Александра Блонская – Циани. Попала (страница 1)

Циани. Попала

Глава

...И снизошло на неё озарение.

И направила Светлана сына своего.

И коснулся он святыни великой.

И дрогнула твердь земная.

И рассыпался камень хрупкими осколками.

И вырвался поток из ничего и из ниоткуда.

И пронзил он землю стенающую.

И кошка обрела повадки пантеры.

И аист облачился в перо пылающее.

И ящер поднялся драконом.

И черепаха стала Нииру.

И вошёл поток в тело самой Светланы.

И наполнил её силой живительной и пагубной.

Но не овладел ею поток — по воле и милости Единого.

И явилось существо старше всего древнего.

И встало подле неё щитом.

Так возродилась Империя...

Из книги, что должна быть забыта.

Песнь вторая.

Глава 1. О дивный новый мир?

Аня открыла глаза и с удивлением обнаружила себя лежащей на спине. Где? Моргнула несколько раз, пытаясь сфокусироваться. Вверх уходил высокий каменный свод. Это точно не скорая.

Повернула голову и увидела огромные витражи. Бледные лучи света падали на пол, дробились на холодные разноцветные пятна… Какая-то заброшенная церковь?

Девушка осторожно подняла руку к лицу — пальцы дрожали, сердце билось как бешеное, хотя она просто лежала. Аня резко выдохнула и села — волосы упали на лицо рыжей, спутанной волной.

— Что произошло? — пробормотала под нос.

Она помнила: новогодний корпоратив телеканала. Музыка, свет, недопитый бокал сока. Девушка вышла подышать, она была счастлива — жизнь налаживалась.

— Бабуль… ты бы гордилась. Мне… мне наконец хорошо.

Аня тогда раскинула руки, улыбнулась в небо и закружилась. Не заметила лёд на тротуаре — одно неловкое движение — и очередной круг на скользком асфальте закончился на дороге. Девушка упала назад, прямо под фары.

Она помнила ослепительный белый свет. Помнила, как ее тело напряглось в ожидании удара. Но самого удара — не было. Она просто оказалась… Здесь.

— Это… смерть? — прошептала Аня в тишину. — Выглядит так себе...

Медленно поднялась, опираясь ладонями на холодный камень. В движении черное вечернее платье задралось. Девушка одернула его и застегнула дутую куртку — очень холодно. В глаза бросилось яркое сияние — свет исходил от чокера на шее. Бабушкин подарок — раньше он никогда не светился.

— Что ж, сэкономлю батарейку телефона… — сжала в пальцах и вытянула источник света вперёд.

Звук собственного голоса успокаивал. Неуверенно девушка сделала несколько шагов. Впереди возвышался каменный алтарь.

— Кто ты? — внимательно взглянула в лицо мраморной статуи позади алтаря. Величественная женщина без носа и правого уха ей не ответила и в общем-то это уже было хорошим поворотом событий. Аня сглотнула, проводя взглядом по мечу в руках гигантского изваяния.

Зашагала в поисках выхода, вдали виднелись врата. Поток лунного света упирался прямо в них. Аня ускорилась, почти побежала к огромным дверям. С усилием распахнула их. Холод ударил в лицо, как пощёчина.

Пустынная снежная долина, уходящая в бесконечность. Вдалеке возвышались горы — высокие, чёрные, угрюмые, их пики терялись во тьме и тумане. Ни дорог. Ни фонарей. Ни единого следа на снегу, что освещала луна. Пейзаж больше напоминал сон, чем реальность.

— Замечательно! — Анин голос сорвался. Точно: умерла. — Офигенно! Спасибо! Лучший корпоратив эвер!

Ответом ей было застенчивое завывание ветра. Глаза защипало, девушка сжала кулаки и выдохнула. Зачем она вышла на улицу...

Аня ещё раз вгляделась в горную долину. Домов и дорог не появилось. Идти лишь бы куда в лютый мороз — самоубийство.

Гигантские двери громко хлопнули. Внутри храма было не теплее, но без ветра. Девушка снова огляделась в этот раз выискивая возможность согреться. Тело пробивала крупная дрожь.

По обе стороны зала располагались массивные мраморные камины с резным порталами. Аня подошла к одному из них. Ни одного полена внутри, не было даже пепла. Тёмная пасть смотрела пустыми глазницами.

— Прекрасно. Ожидаемо… — девушка похлопала себя по бокам, пытаясь разогнать кровь, но дрожь только усиливалась. Сидела бы себе, да слушала тосты...

