Александра Альва – Когда отцветает камелия (страница 99)

– Приветствуем тебя, мятежное божество звёзд! – воскликнул он, опустив ладонь на плечо земного бога.

Амацумикабоси нахмурился: ему явно не понравилось такое прозвище, и всё же он пришёл сюда не сражаться, а потому промолчал.

– Отведай блюда, что приготовили для нашего пира лучшие повара среди людей! Теперь мы будем делить одну землю, прямо как названые братья!

По залу пронёсся тихий шёпот, и сотни глаз устремились на звёздное божество: все присутствующие могли только гадать, каким окажется его ответ.

– В честь нашего примирения я съем немного, – сказал Амацумикабоси и взял с подставки палочки для еды, подхватывая из глубокой чаши комок клейкого риса.

Проглотив угощение, которое на вкус оказалось не лучше подгнившего яблока, он ощутил, как горло сдавило от удушья. Его лицо вдруг стало таким же серым, как небо в дождливый день, а изо рта вырвалось нечто чёрное и вязкое.

– Что… ты… сделал?! – прохрипел бог звёзд и поднялся, хватаясь ладонями за край стола и опрокидывая его.

Глаза его выкатились из орбит, покрываясь красными прожилками, и Амацумикабоси непонимающе воззрился на своего побеждённого соперника, который теперь стоял рядом, еле сдерживая улыбку.

– Давай выйдем, – проговорил Такэмикадзути и по-дружески снова положил ладонь на плечо земного божества, помогая тому двинуться в сторону двери.

Когда свежий горный воздух ударил в лицо мятежному богу звёзд, он как будто почувствовал себя немного лучше, но тут же новый приступ невыносимого жжения внутри заставил его согнуться и повалиться на колени.

– За что? – прохрипел Амацумикабоси, расцарапывая горло до крови.

– Ты был помехой, – пожал плечами Такэмикадзути. – Я предупреждал тебя и предлагал отдать свою землю мирно, но ты отказался. Богиня Аматэрасу уже долго ждёт, когда её царственный внук сможет беспрепятственно спуститься вниз, и я просто не мог её подвести.

– Что… за яд?

– Ещё не догадываешься? Только одна отрава способна нанести такой сильный вред телу ками – ты отведал еды из Царства мёртвых и теперь отправишься туда.

Бог звёзд чувствовал, как его оболочка медленно разрушается от скверны, которая пропитала рис. От такого и правда нет спасения, кроме одного…

– Твой меч, – прошептал Амацумикабоси и попытался дотянуться до клинка, висевшего на бедре бога грома. – Знаю, он изгоняет скверну. Излечи меня, не обрекай на вечные страдания!

Голос звучал так надрывно, что на лице нового победителя на миг появилось выражение, отдалённо напоминавшее сочувствие, и Такэмикадзути обнажил меч.

– Все боятся смерти, даже ками, – усмехнулся он и погладил остриё клинка, которое засветилось от прикосновений хозяина. – И ты, такой непокорный, теперь валяешься у меня в ногах, умоляя помиловать. Надо признать, что это приятно.

Амацумикабоси с надеждой посмотрел на бога грома, но тут произошло немыслимое: Такэмикадзути поднял меч и, призвав всю свою силу, из-за которой воздух вокруг затрещал от маленьких молний, разбил артефакт о колено. Большая часть клинка отлетела в сторону, вниз посыпались осколки, и только одна рукоять осталась в ладони божества.

– Такие, как ты, не меняются. Я не позволю злым богам жить здесь и чинить препятствия внуку богини Аматэрасу! Уж лучше я выкую новый меч, а этот отправлю в Царство мёртвых, чтобы ты никогда не смог излечить своё осквернённое тело!

Он положил рукоять рядом с теряющим жизненные краски лицом Амацумикабоси и взял вместо неё лезвие, которое мерцало в высокой траве.

– Прощай, названый брат, мы больше не увидимся.

И он ушёл, оставив звёздного бога умирать в одиночестве. Дверь с грохотом захлопнулась, и звуки пиршества потонули в вое ветра, гуляющего по кронам деревьев.

Такой жестокий обман приносил гораздо больше боли, чем пожирающая божественное тело тьма. Он победил, но его так легко скинули с пьедестала, что стало даже смешно. И Амацумикабоси действительно рассмеялся, давясь подступающей к горлу скверной и чувствуя, как душу утягивает во мрак.

Послышались тихие шаги, и чьи-то босые ноги остановились рядом с лежащим на боку богом звёзд.

Видение оборвалось.

Эри раскрыла глаза и обнаружила себя всё в том же положении – она сидела на обломке алтаря, но её руки от напряжения так сильно сжались, что костяшки побелели, а ногти оставили кровавые следы на ладонях. Видимо, учуяв кровь, Юкио обернулся, но она лишь мотнула головой, не желая прерывать рассказ Амацумикабоси. Теперь Эри знала: именно звёздное божество забралось к ней в голову и послало видения из своего прошлого. Встретившись с его чёрным испытующим взглядом, акамэ убедилась в этом.

