлена Риота. Дайте досмотреть сон.
Но створка окна – не та, что с форточкой, а вторая – скрипнула и начала открываться. Распахнулась настежь, повинуясь то ли заклинанию, то ли законам сна, а морок подошел ближе и протянул руки.
– Прыгайте, мисс! Я поймаю.
Она переступила ногами по подоконнику и прыгнула, без тени сомнения.
И еще в воздухе поняла, что окутана коконом теплого воздуха. Тепло стало даже ногам, с которых мигом слетели тапочки без задников.
А руки, которые поймали ее и немедленно прижали к себе, оказались еще теплее. Аккуратно поставили на землю (снег показался пушистым ковром с подогревом). Чуть отстранили и всучили тяжелую коробку, которую Фиса тут же прижала к груди.
– Ой… каршанг…
Та самая доска для любимой игры, скрывающая в себе фигурки из кости горгульи.
А морок, немного подумав, распахнул свое пальто и сгреб Фису в охапку, укрыв ее полами.
– Бытовая магия – вещь незаменимая, – задумчиво проговорил он ей в затылок. – Но так надежнее.
– Это и есть подарок? – спросила Фиса, продолжая прижимать к себе коробку. Коробка ей, окутанной знакомым запахом, очень мешала. Мешала прижаться, обнять, сделать все то, чего она ни за что бы не сделала наяву. Она же от него сбежала! Сказала, что не нужен, что не любит, вернула кольцо… Но во сне можно все. Вот только коробка…
– Я так вас люблю! – сказала она.
– Правда?
– Конечно! Но не надо дарить мне каршанг. Это же семейная реликвия.
– Так я все равно не могу в него играть без вас, – усмехнулся ее сон. – А что дарить – не придумал. Побрякушки вы не возьмете. Иллюзии… Иллюзии уже не годятся. И я тоже вас люблю, Элифиса.
Последовавший за словами поцелуй был настолько реальным, что Фиса разорвала его первой и потрясенно спросила:
– Профессор?!
– Слегка похудел, скучая без вас и каршанга, но в остальном вроде бы не изменился. – Знакомым движением головы Дайлен Риот отбросил со лба светлую челку. – Встретите со мной Новый год, мисс?
– Вы что – мне не снитесь?
– Ну если вам так проще, то снюсь, – кивнул этот невозможный мужчина, продолжая ее обнимать. Босую, ненакрашенную, в дурацкой форме колледжа, которую она не сочла нужным снять даже на праздник. Зареванную…
Фиса позорно шмыгнула носом и уткнулась профессору в плечо.
– Не могу… – сдавленно пожаловалась она. – Не могу без вас.
– Так и мне неуютно, – хмыкнул Риот. – Но теперь, когда вы признали этот факт, весьма глупо, согласитесь, ощущать наш общий некомфорт и дальше. Так что насчет Нового года?
– Мне нужно переодеться, – сдалась она. Вернуться в общагу? На холодный подоконник, в беспросветную тоску, в осознание того, что он больше никогда ее не поцелует? Нет. Не сейчас точно.
– Не нужно, – мягко сказал профессор. – Перед вами признанный гений бытовой магии, мисс. Неужели я не смогу создать вам прелестное платье, шубку… изящную обувь?
– И что мы будем делать? – улыбнулась она. – Играть в каршанг?
– Непременно, – подтвердил профессор.
Может быть, новогодняя ночь и правда способна творить чудеса?
Хотя бы только сегодня…
Ведь Элифисе Персайк было очень нужно чудо. И это чудо случилось.
Новогодний праздник – самый замечательный в году. Сказочная даже в магическом мире атмосфера, подарки, грандиозный бал! Но любой бал когда-нибудь заканчивается… а настроение праздновать остается. И потому многие продолжают веселиться до утра – кто вдвоем, кто шумной компанией. Конечно же, это касается и студентов! Давайте будем честны: разве вы в светлую пору учебы расходились в новогоднюю ночь по комнатам и ложились спать? Или, может, занимались подготовкой к экзаменам? Даже если сессия начинается уже на следующий день…
Вот и студенты Королевской Академии Стихий после бала по комнатам-то разошлись… но не поодиночке и с понятными намерениями: догулять!
Веселье в апартаментах герцога Таргского продолжалось до самого рассвета. Сам Тарис безоговорочно предпочел бы большой компании общество Хелли… но уговор есть уговор. Если девочке нужно подумать, если она хочет возобновить отношения после сессии – а может, и после каникул, на которые она уедет домой… Давить на Хелли, рискуя нарушить только что заключенный и пока что хрупкий мир, он не собирался.
Но вот отпраздновать этот самый мир – да! Пусть и в отсутствие любимой. И, разумеется, исключительно мужским коллективом. На этом Тарис буквально настоял: не хватало еще, чтобы до Хелли дошло, что у него собирались девушки!
А потому ни Эрика, ни Сареша в компании не было. Великолепная четверка и еще несколько парней: чистый мальчишник! Что делали? Да понятно что… пили.
И пили не то чтобы даже много – но разнообразно. Когда кончился коньяк (всего-то три бутылки на восемь человек), в ход пошло вино. И к шести утра попросту попадали. Молодым здоровым магам это, в общем-то, не особо свойственно, но все же иногда случается.
Особенно если один из них вовсе не молод и виртуозно владеет многими не то чтобы прямо ужасными, но запрещенными заклинаниями.
Маг, называвший себя Кристофом Химаро, провел в академии всего-то два с небольшим дня. Но успел смертельно устать! Морально. Нет, личину он выбрал правильную. Натан Реманс был вне подозрений в компании герцога Таргского. Однокурсник, давний друг как минимум троим и хороший приятель остальным. Но вот его эмоциональную сферу Химаро считал не слишком усердно, а неординарную личность и вовсе почти не учел. Потому затягивать игру не стоило. Слишком уж велик риск, что необычным поведением маркиза Реманского всерьез заинтересуются его друзья. Конечно, завтра начинается сессия, и всем будет не до него… но рисковать не стоит.
Рысь следует забрать прямо сегодня. А вот самому Химаро придется остаться здесь до самых каникул – чтобы исчезновение нечисти никак не связали с Натаном. Ну ничего. Вспомнить молодость тоже полезно. Тем более что результаты экзаменов его нисколько не волновали, как и дальнейшая судьба маркиза Реманского.