Александра Багирова – Всё ещё болею тобой - Александра Багирова (страница 6)

Не могу не думать, не вспоминать. Постоянно анализирую.

Первый месяц вообще был как в забытье. Подготовка к свадьбе, метания, боль, которая скручивала меня и превращала в зомби.

Я жил на автомате, в прострации, ощущал лишь дикое чувство потери, будто от меня кусок оторвали и я больше никогда не буду цельным.

С другой стороны, был долг перед Машей и нашим ребенком. Детские страхи ожили и подняли голову.

Свадьбы я практически не помню. Просто ощущал, что это все не то, неправильно. Поздравления, люди, Маша, приседающая на уши. Я закрылся ото всех.

Чуйка же была? Почему я ее игнорировал? Почему не побежал все исправлять, пока еще не было поздно?

Нерожденный ребенок держал меня. А пока я связан узами брака, я не имел права портить жизнь Лебедке. Сейчас понимаю, что я изначально принял неверное решение.

Самый яркий момент – рождение сына. Я был на родах, увидел своего сына и сердце дрогнуло. Понял, что мне все же есть ради кого жить. И я сделаю для него возможное и невозможное.

Сын дал мне сил. И пришло осознание – я могу любить ребенка и заботится о нем не будучи в браке с Машей. Как изначально моя мать и предлагала.

Ребенка не брошу, жене помогу. Но за что я обрекаю себя на жизнь с нелюбимой? Разве кто-то из нас будет от этого счастлив?

Это осознание подарило надежду и зажгло свет в моих глазах.

Тогда впервые я назвал отца папой. Я понял, что не хочу больше его наказывать за прошлое. Вижу, как сейчас он старается. Я зла не держу и хочу, чтобы он был рядом.

Хочу семью настоящую и дружную!

Сына я планировал назвать Виктором. Это имя мне всегда нравилось, и именно так еще до Маши я хотел назвать первенца.

Но тут жена заупрямилась, типа надо чтить корни моего отца, ему будет приятно, и деду тоже. И ей безумно нравится имя Басир. До слез и истерики дело дошло.

Я напомнил ей, что отец своего младшего сына Юрием назвал. И не чтит он никаких традиций, потому что на родине предков и не был ни разу.

Тут снова сработал прием, лучше пойти на уступки, лишь бы Маша заткнулась. А еще могло молоко пропасть, и все же она родила, подарила мне сына.

Так что с именем ее взяла.

А впрочем, какая разница, главное – у меня сын, которого я безумно люблю. Он и держит меня на плаву все эти годы. Еще мать, отец, брат, деды, мне с ними безумно повезло.

Маша перестала кормить сына грудью, через две недели. Ежедневно концерты устраивала. Мозг чайной ложкой выедала. И родственники ее доставали постоянно.

А я решил дождаться, когда окрепнет Басир и уйти от нее.

Уже мысленно прокручивал в голове встречу с Лебедкой. Как буду вымаливать прощение.

Даже если не простит, все равно буду рядом. Сделаю так как отец, годами стану вымаливать прощение. Мать его приняла назад спустя много-много лет. И я добьюсь свою девочку.

Только планы мои рухнули, окунув меня в бездну отчаяния, в которой я по сей день пребываю.

Я пошел к ней домой. Знал, где живет моя Лебедь, но лично с ее отчимом и матерью знаком не был.

Мать ее с порога заявила, что ее дочери больше нет. Огорошила так, что у меня мир взорвался. Перед глазами чернота и сердце остановилось.

Она предложила могилу показать.

Увидел тоненький крест с табличкой: «Катерина Лебедь» дата рождения и когда ее не стало.

Семь месяцев назад.

Почти сразу как мы расстались.

- Доченька из города решила уехать. Села в автобус, водитель не справился с управлением, с дороги съехал в обрыв. Ой жуть там была. Столько жертв, кровищи, - женщина закрыла лицо руками и зарыдала.

Как я нашел в себе силы жить дальше и нахожу, до сих пор не знаю. Ее матери я постоянно помогаю, там у них тяжелое финансовое положение. Памятник поставил.

