Александра Черчень – Особенности болотной криминалистики (страница 13)
Юля подавилась чаем и судорожно закашлялась, пытаясь прийти в себя.
– Кто?! – Несколько секунд она молчала, а после шепотом спросила: – Гномы – это такие маленькие и бородатые?..
– Ну да, – с совершенно незамутненным взором ответил бывший шут, искренне не понимая такой острой реакции собеседницы. – А у вас гномы другие, что ли?
– У нас гномов вообще нет, только сказки. – Юлия залпом допила чай, налила еще, сделала маленький глоток и осторожно поинтересовалась: – Тебе нравятся бородатые женщины?
Нет, госпожа психолог, конечно, многое повидала в болотном мире, в том числе и пассий Лельера, но про такие специфические вкусы услышала впервые.
Пришла пора бывшего шута давиться эксклюзивным напитком.
– Что?! Юлька, ты совсем перегрелась на ядовитом солнышке болотного мира?
Блондинка помотала головой и в общих чертах обрисовала, как именно земляне себе представляют гномьих женщин, а Лель расхохотался и покачал головой.
– Не-е-ет… в этом мире гномы просто низкорослая, крепенькая раса со склонностями к магии земли и нежной любовью к разнообразным минералам. Борода – гордость гнома, почти как коса у эльфов, но у гномок растительности на лице нет.
– Ну и хорошо, – облегченно рассмеялась хозяйка дома. – А то я уж решила…
– Лучше не озвучивай, – торопливо перебил ее Мастер Хин и вернулся к основной теме диалога. – В общем, девочку зовут Миямиль Гаилат, и она студентка по обмену из Охры. Я ее преподаватель.
– Ну хоть не ректор… – пробормотала Юля, пытаясь скрыть смешки. – А то совсем был бы канон. Ладно, вернемся к нашим баранам, то есть к тебе. Зачем тебе девочка-студентка? Неужели развратные леди при дворе закончились?
– Надоели, – передернул плечами Мастер Хин. – Да и вообще образ жизни шута надоел, понимаешь? Мне не двадцать пять лет, и я уже слишком нормален для того, чтобы продолжать в прежнем духе. Мне нужна хорошая девочка. Надолго.
– Как понимаю, эта самая девочка не согласна с твоими умозаключениями?
– Угу. Раньше просто изображала из себя ничего не понимающую идиотку и ресницами хлопала, а сейчас открыто посылает куда подальше. Мастера Хина посылает, Юльк!
В голосе Леля слышалась досада пополам с восхищением и даже гордостью за ушастую лепрегномку.
– Потрясающая девица, – согласилась с ним девушка и, заправив прядь волос, мягко спросила: – А чего ты от меня-то хочешь?
– Совета, – пожал плечами Лель. – Я не представляю, как себя с ней вести… раньше все было в разы проще, но прежние методы не годятся.
– Почему это?
– Потому что ипостась шута Леля уже накосячила. – Он поморщился и признался: – Сначала мне понравилась ее сестра, но почти сразу я понял, что привлекшие меня черты характера – наносные.
– То есть ты сначала совратил сестрицу своей зазнобы, а потом на нее саму переключился? – потрясенно охнула Юлия и покачала головой. – Лель, даже если она не знает, то это ужас!
– Я пришел не затем, чтобы ты мне мораль прочитала, – сухо напомнил Мастер Хин, с нехорошим прищуром глядя на молодую женщину, и та внезапно вспомнила, что перед ней Мастер, а не шут. Да и полно, осталось ли в нем хоть что-то от шута за эти пять лет? С каждым днем, с каждым месяцем тот сумасшедший психопат, с которым она познакомилась много лет назад, отходил на второй план, прячась в темных закоулках души феникса.
А Мастер Хин не был эпатажным шутом и откровенничал редко.
– Ладно… ты к специалисту или к другу? – решила сразу расставить приоритеты «госпожа психейлог».
– К другу, – немного подумав, определился Мастер. – Я понимаю твои опасения, но Мия – это совсем другое. У меня нет целей поиграть и бросить, именно поэтому я не заходил далеко с ее сестрой. Изучал.
– А ты не думал, что реально можешь быть не в ее вкусе? – осторожно намекнула Юля на более чем специфическую морду лица собеседника. Хотя ее саму это в свое время ничуть не отталкивало… в конце концов, нет некрасивых мужчин, есть мужчины не обаятельные. Ну а харизматичность Лельера не перебивалась ничем, даже физиономией Мастера Хина.
– Думал, – легко признался тот. – Но там явно проблемы с тараканами в головушке, а не в моем лице.
– Приставал? – понимающе хмыкнула хозяйка дома.
– Конечно, приставал, – самодовольно кивнул блондин, но почти сразу помрачнел. – Но она же не обычная девушка… она гномка, у которой логика на первом месте!
– Ты говорил полукровка… вторая часть какая?
– Папа лепрекон.
Юля изумленно округлила глаза и расхохоталась.
– Да-а-а… повезло тебе, что скажешь! В общем, мой дорогой, у тебя два варианта… или соответствовать ее идеальным представлениям с точки зрения гномки, или впечатлить лепреконскую. Они очень падки на эпатаж и все необычное в принципе…
– Эпатаж – это шут, – поморщился Мастер и коснулся своего подбородка. – Этому лицу раздолбайство совершенно не идет…
– Дело в том, что немного нечестно демонстрировать девушке только одну свою сторону, – осторожно начала говорить Юлька. – Будь собой, Лель… Ты настолько специфичный, что нечестно притворяться пусей, а потом бабах – и ты не белый и пушистый, а седой, зубастый и волосатый.
