Александра Багирова – Цена измены. За что, любимый? (страница 24)

Девочка невысокого роста, выглядит младше своих лет, по лицу россыпь веснушек, над верхней губой шрам, но он не сильно заметен. Очень большие глаза и курносый носик. Она миленькая и… я вижу реальное сходство с моими девочками.

От этого волна боли проходится внутри.

И только потом до меня доходит, что девочка меня знает.

Откуда?

- Марточка, это Кристина и ее спутник, - всхлипывая говорит Анна.

- Степан, - представляется.

- Знаю я. Что вы тут делаете? – девочка повторяет свой вопрос.

- Откуда ты меня знаешь? – потому как я уверена, что вижу ее впервые.

- Вы жена моего отца, - в голосе девочки явно читается неприязнь. – Семен взял вас с ребенком, решил воспитывать чужого, но не меня. У вас еще две девочки и мальчик. Я следила… как только узнала от мамы про своего папу, я смогла найти Семена в социальной сети и следила… как он живет без меня, как он покупает новые машины, дома, катается по курортам, нянчится со своими детьми, в то время как мы с мамой… считаем копейки, - нижняя губа у нее дрожит. – Маме я ничего не говорила, у нее же сердце слабое. А я вот смотрела, следила… Кристина, скажите, я что такой урод?

- Марта, нет конечно. Ты очень красивая девочка. Не думай так.

- Тогда почему он бросил? Почему?

- Я не смогла соврать… когда Марточке исполнилось девять я ей все рассказала, - обнимает себя за плечи Анна и вздрагивает.

- Потому что плохой человек, - отвечаю как есть.

- А вы с ним из-за денег живете?

- Не живу. Я ушла от него. Буду разводиться. И пришла у твоей мамы правду узнать. Я не знала ничего… поверь, Марта, я бы за него не вышла, если бы знала…

Мне больно от осознания, что вот эта маленькая девочка проводила дни в созерцании социальных сетей. Смотрела как ее отец живет на широкую ногу, а ее мать за копейки батрачит на нескольких работах. И она лишена обычных детских радостей, потому что всегда не хватает денег.

Мне стыдно, мне больно, мне хочется все исправить. А Семен… он просто жил, он вычеркнул Анну и Марту из своей жизни. Предварительно спустив все их деньги, залез в долги и тут повстречал еще одну дурочку – меня.

А сколько таких дурочек было?

Как же мне мерзко.

Вот как умирает любовь. Быстро. Болезненно. Безвозвратно.

И даже не ненависть остается от нее, а дикое омерзение и желание раздавить заразу.

Семена я сейчас воспринимаю именно как инфекцию, которую надо уничтожить, чтобы она дальше не распространялась.

- А что вы сделаете? Вы из другого мира, - закатывает глаза, - У вас там нет наших проблем. А я так… побочный эффект. Никто… и ничего из меня не выйдет, - она говорит без сожаления, просто как свершившийся факт. – Отброс общества… мусор…

- Марта, не надо так о себе. Кто тебе такую чушь сказал? – понимаю, что девочка повторяет чьи-то злые, жестокие слова.

- Да так… - отворачивается. Не хочет, чтобы я ее слезы видела, украдкой их пальчиками вытирает.

- Расскажи мне, чем ты занимаешься? – хочу перевести тему в более миролюбивое русло.

- Учусь в школе и фигурки из дерева делаю, я давно увлеклась. В коморку к дворнику забегала малая, а он все мастерил, я и попросила меня научить. Но у меня паршиво получается. Я бездарь.

Смотрю на множество фигурок в квартире.

- Это все твои работы?

- Мои.

- Они великолепны! Ты талантливая, Марта. Никогда не надо обесценивать свой труд.

- Такие как мы с мамой всегда на дне, всегда на обочине жизни. Мы никому не нужны, - плечи опускаются, голова поникшая, смотрит затравленно на меня. – Я просто позволяла себе наблюдать за социальными сетями, фантазировала, а как это быть нужной. А что если бы папа от меня не отказался…

- Не нужен тебе такой отец, Марта. Он плохой человек. Знала бы я вашу историю, никогда бы с ним не связалась. И перестань так о себе думать, я тебе докажу, что все не так. Мама твоя уволится со своих работ. Будет на нормальной работать. И тебе мы подберем учителя, которой отточит твой талант. И вы… вы больше не будете голодать, обещаю, - говорю все это твердо и уверенно.

Я не оставлю Анну и Марту. Я сделаю для них все, что в моих силах.

А Семена и близко к детям не подпущу. Надо как можно скорее забирать у него девочек.

Он достиг высшей точки омерзения.

Отвлекаюсь на звонок мобильного.

- Ви, привет. Я сейчас немного занята.

- Слушай, я пробила распечатку звонков и сообщений Семена, - докладывает подруга.

- И что там?

- По части измены ничего. Подозрительных сообщений и звонков нет. Ни с кем не флиртовал. Но ты же понимаешь, он мог это делать с другого номера.

- Мог, - вздыхаю. – И делал, потому как любовница есть. Я в этом уверена.

- Но зато я все же нарыла интересную инфу, - задумчиво протягивает Ви.

- Какую?

- Семен поручил вашему бухгалтеру дать ему отчет о свободных деньгах на фирме, и сколько денег можно быстро вывести при необходимости, даже в ущерб фирме. Его интересует максимальная сумма.

Глава 31

Семен

- Тигр? – мышь сидит у его ног, заглядывает ему в глаза.

Малого угомонила, снова спать уложила. И они в комнату переместились

Ваньке всего полгодика, как и Антошке. Вот Семен натерпелся, когда его бабы решили в один день рожать. Ясно, что с Кристинкой поехал. Ее выбрал.

Хоть и не достойна она. Еще ведь не знал точно, его ребенок или нет. Сомнения были.

Хоть Семен и работал над беременностью жены, но она в тот период слишком активно с клиентами носилась. И явно не одному мужику подмахивала. Потому первым делом он тест сделал, чтобы убедиться – пацан от него родился. Все же Панфиловское семя самое сильное.

Порода!

Что тут еще скажешь!

С Мышью он на связи по телефону был. Она родила быстрее Кристинки. Тоже пацана. Но Ванька очень неспокойный, к Антошке его душа больше лежит.

Но и мышиный пацан, как продолжение его великого рода сгодится. Только надо Кристинку в стойло вернуть, заблудшую кобылу его.

И ведь побежала с Адамом в койке свою обиду залечивать. Она баба темпераментная. Ей постоянно мало, всегда хочется. И не только Семена.

Сколько у нее любовников? Не пересчитать.

И постоянные имеются, и так проходящие варианты.

Семен все терпел.

Любит заразу.

Но всему же предел есть!

- Че хочешь? – снисходительно на Мышь смотрит.

- Мне бы денюшки немного, на памперсы, прикормку, одежки бы надо… малыш наш так быстро растет.

- Так тебе государство баки дало. Ты же мать одиночка! А я что олигарх? – морщится.