– …Он накормил меня едой из Царства мёртвых, чтобы мою душу неминуемо затянуло туда без возможности вернуться.

– И как вам удалось остаться на земле? – спросил Юкио, который, как и все присутствующие, впервые слышал о ком-то, кто смог обмануть смерть.

Амацумикабоси замешкался, но всё же показал на рукоять, которую держал хозяин святилища.

– Такэмикадзути и не подозревал, что аура даже небольшой части сломанного меча поможет мне выжить. Я бежал с той горы и долго скрывался по всей Стране тростниковых равнин, пока не нашёл это забытое богами место.

Молчание затянулось, и его вновь прервал Юкио, задав следующий вопрос:

– Хотите сказать, что лезвие клинка Такэмикадзути навсегда утеряно? Вы его искали?

– Конечно, искал! – усмехнулся бог звёзд. – Лишь спустя несколько веков я узнал, что главный обломок оказался в Ёми, и это стало моим наказанием: наблюдать за мечом, который никогда не излечит меня. Не знаю даже, каким образом этот громовой прохвост достал еду из Царства мёртвых, да ещё и смог отправить туда артефакт… Видимо, у него были по ту сторону хорошие знакомые.

Эри даже приоткрыла рот от удивления: кто-то действительно рассуждал о потустороннем мире, куда отправляются души после смерти, словно это поездка в соседний город.

– Вот так прославленное божество грома пожертвовало своим мечом, дабы убить меня! – закончил историю Амацумикабоси. – И я не зря сказал вначале, что ждал именно акамэ.

Он поймал взгляд Эри, и она почувствовала, как видимые только ей чёрные руки божества звёзд снова сомкнулись на голове, холодными щупальцами проникая в разум: «Я показал тебе больше, чем всем остальным. Видишь, какими коварными могут быть ками? Ты единственная, кто в силах помочь мне!»

– Только могущественная акамэ способна отыскать лезвие в Царстве мёртвых, – вслух сказал он. – Если соберём клинок, то все освободимся от наших проклятий и излечим страдающих от скверны людей.

Юкио настороженно взглянул на Амацумикабоси, навострив лисьи уши.

– Что вы знаете о тёмной болезни, преследующей мир живых?

– Ничего конкретного: до меня лишь иногда доносились слухи о происходящем на земле. Знаю только, что природа этого недуга похожа на природу нашего проклятия. Однажды на остров приплыли заражённые люди, и я своими глазами видел, как тьма текла по их телам, забирая души. Но я не смог их спасти с помощью своей части меча – эти слабые существа были не в состоянии забрать из рукояти хоть толику энергии.

– Мы уже долгое время ищем источник мора, – проговорил Юкио, и голос его звучал непривычно строго. – А вы – единственная найденная часть этой головоломки.

– Я живу в уединении уже сотни лет, и всё, чем я могу помочь, – это рассказать о том, кто именно виновен в моём положении.

– Тем не менее я вам не доверяю. – Дерзкий вердикт Юкио повис над разрушенным храмом. – Слова даже таких древних божеств, как вы, не имеют силы, если нечем их подтвердить.

– Я видела всё своими глазами! – решила вступить в разговор Эри, потирая пальцами до сих пор пульсирующие виски. – Такэмикадзути действительно обманом заставил Амацумикабоси вкусить еду из Царства мёртвых, и в моём видении он забрал с собой лезвие.

Все присутствующие обернулись к ней, а губы бога звёзд растянулись в довольной улыбке.

– Обычно сила акамэ приоткрывает тебе правду, – кивнул Юкио, но Эри поняла по его голосу, что он был недоволен. – Ты можешь увидеть только настоящие события и почувствовать только истинные намерения.

– При всём уважении, даже если это действительно так, есть ли вообще способ достать меч? – впервые подал голос Кэтору, почёсывая затылок. – В Ёми могут попасть только те, кто по-настоящему умер, а смерть означает, что в мир живых уже не вернуться. Тогда какой смысл?

– Я сам спущусь туда! – сказал Амацумикабоси и поднялся с поваленной колонны. – Моё тело настолько заполнено скверной, что врата Царства мёртвых сразу откроются, стоит мне к ним приблизиться.

Эри увидела, как место, на котором он сидел, уже покрылось липкой жидкостью цвета чернил, – тёмной энергии было столь много, что она становилась видимой даже для человеческого глаза. Всё внутри похолодело от осознания, что нечто подобное произойдёт и с Юкио, если не избавить его от проклятия.

– Как я могу помочь? – спросила Эри, не обращая внимания на предостерегающий взгляд хозяина святилища.

– Акамэ не пойдёт с вами в Ёми! – сказал Юкио, качнув головой.

– Конечно, нет. Я лишь хочу попросить смертную воспользоваться силами и направить меня. Если у меня будет ориентир во тьме Царства мёртвых и если я действительно смогу соединить рукоять и лезвие клинка Такэмикадзути, то с его помощью выберусь наружу и принесу вам меч.