Александра Астафьева – Клубника (страница 31)

— Ты сегодня особенно привлекательно выглядишь, Вероника, — мои слова были адресованы ей, но я смотрел на китайцев, будто беседовал с ними о нашем сотрудничестве. Попробовал начать с комплимента, но получил словесную пощечину.

— Если думаешь, что таким способом расположишь к себе, то не обольщайся, — ответила она, как, если бы переводила то, что только что произнёс китайский господин.

Мы одновременно улыбнулись гостям, внимательно их слушая.

— С чего бы это? — спросил я Нику, и она принялась что-то объяснять сидящим напротив людям, не подозревающим о теме нашей настоящей с ней беседы.

Я убедился лишний раз, что Клубкова плавала во всей этой модной мишуре, словно рыба в воде, поэтому и переговоры возложил полностью на неё, периодически вставляя свои пять копеек.

— Очень предсказуемо, Новиков. Ты говоришь об этом каждой девушке, и не ври, — дошла до меня ее очередь.

— Только двоим, — мило улыбнулся восточным партнерам, и указал на меню, предлагая оформить заказ.

Один из китайцев охотно согласился с моим предложением. Пока второй спокойно рассуждал, видимо, о своей продукции, Ника молча кивала головой в ответ, а затем выдала:

— Спасибо, что лишний раз напомнил о своем внезапном появлении в компании, я не слепая, — и тут же отвернулась к китайцам, чтобы дальше слушать их речь и предложения.

— Эти двое — ты и Мира. И больше я никого не имел в виду.

Поглощенная беседой с китайцами, она сделала вид, что не услышала.

— И вроде бы не глухая, — чуть слышно заметил я. Просто отмахнулась от меня рукой как от назойливой мухи. — А ведешь себя по-детски.

— Поясни?

Тут уж Клубкова полностью удостоила меня своим внимание, как и китайские партнеры: четыре пары глаз вцепились, ожидая ответа. Я понимал, что для убедительности текста необходимо добавить экспрессию, ведь речь пойдет о качестве материалов их производства, а на деле — о Клубковой.

— Сначала заявляешься ко мне и отчаянно предлагаешь попробовать Клубнику. Соглашаешься на мой призыв порвать со своим прошлым, а после изобразить на запястье успешное начало карьеры и удачу по жизни. Все это было сделано явно не для того, чтобы впоследствии избегать и игнорировать не столько меня, сколько эти старания, которые ты продемонстрировала той ночью. Скажи, что я не прав.

Ответа не последовало.

На мгновение в атмосфере повисла нелепая пауза. Лица иностранцев остались без изменений: они смотрели на меня выжидающе и с подозрением, как будто я сказал нечто непозволительное, слишком интимное, может быть. Видимо, не бывать нашему с ними соглашению. Я все испортил как всегда.

Мысленно собрав вещи, я был готов укатить дальше от позора. Клубкова же продолжила речь на китайском языке, в конце которой партнеры активно защебетали, кивая головами.

Интересно, о чем они вообще говорили? Я взглянул на нее, а она на меня. Девушка, в глазах которой я всегда находил ответ, сейчас являла собой каменную неприступную крепость.

— Реагируй как-нибудь, иначе своим молчанием сорвешь все переговоры, — строго проговорила она, успевая бросить несколько фраз на китайском, отчего гости пришли в полнейший восторг.

Я пару раз хлопнул в ладоши, и показал два больших пальца вверх в знаке одобрения. Радовало, что встреча подошла к концу, и все оставались в прекрасном расположении духа. Значит, мы с Клубковой не оплошали.

— Их довольные лица говорят о том, что сделка состоялась? — между делом поинтересовался у нее.

— Нет. Это значит, что процесс сотрудничества все еще в силе. По крайней мере, мы отбились, а дальше Григорьев пусть сам с ними разбирается.

Напоследок, один из их представителей подошел к Нике и рассмешил ее, проговорив на своем языке труднодоступную для меня фразу.

— Он говорит, что ты похож на чудовище, а я — на красавицу, — издевательски хихикала Клубкова. — И в моих силах растопить твое холодное сердце.

— Возможно, ты ошиблась в переводе, — оборвал её смех в два счета.

— Хочешь сказать, что я чудовище? — как обычно остро приняла на свой счет Ника.

— Нет, не угадала. Рядом с тобой мое сердце бьется, а значит, оно не холодное, — ответил ей просто.

На сегодня очередной спектакль, устроенный Григорьевым, подошел к концу, и мое желание находиться здесь также пропало. Подмигнув красотке, я развернулся, и поспешил покинуть ресторан, оставив позади себя сочную спелую ягоду, вкус которой так и не довелось попробовать.

25. Гламурное дело

Ника

— Дорогая, тебе нужно вести себя немножечко мягче с нашим красавичком Алексом, — сделал мне замечание Эдуард, когда мы двигались на служебном автомобиле в предвкушении предстоящей командировки.

— А надо ли мне вообще себя с ним как-то вести? — брякнула ядовито.

Правда, я не хотела ответить Эду подобное. Сухие слова просто вышли по привычке.