А толку? Ее не вернуть.

И все утратило смысл. Мой развод больше не был актуален.

Даже, наоборот, я не мог позволить себе быть хоть каплю счастливым. Я ежесекундно наказывал себя.

Родные и сын по-прежнему остаются для меня оплотом. Ради них и продолжаю коптить эту землю.

После кладбища еду к ним. В родительском доме всегда пахнет уютом.

- А мамы с папой нет, они на свидание укатили, - сообщает мне младший брат.

- Отлично, - искренне за них радуюсь.

После того как они сошлись, ведут себя как подростки.

- А у меня для тебя новость, - брат хмурится. – Не знаю, как и сказать.

- Юр, говори, как есть. Меня уже в этой жизни удивить невозможно.

- Я твою Машу в центре с каким-то мужиком видел. Они тааак зажимались.

Глава 9

Катерина

После разговора с Мурадом не спится. Ворочаюсь с боку на бок, а мысли атакуют. Почему Костя, с виду такой справедливый, со своими стойкими принципами на проверку оказался редкостным мерзавцем?

Я поверила ему. Влюбилась с первого взгляда.

И познакомились мы очень трогательно. Я нашла щенков в коробке около мусорного бака. Написала волонтерам, на их приют я была подписана, и старалась хоть раз в месяц переводить им немного денег. У самой с финансами было тяжело. Мать мне денег не давала, отчим тем более. Про какие-то обновки, элементарно потому, что старые джинсы порвались и речи быть не могло.

Для меня у нашей семьи всегда не было денег. Зато новую машину купить отчиму – это всегда пожалуйста. Обновить гардероб, потому что пузо выросло и в старые вещи он не влезает – за милую душу.

Мать у меня работает в налоговой инспекции, занимает не последнюю должность, зарплата приличная. Подозреваю, что не только зарплата, но и взятки. Она этого никогда не признавала. Но по обрывкам разговоров, по рассказам о частых «премиях» можно сделать соответствующие выводы.

Отчим же находится в постоянном поиске работ. И на каждой работе ему попадаются одни козлы и уроды, которые не в состоянии оценить его гениальность. Мама сетует вместе с ним, ругает непорядочных людей и бежит в магазин покупать деликатесы для своего любимого муженька, чтобы поднять ему настроение. А то любимого же так расстроили.

А вот дочь… сама справится. Зачем на нее тратится. Порой кусок в горло не лез, от их осуждающих взглядов, если я посмела взять тортик, купленный специально для Гришеньки.

Я была дармоедкой, не желающей понимать, как матери тяжело.

Свыклась с этим. Мечтала поступить, найти подработку и стать независимой от матери. Съехать и оставить их наслаждаться семейной идиллией без раздражающего фактора в виде меня.

Что ж так и вышло, судьба заставила повзрослеть.

А тогда я подрабатывала в заведении быстрого питания по вечерам. Платили копейки. Но кое-что все равно удалось подкидывать бездомным.

Я ждала рядом со щенками, когда приедут волонтеры. Приехали два парня Мурад и Костя. Я только раз взглянула на него – пропала.

Черные глаза ониксы пробрались в сердце и не оставили мне ни шанса на спасение.

А как трогательно Костя обращался со щенками, как за них переживал. Выходил лично, а потом нашел им хозяев. Это не могло не подкупать. Он в моих глазах был героем, им и оставался до злополучного дня в парке.

С Мурадом мы тогда тоже подружились. Он оказался отличным парнем. Он единственный знал, куда я уехала. И мы не часто, но все же поддерживали связь. Он рассказывал как ему сложно, родители все потеряли, как их семья пытается выжить и начать все с нуля.

Именно Мурад уговорил меня вернуться в город. Предложил свою скромную квартиру, которую снимает. Принял нас с доченькой как родных. И Танюшка его очень полюбила.

Он договорился об отсрочке выплаты долга. Но время все равно поджимает.

Потому откладывать встречу с Костей не имеет смысла. Любое промедление губительно.

Именно с этими мыслями получается уснуть.

Решаю все провернуть через два дня.