Александра Байт – Клуб пропавших без вести (страница 30)

– На пирог! – радостно всплеснула ладошками Маша, а Костя лишь невнятно буркнул что-то себе под нос. За весь завтрак он не произнес почти ни слова – и, кстати, не притронулся к малине. Странный все же человек: проявляет знаки внимания, тратя на это время и силы, а потом хмурится, отмалчивается или краснеет…

Я уже было смирилась с тем, что расследование придется отложить на день, рассчитывая на то, что воскресенье Костя проведет дома. Но у него нашлись какие-то дела, и мы с Машей остались одни. Крошка важно сообщила, что сейчас у нее мультики, а потом она готова уделить мне время и помочь с приготовлением пирога. Это было только на руку, ведь мультики шли минимум полчаса, а мобильная связь чудесным для воскресенья образом заработала. Встав на пороге гостиной так, чтобы не упускать из виду сидевшую перед телевизором Машу, я набрала номер.

– Hello, Meggie! How nice to hear from you! – огорошил меня оживленный голос в мобильном. – What’s up, honey?

– Привет, Анечка, я тоже рада тебя слышать, – немного обалдела я. Помнится, еще пару недель назад подруга чуть ли слезами не заливалась при мысли о вступительном экзамене по английскому. – Дела нормально, а ты солидно продвинулась в учебе…

– Да, тетя Нина – золото! Это просто чудо какое-то, что ты нас познакомила! Педагог – улет, это кладезь информации… Мы с ней теперь только на английском и разговариваем! Я тут ее в театр вывела, не без труда, но мы добрались, представляешь? Потом обе плевались от постановки, но вышли из дома: настоящий прогресс…

Ага, уже «тетя Нина»… Анька все-таки неисправима. Хлебом не корми, дай о ком-нибудь позаботиться!

Подруга что-то еще тараторила, но я оборвала ее, беспокоясь, что связь вот-вот исчезнет.

– Анечка, прости, мне нужна твоя помощь. Да-да, до меня не дозвониться, кошмар… Телефон изредка еще работает, а вот Интернета нет. Пожалуйста, помоги, без сети как без рук…

Уже через минуту толковая подруга деловито, отбросив охи-ахи, зачитывала мне куски нужной информации из Интернета.

– Так… Написано, что работал администратором у Аникеева. Актерское образование, но ничего не добился, снялся в паре фильмов. Это ты и сама знаешь… С Борисом познакомился как раз на съемках, был у него дублером, даже трюки за него выполнял. Чепуха какая-то с мордобитием, никто толком этого «шедевра» не видел. Что-то с ним приключилось на съемках, точно неизвестно: то ли травма глаза, то ли лицевой парез. С тех пор всегда ходил в темных очках. Чуть не попал в тюрьму, был под следствием, посидел немного… После гибели Боба резко ушел в тень, нигде не появлялся, концертов никаких не организовывал. Странно, да? Ушлый ведь мужик, такой шанс заработать по последней, и на тебе…

Я не могла не соглашаться с подругой. В самом деле, выходило, что администратор слыл талантливым дельцом, даже с подопечным регулярно ссорился на почве напряженного гастрольного графика. Как-то даже «отхватил» по полной программе в ресторане, когда Боб выпил и не на шутку разошелся, кричал, что хочет заниматься творчеством, а не развлекать за деньги всяких там… И вот известный артист, пусть уже и, как говорится, выходящий в тираж, погибает. Казалось бы, можно выпустить какие-то не издававшиеся ранее записи, наверняка что-то осталось… Но нет, даже от концерта памяти отказался, а ведь сестра Боба предлагала устроить!

– Умер в 1988 году, летом, – между тем продолжала зачитывать Анька. – Тогда его персона никого уже не волновала, прошла лишь короткая заметка в какой-то газете. Судя по всему, скончался по естественным причинам: что-то со здоровьем после того периода за решеткой… Был одиноким, наследство отошло какому-то дальнему родственнику. Все, больше о нем ничего нет.

– Спасибо, милая, ты меня очень выручила, – от души поблагодарила я. Мысли лихорадочно заметались в голове, не давая сосредоточиться. «Актер», «дублер», «трюки»… Помнится, я предполагала, что выскочить из машины на полном ходу мог каскадер. Неужели администратор все-таки подрался с Бобом прямо в салоне, а потом спасся, отправив подопечного на верную смерть, в адское пекло? В голове не укладывалось… – Да, да, буду звонить, как появится возможность. I miss you too. Give my best wishes to aunt Nina. Keep in touch, my dear!

Попрощавшись, я опустила глаза – рядом уже стояла Маша, взиравшая на меня с нескрываемым любопытством. Малышке не терпелось начать приготовление пирога, а заодно и узнать, с кем это я разговаривала, произнося какие-то непонятные слова. Решив обдумать полученную благодаря подруге информацию позже, я позволила ребенку увлечь себя на кухню.

