Александра Белова – Просто парфюмер 3 (страница 1)

Лиа Таур и Александра Белова

Просто парфюмер. Том 3

Серия «Просто парфюмер»

© Лиа Таур, 2026

© Александра Белова, 2026

Глава 1

Я порхала по лаборатории. Почти летала над белым кафельным полом, словно надышалась какого-то веселящего газа. Моя крепость из стекла и хрома, где обычно пахло только спиртом, сегодня благоухала совершенно иначе. Она пахла чем-то невероятно тёплым, домашним и уютным.

В воздухе витал аромат свежескошенной травы после летнего дождя, сладость яблочного пирога и едва уловимая нотка страниц старой книги. Пахло счастьем. Моим личным, жидким счастьем.

В руке я крепко сжимала маленький стеклянный флакончик. Внутри переливалась золотистая жидкость. Мой новый шедевр. Я даже название ему придумала, до смешного простое – «Аромат Счастья». Да, это звучало абсолютно непрофессионально. Сентиментально и глупо для гениального парфюмера. Но это было лучшее, что я когда-либо создавала в своей жизни.

Одна только мысль о том, как я спущусь на улицу, подойду к этому наглому повару Роману и суну этот флакон ему под нос, заставляла меня довольно улыбаться. Уж очень хотелось увидеть его вытянутое лицо в этот момент. Я смогла! Я заперла настоящую живую эмоцию во флакон, умыв его по всем статьям.

Моё радужное настроение лопнуло в одну секунду. Раздался резкий, противный писк телефона. Пришло новое письмо на электронную почту. Я нехотя посмотрела на экран и замерла.

Письмо было от главного помощника арабского шейха.

О нет. Только не он. Я совсем, совершенно про него забыла! Забыла про его важнейший заказ на «Аромат власти». Забыла про горящие сроки и огромную неустойку по контракту. Пока я бегала за запахом счастья и пыталась что-то доказать уличному повару, я совершенно наплевала на свою основную работу.

Те образцы, что я отправила шейху на прошлой неделе… Господи, что же я наделала! Я смешала их на полном автопилоте. Я тогда мысленно перебирала ноты ванили для спора с Романом. И в итоге отправила шейху свои старые, проверенные, но до ужаса скучные и бездушные формулы.

Руки вдруг стали влажными и холодными. Дрожащим пальцем я ткнула в экран телефона, открывая письмо. Оно было очень коротким.

«Уважаемая госпожа Левицкая. Его Высочество ознакомился с образцами. Мнение совета – ароматы неудовлетворительны. Им не хватает жизненной силы. Цитируя одного из членов совета: "Это пахнет пыльным старым кабинетом, в котором сто лет не открывали окна". Его высочество разочарован. Это работа не гения, а уставшего клерка. Считайте наш контракт расторгнутым. Ждите уведомления о штрафах».

Телефон выскользнул из моих ослабевших пальцев. Он с громким стуком ударился о кафельный пол, и по экрану поползла паутина трещин. Прямо как по моей жизни в эту самую секунду.

Пыльный старый кабинет. Уставший клерк. Контракт расторгнут. Эти слова били по мозгам, как молоток. Это был конец. Не просто потеря богатого клиента. Это был Шейх! Его слово в нашем мире – абсолютный закон. Если он сказал, что я «уставший клерк», значит, завтра об этом будут злорадствовать все. Моё имя, мой бренд, моя репутация, которую я строила годами тяжелого труда, просто превратится в пыль.

Паника накрыла меня с головой. Я начала хватать ртом воздух, но мне казалось, что я задыхаюсь. Я вскочила со стула и начала метаться по лаборатории из угла в угол. Как я могла? Как я могла быть такой непроходимой идиоткой?

Мой взгляд упал на стол, где стоял «Аромат Счастья». Теперь этот флакон словно издевался над моей глупостью. Счастье! Ну да, конечно! Пока я тут играла в эмоции, моя реальная жизнь рухнула на дно.

Надо было что-то делать. Срочно! Я бросилась к разбитому телефону. Пальцы тряслись и не попадали по кнопкам. Кому звонить? Помощнику шейха? Умолять его? Плакать в трубку? Предложить сделать всё заново и бесплатно?

А что я ему предложу? Ещё одну порцию «пыльного кабинета»? Мои старые схемы больше не работали. А новые… Новые пахли яблоками и травой. Я прямо представила, как говорю им: «Знаете, настоящая власть пахнет бабушкиным пирогом!». Да они просто вызовут мне санитаров!

Слёзы брызнули из глаз. Я была на грани самой настоящей истерики. Холодная и неприступная «Снежная Королева», как меня называли за спиной, таяла на глазах. И во всём этом был виноват только один человек. Роман.

Эта мысль была дикой, нелогичной, но она стала для меня спасительной соломинкой. Это всё он! Это он со своими дурацкими разговорами про честную еду и настоящие чувства сбил меня с пути. Он затуманил мой мозг запахами жареного мяса. Он заставил меня забыть, кто я есть на самом деле!

В этот момент я хотела только одного. Найти его и высказать всё. Я хотела орать на него, пока не сорву голос. Сказать, что его примитивный кухонный мирок только что уничтожил мою жизнь.

