Александра Альва – Когда отцветает камелия (страница 26)

– Его уроки не дали никаких результатов лишь потому, что такой способ подходит не всем. Злость, страх, ненависть… Вероятно, ты много раз сталкивалась с подобным за свою короткую жизнь, а здесь же нужно нечто, чего ты ещё никогда не испытывала.

Он подошёл к ней сзади и коснулся ладонями угловатых плеч.

– И как найти это «нечто»? – спросила Цубаки, напрягаясь всем телом под его руками.

– Мы с тобой уже нашли.

Акамэ обернулась и посмотрела на Юкио, ожидая более понятного объяснения.

– Уверенность. Так тебе сказал Кимура?

– Вы все любите говорить загадками, – вздохнула Цубаки. – Я не понимаю, о какой уверенности идёт речь.

– Сейчас поймёшь.

И он подтолкнул её вперёд, навстречу глазам, горящим в глубине лесной чащи.

Глава 12

Взаимная выгода

– Иди!

– Но… – Цубаки бросила испуганный взгляд в сторону ёкаев, которые следили за ней сотнями жёлтых и красных глаз, и прошептала: – Пожалуйста, не заставляйте меня.

– Иди вперёд.

Она схватилась за складки широких хакама, сжимая ткань в кулаках, и сделала первый неуверенный шаг. Следующие шаги дались гораздо легче, и акамэ приблизилась к лесу настолько, что уже могла разглядеть покрытые шерстью лапы, черепа, двигающие челюстями, и животных с человеческими лицами, будто покрытыми толстым слоем грима. Внутри поднималась удушающая волна паники, как и всегда, когда Цубаки видела ёкаев, но она сделала глубокий вдох и подумала о свитке, который однажды заметила в городской лавке. Чёрные линии туши выглядели в её глазах чем-то совершенно неземным, и тогда торговец любезно рассказал неотёсанной деревенской девочке, что картина принадлежала кисти некоего монаха по имени Сюгэцу⁷⁴.

В тот день Цубаки впервые обрела мечту, и именно эти воспоминания каждый раз помогали ей не сойти с ума при виде уродливых тварей. Если бы она когда-нибудь смогла накопить достаточно денег, чтобы приобрести чистую бумагу и тушь, то первым делом попробовала бы нарисовать нечто подобное: горы, воду и хижину…

– Иди дальше.

Голос сзади заставил её вернуться из мира грёз и вновь взглянуть на ёкаев: теперь они громко шептались и хохотали, подзывая смертную девушку к себе.

– Как долго мне идти?

– Столько, сколько сможешь.

И Цубаки услышала удаляющиеся шаги Юкио. Он уходил, бросал её на съедение этим монстрам, только и ждущим, когда человек нарушит границу леса! Или же нет. Могло ли всё это тоже быть частью обучения? Хозяин святилища сказал, что акамэ важна для него, а потому он просто не позволил бы ей так глупо погибнуть.

Цубаки сдула с глаз растрепавшуюся от ветра чёлку и недовольно выдохнула: методы оммёдзи Итиро и Юкио-но ками действительно не внушали доверия. И всё же она пошла дальше, тихо ступая по каменистой тропинке, чтобы не привлекать лишнее внимание духов, но они и так уже протягивали к ней свои лапы, а из их раскрытых пастей капала слюна.

Прежде чем утонуть в чёрных объятиях ёкаев, Цубаки закрыла глаза и сделала ещё шаг, ожидая резкой боли, но ничего не произошло. Вокруг вспыхнули голубые огни, которые напоминали множество загоревшихся разом свечей, только двигались они как живые и отгоняли нечисть всё дальше от акамэ, в глубь леса.

Цубаки осмотрелась и раскрыла рот от удивления – духи действительно её не трогали и с шипением пятились от пламени, а до неё самой доносилось лишь приятное тепло кицунэби.

– Раньше никто не мог тебя защитить, – сказал Юкио, неожиданно оказавшись рядом. – Ты всегда оставалась с ёкаями один на один, но сегодня они ничего не смогли сделать, потому что ты доверилась мне.

– Так все эти слова про уверенность…

– Именно. Мы начали с того, что гораздо проще: доверить свою жизнь кому-то сильному и почувствовать безопасность, когда вокруг сгущается тьма. Ну как, нравится?

Цубаки неуверенно кивнула, и с её лица впервые за утро сошла сковывающая маска беспокойства. В глазах замерцали красные отблески, а губы растянулись в немного неловкой, но искренней улыбке.

– Да, это неплохо. Могущество ками действительно впечатляет! – Она коснулась пальцем одного из кицунэби, и тот вспыхнул, меняя цвет с тёмно-синего на голубой. – Но ведь мы не сможем всегда ходить будто привязанные друг к другу, чтобы я каждое мгновение чувствовала себя так, как сейчас.

– Не сможем. Поэтому я и сказал, что мы начали с простого. Но есть вещи более сложные: первое и самое важное для акамэ – это уверенность в своих собственных силах.