Мы разложили ягоды сушиться на бумажном полотенце и вытащили все необходимые для пирога ингредиенты, благо перед уходом Костя разрешил снова похозяйничать на кухне. Замешивая жидкое тесто, я рассказывала Маше, как пошла в первый класс и меня посадили за одну парту с незнакомой рыжей девчонкой. Которая тут же показала характер, заявив, что желает делить стол с другой одноклассницей, которую знала с детского сада. Строгая учительница ничего не желала слушать, и мы с Анькой просидели бок о бок все школьные годы, став чуть ли не сестрами…

Я осеклась на полуслове, когда из коридора, со стороны лестницы, послышался какой-то стук. Потом еще и еще, словно кто-то быстро спускался по ступеням. Я бросила взгляд на Машу – девочка явно ничего не замечала, с интересом наблюдая, как булькает в ложке гашенная уксусом сода. Какой ужас! Кто-то, видимо, забрался в дом, причем, очевидно, по мою душу… Обещал ведь тот мелкий вернуться через два дня! Не нашел меня в отеле, явился сюда, и немудрено – весь поселок уже в курсе, что у Аникеевых поселилась «нимфа»…

– Машенька, возьми ложку, помешай тесто, милая, – стараясь не выдавать волнения, пропела я и, углядев среди столовых приборов увесистую скалку, на носочках пробежала через кухню. На секунду затаившись, я перевела дух, решительно вскинула «оружие» и вылетела в коридор. Но, увы, успела застать лишь щелкнувшую замком дверь. Уже не раздумывая, я бросилась вперед, суетливо пометалась, выронила скалку и завозилась с ключами. Разумеется, упустив ценное время, – когда я отперла дверь, у дома было пусто. Подняв с пола деревянную «дубину», я обошла дозором весь участок – и тоже без результата.

Спохватившись, что оставила девочку одну, я бросилась обратно на кухню. К счастью, Маша была слишком увлечена тестом, решив в мое отсутствие добавить в жидкую субстанцию побольше муки. Не без труда отклеив и отмыв ручки энергичного ребенка, я перестроилась с шарлотки на песочную версию пирога. Все это время в голове настойчиво стучали тревожившие вопросы. Кто сюда забрался? Зачем? Неужели нам с малышкой грозит реальная опасность?

– Рита, не бойся. – Видимо, мне плохо удавалось скрывать панику, раз Маша ласково потрепала меня по ладони. – Он хороший. Добрый.

Пакет с мукой опасно дрогнул в моих пальцах, и теперь песочную версию впору было превращать в дрожжевую…

– Кто, Машенька? Кто «он»?

– Тот, кто живет на самом верху, на крыше, – бесхитростно отрапортовал ребенок. – Он сидит взаперти, но иногда выходит.

– И ты его видела?

Маша кивнула.

– Папа сказал, он скоро уедет. Я хотела с ним поговорить, ему грустно одному… Но к нему нельзя заходить, папа ругается.

– А тот, кто живет на крыше… какой он? Похож на Карлсона? – понесла ерунду я, стараясь не пугать девочку.

– Нет, – захихикала Маша. – Ты что, маленькая? Карлсон в книжке и с пропеллером, а этот настоящий.

Час от часу не легче! Выходит, все это время в доме действительно обитал кто-то еще! А вдруг он опасен?

– Это дядя? Можешь описать, какой он – высокий, низкий?

– Дядя, – снова залезая в тесто, бросила Маша, которой явно наскучил разговор о таинственном человеке. – Высокий.

– А волосы какие? Темные или светлые, короткие или длинные?

– Темные. И короткие.

– А сколько ему лет? – вцепилась с допросом я, забыв, что передо мной маленький ребенок. – Старый?

– Да. Старый дядя. Хороший. Не бойся его.

Отлично… С трудом подавив панику, я снова отмыла Машу от клейкой массы, нашла дрожжи и быстро замесила тесто. Пока девочка наблюдала за процессом, я лихорадочно думала о человеке, жившем в мансарде дома Аникеевых. Добрый и хороший дядя, старый и без пропеллера – ха-ха, по таким приметам установить его личность, конечно же, раз плюнуть! Впрочем, что-то подсказывало мне, что именно ради поисков этого «дяди» я и рисковала все последнее время…

Глава 11

«Темные волосы, темные волосы…» – так и крутилось в голове, мешая сообразить, как пройти от дома Аникеевых к уже знакомому магазинчику. Эти окаянные волосы не вписывались в нарисованный мною в воображении портрет, руша такие логичные умозаключения… Меня швыряло от сомнений к уверенности и обратно: я то убеждалась в том, что в мансарде прячется Боб собственной персоной, то уговаривала себя не глупить, ведь Костя мог поселить там кого угодно. Но что, если Аникеев-старший выкрасил поседевшую шевелюру – например, чтобы его никто не узнал…

Едва проснувшись, я подбежала к окну. И, распахнув занавески, обнаружила на подоконнике источавший травяное благоухание бумажный сверток. Развернула его и ахнула – только накануне, за ужином, посетовала на то, что отдыхаю в деревне и при этом не знаю, где приобрести свежую зелень и пряности. И вот Костя, у которого не было своего огорода, исполнил мое желание. Правда, он что-то смущенно буркнул в ответ на мою благодарность, и я в который раз задумалась, не делает ли мне подарки тот «старый грустный дядя» из мансарды…