– Пусей?!
– Ой, не придирайся, ты понял, о чем я! Ну и с нами, девушками, самое главное – это настойчивость. На Земле даже есть такая поговорка про настырных кавалеров: «иногда проще дать, чем объяснить, почему не хочешь». Но перед тем, как идти напролом, я прошу тебя еще раз подумать о том, насколько это нужно… Лель, ты очень ветреный. Я не помню, чтобы у тебя была одна постоянная девушка.
– Мне не хотелось, – повел плечами бывший шут. – А сейчас… смотрю на тех, других, и понимаю, сколько их имели до меня и поимеют после. И рождается здоровая брезгливость.
Юльке очень хотелось сказать, что та же брезгливость может возникнуть и у женщин, но не стала выходить с другом на конфликт, так как прекрасно понимала, что у мужчин в этом плане очень двойные стандарты. Ну и ставить это в вину фениксу, который несколько лет имел все, что движется, пил, что горит, и курил все, что не вызывало мгновенного привыкания… Но Юля слишком хорошо знала, через что он прошел, и потому молчала.
Пауза не продлилась долго, в кармане Мастера завибрировала пластина внутренней связи, и, коснувшись прохладного металла, он впустил в сознание поток чужих мыслей. Образ Мастера Смерти виделся как черно-красная размытая дымка с четкими эмоциями досады и раздражения.
Мастер Пытки прерывисто выдохнул, прикрыл глаза и торопливо поднялся. Юля встревоженно привстала и почти сразу угодила в объятия друга, который коснулся округлой щечки ласковым поцелуем и проговорил:
– Извини, но мне срочно нужно бежать. Работа. И да, огромное спасибо, ты мне очень помогла!
– Надеюсь, ничего серьезного? – встревоженно проговорила Юля.
– Рутина, – лучезарно улыбаясь, соврал Лельер, прекрасно зная, что беременным женщинам волноваться нельзя, пусть они даже на совсем маленьких сроках. – Все, я убежал. Не скучай, Юленька… если что, зови, мы с тобой можем повторно ограбить музей!
– Нет, спасибо, мне хватило одного раза! – расхохоталась девушка и осторожно коснулась жестких белых волос. – Береги себя.
– Да что со мной станется, – дернул уголком рта Мастер и цинично добавил: – Два раза умирал, мне это только на пользу пошло.
И, выпустив хозяйку дома из объятий, он решительно направился к выходу, а Юля, пристально глядя ему вослед, тихо шепнула:
– Злоупотреблять все равно не стоит… особенно если у тебя осталась всего одна жизнь, бывший шут.
Глава 8
О неприятных воспоминаниях
Мастер Пытка стоял в центре широкой дорожки в заброшенном парке на окраине Изумрудного города. На стыках гранитных плит пробивалась трава, а по обе стороны возвышались покрытые зелеными пятнами мха фигуры коленопреклоненных плачущих женщин, уронивших лица в ладони. Вечер бросал на дорожки и статуи кроваво-красные отблески ядовитого закатного солнца, а тени деревьев тянулись к белым ботинкам, как когти чудовищ.
Но Лельер Хинсар уже давно не верил в сказочных монстров. Слишком много он их встречал в реальной жизни… и слишком прекрасны они были внешне.
Вокруг его фигуры кружился легкий дымок от зажатой меж пальцев сигареты, а синие глаза с прищуром смотрели в чащу. По тропинке почти неслышно двигалась темная фигура. Когда Смерть поравнялся с коллегой, то лишь хмыкнул и проговорил:
– Ты решил отобрать у меня заслуженную прерогативу конфисковывать у подчиненных сигареты?
Белый Мастер лишь затянулся, дернул уголком рта и спросил:
– Она в центре Стальной Рощи, да? На той самой плите, где я тогда трупы свалил.
– Верно, – со вздохом ответил Айлар и двинулся вперед, жестом приглашая Леля за собой. – У тебя есть мысли?
– Угу, – стряхнул пепел с пальцев Мастер Хин. – О том, что нужно чаще слушать аналитиков, потому что Хельжин оказался прав. Убийца начал с первого места моей «боевой славы». Очень сомнительной…
– Банда потрошителей?
– Даже странно, что убийство произошло не зимой.
Лель только кивнул и, выбросив окурок в ближайшую урну, поправил воротник и уверенным шагом двинулся вперед.
Восемь лет назад его назначили на пост Мастера Пытки сектора Малахит. Восемь лет назад в бедных кварталах города появились странные трупы, в которых отсутствовали некоторые органы. Восемь лет назад они вместе с департаментом Смерти узнали, что банда потрошителей скрывается в заброшенных катакомбах, один из выходов из которых был в центре Стальной Рощи. Тогда она была просто «Старой Рощей», местом, которое было тут задолго до основания Изумрудного города и куда не заходили местные жители, отчасти из-за потусторонней жути, которую навевали покореженные древние деревья, а отчасти потому, что чаща была окутана нехорошими слухами.