Аня задумалась: всё происходящее может быть чем-то вроде иллюзии. А сама она в отключке, желательно, по пути в больницу. Надо найти выход и вернуться обратно, в жизнь. Девушка встряхнула головой и двинулась к алтарю.

За статуей женщины с мечом, скрывался ещё один проход. Помещение оказалось меньше, но всё равно огромным — словно вспомогательная зала. Здесь было больше уцелевшей мебели — массивный стол, стулья, полки. И свой, более скромный камин. С лихорадочной энергией Аня принялась шарить по углам и шкафам в поисках того, что можно было бы сжечь. Холод обжигал ноги в тонких колготках.

Взгляд зацепился за тяжёлую ткань. Огромные, толстые, бархатные шторы, они закрывали арку в нишу.

— А вот это пригодится! — ликовала Аня. Пришлось потянуть изо всех сил: карниз держался крепко — с неприятным скрежетом он оторвался и рухнул на пол, подняв тучу пыли. Девушка закашлялась, но уже в следующую секунду обматывала себя тяжёлой тёплой тканью прямо поверх дутой куртки. Сердце стукнуло чуть спокойнее. Теперь нужен огонь.

— Королева изволит топить камин! — величественно взмахнула Аня своим самодельным плащом и застыла в пафосной позе. Естественно, никаких слуг не появилось. Только пыль с ткани взметнулась выше. — Что ж, попробовать стоило…

На одной из каменных полочек лежало металлическое устройство — напоминающее огниво или зажигалку, но куда изящнее, вытянутое, с выгравированным символом. Аня щёлкнула металлическую пластинку, стараясь не выпускать края «королевской мантии».

Искра. Крохотная, живая искорка вспыхнула на мгновение и погасла. Аня замерла. Пальцы задрожали, но уже не от холода.

— Оно работает… — прошептала девушка. — Чёрт, оно работает!

Дело за дровами. Дерева вокруг было полно: обломки стоек и подставок, полки, деревянные таблички. Всё это девушка собрала в кучу у камина. Нужна была ещё бумага или солома. Лучше бы, конечно, газовую горелку найти, но антураж не предполагал таких сокровищ.

Глаза наконец привыкли к темноте и теперь стали видны фрески на стенах. Потускневшие, потрескавшиеся, но всё ещё читаемые.

На первой — женщина в длинной мантии держала в руке голубое пламя. Как факел, но без основы. На второй изображена то ли карета, то ли машина. На третьей — неизвестная с размытым лицом держала в руках лампочку… или просто бокал? Ничего полезного.

Аня приблизилась, ощупывая поверхность.

— Что за… альтернативная история? — пробормотала она. Странно даже для комы.

Но сначала — огонь. Девушка вздрогнула, с усилием подняла тяжелый фолиант в кожаной обложке и направилась обратно к камину. Она успела пролистнуть несколько пожелтевших страниц и даже вырвать одну из них, как услышала отчетливый стук. Глухой, тяжёлый и ритмичный. Это лошадь!

Аня заулыбалась, страх отступил. Не думая, понеслась на звук, к выходу. Плащ из штор волочился за ней по камню, замедляя. На середине пути, в главном зале, девушка бросила тяжёлую ткань и ускорилась. Наконец, рывком распахнула тяжёлые двери. В лицо снова ударил холод, но девушка не обратила на него внимания.

Вдалеке, на фоне белой пустоши, действительно двигалась фигура на лошади. Тёмное пятно на бесконечном снегу.

— Эй! — сорвалось с губ, голос Ани хрипел. — Здесь! Помогите!

Она отчаянно замахала руками. Фигура ускорилась. Аня почувствовала, как тепло надежды поднимается в груди. Когда всадник подъехал ближе, сердце ухнуло вниз. Это был мужчина. Низкорослый, широкий в плечах, крепкий, словно вырубленный из камня. Щёки красные от холода, густая борода в изморози. Одет в меха, и в них он казался ещё более массивным. Но главное — выражение лица. Не радость, не удивление. Гнев!

Он спрыгнул с лошади резко, как хищник. И в том же движении рванул меч из ножен.

Аня отступила на шаг.

— Эй, эй! Стой! Кто ты? — ветер как назло усилился, и мужчина ничего не слышал. — Я… я не враг!

Нападающий не поверил, что-то злобно выкрикнул в ответ. Речь была рваная, громкая, на незнакомом языке. Звучало так, будто каждое слово он выплёвывал с ненавистью. Аня подняла руки — жест: «Я сдаюсь!». Воин без предупреждения замахнулся мечом в рубящем движении. Рывок в сторону — клинок рассёк воздух у самой щеки. Девушка упала в снег, ладонями впиваясь в ледяную корку. Он убьёт её.