Александра Бракен – Зеркало чудовищ (страница 85)

Он хотел своего будущего.

Я могла дать ему это.

Я заставила себя разжать руку, снова глядя на монету.

Она дала бы ему новое тело, верно? То, которое принадлежало бы всецело ему… сердце, которое билось бы только для него самого.

Тень печальной улыбки тронула губы Невы.

— Что? — спросила я.

— Думаю, Нэш хотел, чтобы ты использовала её для себя, — сказала она. — Но тебе это даже в голову не пришло, да?

На этот раз я мрачно посмотрела на монету.

— Я не буду использовать это для себя.

— Это как я и пыталась тебе сказать, — произнесла Нева. — Ты никогда не хотела в это верить, но у тебя и правда прекрасное сердце.

Она залезла в карман куртки и достала маленькую косточку. Я почти рассмеялась. Это был птичий череп, который она нашла и подобрала где-то по дороге, сунув в куртку на хранение.

— Подумай об этом, ладно? — сказала Нева, погладив меня по спине. Она кивнула на чародеек, притворяющихся, что осматривают другие тела внизу. — Мои няньки выглядят так, будто готовы затащить меня обратно в Совет, так что мне лучше пойти. Найди меня, когда закончишь, хорошо? Мы придумаем, как выбраться отсюда вместе.

Я кивнула; горло слишком сжалось, чтобы говорить. Когда она достигли нижней ступеньки, она обернулась и позвала:

— Тэмсин?

Я подняла взгляд.

— Думаешь, мы должны были найти друг друга? — спросила она. — Если не в этой жизни, то в другой?

Я сделала долгий, глубокий выдох.

— Тебе виднее, чем мне.

Нева послала мне еще одну легкую улыбку и исчезла.

В конце концов, всё решил один-единственный миг: выражение лица Эмриса в то мгновение, когда он понял, что происходит. В этом последнем вдохе жизни были замешательство, боль и, больше всего, страх.

Он не хотел умирать. Не тогда, когда, наконец, освободился от отца, и будущее открыло ему дверь, приветствуя его.

Сердце болезненно ныло, пока я стояла рядом с его неподвижным телом. Нева натянула погребальный саван ему до подбородка. Его лицо всё еще было в разводах грязи и крови.

Используя чистую миску с водой и новую тряпку, я осторожно промокнула темную, засохшую кровь на его губах. И положила туда монету.

В древние времена греки хоронили своих мертвецов с монетами на глазах или во рту, чтобы они служили оболом для Харона — платой за переправу мертвых в Подземный мир. Казалось правильным, что эта монета вместо этого будет посажена в землю, как семя.

Я наклонилась, прижимаясь губами к другой стороне монеты. Задержалась на мгновение.

— До скорой встречи, — прошептала я.

Натянув саван ему на лицо, я посмотрела на Нэша. Под тонким слоем ткани казалось, что он просто спит.

— Спасибо, — сказала я ему. — За то, что пытался.

С монетой и маленьким черепом в руке я вышла из темной залы и вернулась в мир живых.

Собрав небольшую горсть пепла, скопившегося на боковом столике, я блуждала по разрушенным коридорам, пока наконец не нашла дверь, ведущую в обнесенный стеной сад, нетронутый тяжелыми сугробами, укрывшими окрестные горы и холмы.

— О, тебе бы здесь понравилось, — прошептала я. — Ты, ботаник.

Ночной воздух казался морозным и чистым, когда я вдохнула. Широкие ряды трав и ползучих лоз на шпалерах тянулись вокруг меня, освещенные тускло светящимися фонарями. Хотя каждое растение было аккуратно подписано, во всем этом чувствовалась дикость, словно им позволили расти так, как они сами того желали.

Я нашла путь к центру сада, дивясь тому, как снежная пыль легла ровно за его периметром, пока не увидела защитные сигилы, вырезанные на низких стенах.

Я опустилась на колени, рукой вскапывая мягкую землю. Когда я убедилась, что яма достаточно глубока, чтобы её не потревожили, я высыпала внутрь пепел, затем положила кость и, наконец, окровавленную монету.

Пожалуйста, сработай, подумала я. Пожалуйста. У меня были лишь смутные инструкции, полученные ранее. В тот момент этого казалось до обидного мало.

Закончив закапывать монету и похлопав по мягкой земле над ней, я услышала тревожный голос, зовущий меня по имени.

— Мисс Ларк?

Мне потребовалось мгновение, чтобы узнать Изольду, маленькую нервную чародейку, которая сопровождала Касуми и остальных в Лионесс. Теперь она выглядела как боец, словно её протащили за лодыжки через ад и обратно. Порезы и синяки на лице заживали под толстым слоем мази. Она больше не выглядела боящейся собственной тени.

Иногда выживание делало такое с человеком.

Я поднялась на ноги.

— Что-то случилось? Нева в порядке?

— Да, — сказала Изольда с широкой улыбкой. — Поэтому я и пришла вас искать. У неё и Совета прорыв.

Пульс подскочил.

— Уже?

Изольда открыла дверь.

— Прошу за мной.

Я последовала за ней, и с готовностью. Мы петляли обратно по коридорам и вверх по лестнице, к той комнате, в которой меня заперли всего несколько часов назад.

Двое других членов Совета стояли внутри, спиной к нам. Тихая трель предупреждения прозвенела на задворках моего разума, когда одна из них повернулась с каменным выражением лица. Этого легкого движения хватило, чтобы увидеть, кто сидит на диване, раскинув руки по спинке и скрестив ноги.

И ухмыляется.

Мадригаль стояла позади него, выглядя чрезвычайно довольной собой.

— Нет… — начала я, пятясь от двери. Темная тень задержалась в углу комнаты, и это — он — двинулся ко мне; лицо его было бледным. — Кабелл…

Рука Изольды вцепилась мне в плечо, и я почувствовала, как ледяная искра проскочила между её кожей и моей.

Тьма опустилась на мой разум, отсекая мысли, крадя чувствительность тела. Кабелл подхватил меня под руки, когда ноги подогнулись; его хватка была крепкой, лицо — ничего не выражающим.

И в этот последний момент осознанности я услышала только Лорда Смерть; его голос был низким и победоносным.

— Теперь сделка завершена.

Гринвич, Коннектикут

Они вернулись в дом одни, в самый первый раз.

В отсутствие охотников оценить нанесенный ими ущерб было проще. Верные своему прошлому Опустошителей, они опустошили имение Саммерленд, лишив его всех сокровищ, всей ценности, всех воспоминаний.

И то, что осталось, было лишь оболочкой, готовой схлопнуться внутрь себя.

Дети приветственно закричали с крыши, семеня вниз по башенкам. Привлеченные, как он понял, манящим новым запахом девушки в руках его господина.

— Прочь, — прорычал Лорд Смерть, дернув рукой в отмахивающемся жесте.

Они заскулили, скребя когтями обратно по каменному фасаду.

Парадная дверь была сорвана несколько часов назад, когда Дикая Охота вырвалась наружу, чтобы одержать окончательную победу над врагами, или так они полагали. В конце концов, это была их последняя скачка.

А теперь всё вернулось к тому, как и должно было быть. Они с господином вернутся в Аннун. И Тэмсин…

Когда сенешаль пошел, чтобы вынести её из этого гниющего змеиного клубка, его господин вмешался. Настоял. И последовавшее колебание стало еще одним ударом против него, еще одним кнутом, которым господин мог его отхлестать. Но всё же его пальцы сжались на ней крепче; искра неповиновения преодолела страх.