Александра Бракен – Немеркнущий (страница 24)
Женщина вернулась быстрее, чем я ожидала. Ее глаза не отрывались от земли, а в руках она сжимала что-то белое. Женщина открыла водительскую дверь и скользнула на сиденье, впустив глоток ледяного воздуха.
– Спасибо, – сказала я, когда она вручила мне билеты, и, дождавшись, пока Джуд выберется наружу, добавила: – Мне правда очень жаль.
Когда мы пошли к станции, я оглянулась всего один раз. Я велела нашему «водителю» подождать две минуты, а потом возвращаться домой. Женщина… может, это уставшие глаза сыграли со мной шутку или завихрения снега между нами… но, когда фары проезжающей мимо машины скользнули по лобовому стеклу ее автомобиля, клянусь, я различила блестевшие на ее щеках слезы.
Женщина купила нам билеты в Фейетвилл, что в Северной Каролине. Если мне не изменяла память, Уилмингтон располагался на другой стороне штата. Но еще хуже, что поезд отходил только в 7.45 утра – через десять часов. Достаточно времени, чтобы нас убили или поймали.
Станционный зал оказался совсем простым – красот внешнего убранства в нем не было совсем, – сплошной бетон. Я нашла в углу скамейку, которая стояла лицом к стене отключенных игровых автоматов, и мы устроились там, изо всех сил стараясь казаться как можно незаметнее. Ночные поезда приходили и уходили, позади нас слышались шаркающие шаги, табло приезда-отъезда перелистывалось, щелкая и попискивая.
Я устала, и есть хотелось ужасно. Тележка с кофе рядом с кассами все еще работала, и полусонные служащие то и дело заливали в себя стаканчик горячей жидкости. Но у меня не было денег, и я не настолько отчаялась, чтобы использовать свои способности на бедном продавце.
Джуд дремал у меня на плече. Время от времени оживали громкоговорители, и механический голос диктора сообщал об идущих по расписанию или задерживающихся поездах. Но с каждым часом ожидания тишина между объявлениями становилась все дольше, и я все больше жалела о принятом решении. Где-то около четырех, когда я уже балансировала на грани истощения, меня окончательно захлестнули сомнения. Когда мы все-таки доберемся до Северной Каролины, встретим ли там Лиама? Который, когда хотел, становился очень изобретательным. И пока мы завязли здесь, и пока мы до него доедем, парень может оказаться совсем в другом месте, на противоположном конце страны.
На парковке стояли машины. Может, лучше угнать одну из них и попробовать промчаться по бесплатным дорогам, избегая крупных городов, облепленных контрольными постами Национальной гвардии? Нет, потому что это бы означало попасть под прицелы тысяч камер, которые правительство наставило вдоль шоссе, чтобы искать детей вроде нас.
Меня привлек не свист открывающихся раздвижных дверей, а тяжелые шаги. Пассажиры постоянно сновали взад и вперед, и бездомным позволялось по ночам спать в отапливаемом помещении, если они не занимали скамеек, а устраивались где-то в углу. Но сейчас в зал вошла целая толпа; резиновые подошвы ботинок визжали, ударяясь о кафельные плитки. Краем глаза я заметила, как выпрямился кассир в своем окошечке.
Мне было достаточно одного только взгляда, чтобы убедиться в своих подозрениях. Черная униформа.
Я схватила Джуда и потянула его вместе с собой вниз со скамьи, которая закрывала нас от пары десятков СППшников, которые столпились в центре зала.
– Вот дерьмо, – прошептал Джуд, – вот дерьмовое дерьмо.
Я положила руку ему на плечо, крепко удерживая рядом с собой. Я знала, что он думает, – те же вопросы проносились и у меня в голове. «Как они нас нашли? Как узнали, что мы окажемся здесь? Как теперь выбираться?»
Что ж, ответ на последний вопрос: не психовать и не паниковать. Наступил один из тех редких моментов, когда я поблагодарила Лигу за то, чему я там научилась. Я глубоко, ровно вздохнула и принялась оценивать ситуацию.
Я насчитала одиннадцать СППшников, рассевшихся по скамейкам возле одного из выходов к автобусам. Среди них оказались две женщины – обе поднялись, чтобы проверить расписание. Одна туго заплела волосы в косу, вторая строго зачесала свои назад. Головы мужчин казались свежеобритыми. Еще более странным было то, что у ног СППшников лежали одиннадцать вещмешков из камуфляжной ткани, но никакого оружия.
Один из парней отделился от группы и, громко смеясь, направился к торговым аппаратам. Остальные кричали ему вслед, заказывая чипсы, жвачку или пирожки. Никто не сканировал помещение, не допрашивал кассира в билетной кассе. Мужчины и женщины носили форму, но не были при исполнении.
– Новобранцы, – объяснила я Джуду. – Эй, смотри на меня, не на них. Ждут автобус, чтобы отправиться к месту службы. Это не по нашу душу – просто нужно найти тихое место и отсидеться до прибытия нашего поезда. Оʼкей?