Не помня себя, я выскочила из лаборатории в одном тонком халате. Я бежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Мои дорогие туфли на шпильках безжалостно впивались в ноги, но я не обращала внимания на боль. Внутри меня бушевал пожар.

– Ну, держись, повар, – бормотала я себе под нос. – Сейчас ты у меня попляшешь.

Я вылетела на вечернюю улицу. Было прохладно. Жёлтый фургон Романа стоял на своём обычном месте. Но яркие лампочки уже не горели. Окошко выдачи было закрыто металлической ставней. Из трубы не шёл вкусный дымок. Рабочий день закончился.

Но только не для меня. Я подбежала к фургону и со всей силы забарабанила кулаками по холодному металлу.

– Эй! Ты! А ну выходи! – закричала я, глотая злые слёзы. – Выходи немедленно, я кому сказала!

Металлическая шторка с противным лязгом поползла вверх. В окне появилось лицо Романа. Он выглядел уставшим, без своей вечной наглой улыбки. В руках держал грязную мокрую тряпку. Кажется, он просто мыл посуду перед уходом.

– Ева? – он удивлённо моргнул. – Что стряслось?

– Это всё ты! – крикнула я и ткнула в него пальцем. – Ты всё испортил! Моя карьера, моя репутация, мой самый важный контракт – всё рухнуло к чертям! И всё из-за тебя!

Он посмотрел на меня так, будто я свалилась с луны. Медленно положил тряпку на железный стол, вытер большие руки о свой заляпанный пятнами фартук и нахмурил брови.

– Я? – спокойно переспросил он. – А я-то тут при чём? Я весь день жарил котлеты и резал помидоры. От плиты не отходил.

– При чём?! – я истерически рассмеялась, вытирая мокрые щёки рукавом белого халата. – Ты залез ко мне в голову! Со своей дурацкой правдой жизни! Ты заставил меня поверить, что запах счастья важнее всего остального! Я, как полная дура, потратила кучу времени на создание сентиментальной водички! А мой главный заказ улетел в помойку! Мои элитные духи назвали «пыльным кабинетом»! Меня назвали «уставшим клерком»! Ты хоть понимаешь, что это значит?! Это конец всему!

Я кричала, размахивала руками и даже топала ногами от бессилия. Я ждала, что он начнёт ругаться в ответ. Или посмеётся надо мной. Или просто закроет шторку перед моим носом. Но Роман просто стоял и молча слушал. Очень внимательно. Когда у меня закончился воздух, и я замолчала, тяжело дыша, он посмотрел мне прямо в глаза.

– Я, если честно, мало что понял из твоих криков, – тихо сказал он. – Но звучит и правда паршиво. Может, покажешь, из-за чего весь этот шум?

Я замерла, не веря своим ушам. Мой мозг просто завис.

– Что… показать?

– Ну, эти твои духи. Которые пахнут пыльным кабинетом. Я хочу их понюхать.

Это было настолько глупо и абсурдно, что я растерялась.

– Зачем? – прошипела я. – Чтобы ты, великий эксперт по чесночному соусу, вынес мне свой приговор? Хочешь поржать надо мной?

– Да нет же, – просто ответил он и пожал широкими плечами. – Может, я что-нибудь пойму. Я не парфюмер, конечно. Но нос у меня работает отлично.

Я смотрела на него. Злость внутри меня понемногу остывала. На её место пришло какое-то странное отчаяние. А что я, собственно, теряю? Моя карьера и так уже мертва.

– Ладно. Пошли, – процедила я сквозь зубы и развернулась к зданию.

Пока мы поднимались в лифте, я чувствовала себя полной идиоткой. Я, гениальная Ева Левицкая, веду в свою стерильную, дорогущую лабораторию простого мужика в грязном фартуке. От него на весь лифт пахло луком, жареным маслом и какими-то специями. Зачем я это делаю?

Когда мы зашли внутрь, Роман остановился на пороге. Он с любопытством оглядел мои белые столы, стеклянные колбы и ряды баночек. Он не выглядел ни испуганным, ни восхищённым. Скорее, ему просто было интересно, как устроена чужая кухня.

– Светло тут у тебя, – спокойно сказал он. Его густой голос разрушил привычную тишину лаборатории. – И пахнет странно. Точнее, вообще ничем не пахнет. Как в операционной.

– Не отвлекайся! – грубо бросила я.

Я подбежала к столу, схватила злополучный флакон с «Ароматом власти», брызнула немного жидкости на бумажную полоску-блоттер и почти впихнула её ему в руку.

– Вот! Нюхай! Это то, что должно было принести мне миллионы и славу! А стало моим позором! Ну, давай, говори своё народное мнение!

Роман взял картонку. Он не стал махать ей в воздухе по всем правилам дегустации. Он не закатывал глаза. Он просто поднёс бумажку к носу и громко, глубоко втянул воздух. Как будто нюхал горячий борщ в тарелке.

Потом он нахмурился. Отодвинул картонку, посмотрел на неё с сомнением и понюхал ещё раз. Я стояла рядом, скрестив руки на груди, и почти не дышала. Он поднял на меня свои карие глаза. В них не было насмешки. Только искреннее непонимание.