— А как же? — удивился коллега. — Вы же партнеры и должны друг другу помогать в этом нелегком гламурном деле.

По правде говоря, я чувствовала себя паршиво после переговоров. Новиков уже давно не раздражал, как обычно у него это выходило. Словами о холодном сердце он удачно уколол. Прямо в самое место под грудной клеткой. Заставил-таки меня попробовать на вкус свою совесть.

Алекса рядом в автомобиле не оказалось. Наверное, обиделся. Не пришел в назначенное время для отъезда из офиса. Ну и… ладно.

Вдвоем с Эдом мы направлялись в сказочный отель, в котором я намеревалась провести несколько славных дней, а не грустить как сейчас. Надеялась, это путешествие станет для меня незабываемым.

— Не вздыхай, Вероничка, — мужчина поддел меня плечом. — Ты ему нравишься.

— Кому? — спросила, хоть и знала ответ.

— Алексу, конечно.

— Не знаю, — едва заметно пожала плечами.

— Я тебе говорю. Эдик Ранимый все-е-е видит, — протянул он, мило улыбнувшись, и не забыл поморгать своими пушистыми от природы ресницами. — Однако должен заметить, ведешь ты себя рядом с ним как с…

— Не продолжай, Эд, — приложила палец к его губам, не желая слышать правду лишний раз.

— Тебе неприятно, — заметил тот, убирая с губ препятствие. — Значит, не наплевать на него.

— Не знаю, — повторила, отворачиваясь к окошку, чтобы отрешенно смотреть на мелькающие перед взором деревья.

Никто не был в курсе моих событий. Очень странно, что до сих пор я не поделилась новостью о работе даже с близкими, не то, чтобы с друзьями, которых, если уж откровенно говорить, у меня не было. Все мысли были заняты предстоящей работой и… Внутри неприятно защемило от беспокойства.

Интересно, как поживал Ковалев, самое время утереть ему нос, да почему-то желание исчезло. Все, о чем я могла думать — это Новиков со своим теплым сердцем и колким языком на правду.

— Ты только взгляни, детка, какая красота и изящество, — чирикнул рядом Эдик, возвращая меня в действительность.

Автомобиль медленно подъезжал к воротам парк-отеля — одного из роскошных в нашей столице. Мое сердце барабанило быстрее обычного, отдаваясь грохотом в горле, глаза вспыхнули при виде сквозь стекло на небольшое здание с его обширной парковкой.

Куча людей из обслуживающего персонала, наряженных в специальную форму, мельтешили туда-сюда, прислуживая вновь прибывшим гостям.

Перед тем, как ехать в уютное место, которое находилось далеко за городом в чаще леса, я решила ознакомиться визуально заранее, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, что могло меня ожидать. Как позже выяснилось, картинки и видео, встретившиеся мне на просторах интернета, не передавали и малую часть той атмосферы, которую пришлось наблюдать вживую.

По идее я должна была кричать от восторга при виде красоты и осознания того, что прикоснулась, наконец-то, к элитному. Но сдерживала свои эмоции, иначе, окружающие незнакомцы приняли бы мое ликование за психическое расстройство.

И вот, мы с Эдиком направлялись в великолепное здание отеля. Я думала, по пути потеряю свою челюсть или грохнусь в обморок — настолько я была приятно удивлена тем, что увидела.

Ранимый же вел себя сдержанно. Его было не удивить шикарной местностью, ароматом роскоши и богатства, который, казалось, витал повсюду. Вся здешняя атмосфера была пропитана духом аристократии.

— Ника, детка, держись выше всей этой помпезности. Ты ведь принимаешь активное участие в мероприятии, поэтому, подсоберись.

Я сразу выпрямила спину, гордо приподняв подбородок.

— Правильно, носик должен чуть-чуть выглядывать из-под шляпки, — тут же похвалил меня Эд.

Мы вошли внутрь гостиницы. Изысканность и элегантность присутствовали в интерьере, где преобладал французский прованский стиль. Кованые обрамления лестниц и балконов отлично сочетались с современностью, которая также занимала значительную часть в украшении пространства. Меня поразили масштабы. Снаружи сама постройка казалась небольшой, а внутри — просто гигантской. Обман, так сказать, зрения.

— Идем прямо, куколка, еще успеешь разглядеть и попробовать, — шепнул Ранимый, когда я все же поддалась окружающему меня великолепию.

Номера были забронированы на разных этажах, поэтому, попрощавшись с Эдиком до вечера, я продолжила свой путь вверх на лифте.

Узнать, заселился ли Новиков, мне не позволила совесть, а любопытство все же томило изнутри, но я всеми силами сдерживала его.

Первая половина дня была позади, а мандраж от предстоящих показов все не утихал. Я находилась в полуобмороке да с валерьянкой в кармане, когда презентация по планам должна была состояться только через день. Для начала необходимо было принять расслабляющую ванную и подготовиться к вечернему показу первого гостя, заодно, намотать на ус детали организации самих показов. Чемоданы доставят в апартаменты чуть погодя, что неимоверно радовало, поскольку я могла побыть в тишине и спокойствии несколько минут. Ну и не забыть подумать об Алексе. Последнее вошло в привычку, не отрицала.