Я повернулась к солдатам спиной, внимательно осматривая нашу часть помещения на предмет двери, которая окажется вдруг незапертой, или незамеченного прежде коридора. Я почти не почувствовала, как Джуд снова напрягся рядом со мной, но
«Что она здесь делает? Что они все здесь делают?» Они не могли… не могли выследить нас…
– Вот дерьмо, вот дерьмо, вот дерьмо, – шептал Джуд, прижавшись ко мне.
По крайней мере, он понял, как опасно возвращаться в Штаб. И мне не пришлось объяснять, что Вайда здесь не для того, чтобы нам помочь. Я в отчаянии осмотрела кассовые окошки «Амтрака», мой взгляд метнулся к ближайшему женскому туалету. Все складывалось намного хуже, чем я даже могла предположить. И мне так захотелось просто сесть и расплакаться.
Я не стала делиться этим «планом» с Джудом, который и так почти что рыдал. Ничего больше не придумав, я потащила Джуда – в буквальном смысле слова – к небольшому семейному туалету.
Я пихнула дверь, и она скрипнула. В туалете не оказалось ни окон, ни достаточно больших вентиляционных люков, чтобы через них выбраться. Я потянулась выключить свет, и только потом защелкнула замок. Секунду спустя дверь грохнула – кто-то дернул за ручку.
Я села на пол и подтянула колени к груди, пытаясь отдышаться, прижала палец к губам. Джуд рухнул рядом.
Мы не могли отсиживаться здесь вечно – в конце концов кто-нибудь поймет, что туалет не должен быть заперт, и пойдет за ключом. Так что я принялась считать. Я отсчитала четыре минуты, останавливаясь и начиная снова каждый раз, как слышала удар чьего-нибудь ботинка.
– Давай, – прошептала я, поднимая Джуда на ноги. – Надо бежать.
Мы и двух шагов не сделали.
Прямо напротив туалета, привалившись к стене, стояла Вайда. Ее брови поползли вверх вместе с пушкой в руке.
– Привет,
Глава восьмая
Все слова, приходящие мне на ум, состояли из трех букв.
– Какого… ты здесь делаешь?
Триумфальная улыбка, которую я ожидала увидеть на лице у той, что стояла напротив меня, так и не появилась. Меня просто окинули ледяным взглядом.
– Вот это да, – фыркнула Вайда, – у твоего чувства опасности, оказывается, офигительно высокий порог? А мне-то расписывали, как трудно тебя будет найти.
Вытащив из-за пояса пистолет, я медленно прицелилась, позволив невидимым рукам в моей голове расправиться, представляя, как запускаю фантомные пальцы в Вайду, захватывая ее разум. Но… ничего. Вообще ничего.
– Миленько, – скривилась она. – У меня тоже такой есть.
Мучительно долгое мгновение никто из нас не шевелился, ее темные глаза буравили меня, прямо как на занятиях, когда нас ставили друг против друга. Оценивающе. Прикидывая, на что я способна.
Никто не заметил, как Джуд, еще минуту назад жавшийся у меня за спиной, уже стоял рядом с Вайдой, положив руку ей на плечо:
– Мне очень жаль, что так получилось…
Крошечная дуга голубого электричества взметнулась от висевшей на поясе у Вайды рации вверх, мягко лизнув кожу, словно язычок змеи. Должно быть, девушка, как и я, поняла, что задумал мальчишка, но отреагировать уже не успевала. Глаза Вайды закатились, и она рухнула на пол.
– Бог ты мой, – пробормотала я, опускаясь рядом на корточки проверить ее пульс.
– Просто небольшой дружеский разряд, – объяснил Джуд, каждый волосок на его голове стоял дыбом. – Она… она придет в себя через пару минут, но, Ру, скажи, я же все правильно сделал? Не хочу оставлять ее здесь. Кажется, мы не должны уходить без нее, но она не хочет помогать, а нам надо найти Лиама, но она нас выдаст, а он важный…
– Ты поступил правильно, – заверила я. – Джуд, спасибо.
– Что же нам теперь делать? – шептал мальчик, шагая за мной по коридору к комнатке с табличкой «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».
Быстро просканировав пространство, я обнаружила, что опергруппа разделилась: одни отправились наверх, в застекленные офисы на верхнем этаже, другие вышли на платформу. Не задействованные в осмотре вокзала СППшники оставались в зале, так и сгрудившись в центре черной толпой.
Когда мы шли по длинному коридору, нам навстречу попался работник станции, который зашел в комнату отдыха. Я сосредоточилась на двойных дверях в самом конце уходящего в бесконечность бетона – мне было страшно, что я оглянусь и увижу то, чего видеть мне совсем не хочется. Как можно более бесшумно я открыла правую створку, махнув Джуду, чтобы не отставал. Дверь закрылась со слабым щелчком. Потребовалось две драгоценные секунды, чтобы понять – мы оказались на автовокзале, и еще две – увидеть выворачивающего из-за угла немолодого мужчину в синей форме с большим мокрым кофейным пятном на груди.