– У меня нет никаких особенных сил, Юкио-но ками. В деревне все называли меня и подобных мне проклятыми, ничтожными людьми: из-за ёкаев я не могла даже выполнять обычную работу, даже рис посадить была не в состоянии, ведь в воде иногда прятались каппы⁷⁵, которые пугали одним своим видом, понимаете? Нет во мне ничего из того, что вы ищете.

– На твоём лбу метка богини Инари, а значит, внутри тебя точно что-то есть, – заметил Юкио и указал когтем на кожу между её бровями, где виднелся бледный, еле заметный след. – И именно это поможет мне найти юрэй.

В ответ она лишь развела руками. Не важно, что Цубаки думала о своих способностях: самое главное было – оставаться рядом с кицунэ как можно дольше. Именно в святилище Яматомори она впервые смогла хорошенько выспаться, а сейчас стояла целая и невредимая посреди леса, кишащего ёкаями. Это определённо казалось очень выгодной сделкой.

– Хорошо, делайте всё, что потребуется, чтобы пробудить мои силы.

На жёлтый свиток, исписанный незнакомыми надписями, нанесёнными красной краской, упали первые капли дождя. Цубаки посмотрела на небо – туча нависла над святилищем и вот-вот собиралась обрушиться на землю ливнем, и акамэ, накрыв бумагу руками, огляделась в поисках укрытия. Место, где обитали оммёдзи, занимало небольшую территорию рядом с главной площадью, на которой находился молитвенный зал, и представляло собой закрытый дворик, примыкающий к дому старшего мага.

Итиро Нобу вышел на открытую веранду своего жилища и нахмурился:

– Куда это ты собралась?

– Сейчас пойдёт дождь, свиток промокнет.

– Ты разве уже выучила заклинание, про которое я тебе говорил? Если уж не можешь раскрыть свои способности акамэ, то хотя бы ознакомься с основами магии, чтобы стать мне полезным помощником.

– Нет, господин Итиро, я…

Цубаки сглотнула, ведь за всё время, которое она провела за столиком во дворе, вглядываясь в надписи, не сумела запомнить ни единой фразы.

– Думаешь, если Юкио-но ками обратил на тебя внимание, так ты особенная? Ничего подобного.

Он вышел на улицу, прикрываясь от моросящего дождя круглым веером, и приблизился к акамэ.

– Прочитай заклинание.

Проведя пальцами по извилистым начертаниям, Цубаки прошептала:

– Я не могу.

– Это ещё почему?! – крикнул Итиро, ударяя веером по столу с такой силой, что девушка вздрогнула.

– Не умею. Я не умею читать.

– Ты… что? Твои родители клялись, что их дочь ходила в школу при храме!

Цубаки мотнула головой, опуская взгляд, ведь на самом деле отец с матушкой никогда и не думали о её обучении: для них она была лишь обузой, лишним ртом, от которого в конце концов выгодно избавились. Её семья с давних пор выращивала цветы бэнибана и делала из них самый лучший в провинции красный краситель, который покупали даже мастера по кимоно из столицы, но у родителей так и не родился сын, который мог бы стать наследником семейного дела. Поэтому они продали свою дочь в святилище Яматомори, чтобы выручить денег и усыновить мальчика из столицы.

– Какое бессмысленное вложение! Ты даже не в состоянии выполнять обязанности помощника оммёдзи! – сказал маг, приложив ладонь ко лбу.

– Я выучу.

– Что?

– Я всё выучу наизусть, если кто-нибудь мне продиктует слова!

Цубаки свернула свиток: дождь усилился, и со стола на землю уже потекли струйки воды. Она спрятала бумагу за ворот белого косодэ и взглянула на господина Итиро.

– Я знаю, что эти заклинания защищают от ёкаев, и я правда хочу научиться их применять, пожалуйста, помогите мне.

– Думаешь, это так просто? Не уверен, что у тебя вообще хоть что-то получится. Возможно, ты и правда всего лишь обычная крестьянка, способная только сажать рис, а метка акамэ оказалась у тебя случайно.

Среди шума дождя послышался звонкий хруст гравия, и во двор зашла девушка, на первый взгляд похожая на мико, только её хакама отличались идеально белым цветом, а рукава и ворот кимоно были прошиты толстыми красными нитями. На переносице она носила миниатюрные круглые очки, а волосы прятала под чёрной шапкой, такой же высокой, как у старшего оммёдзи.

– Сенсей⁷⁶, на сегодня я закончила приём посетителей! – отчиталась она, поклонившись своему учителю, и перевела взгляд на Цубаки, слабо кивнув в её сторону.

– Хорошо, Хару, на сегодня ты свободна. – Итиро вздохнул так тяжело, словно сам целый день сидел под палящим солнцем и принимал заказы на изгнание злых духов.

– Я случайно кое-что услышала, – заговорила ученица оммёдзи, прочищая горло. – Если вы не против, я бы предложила свою помощь акамэ-сан.

– За это тебе никто не заплатит. Она неграмотная и сама не знает, какие у неё способности.

– Ничего, сенсей, я бы могла брать её с собой на работу и чему-то учить на слух. Мне не помешает помощь.

Старший оммёдзи сначала насупился, но спустя пару мгновений эта мысль показалась ему довольно разумной, и морщины на лбу мага тут же разгладились.