Александр Зубенко – Временной тоннель Эйнштейна – Розена (страница 15)

Все фразы и надписи складывались у него в мозгу непроизвольно, тут же облекая форму родной ему речи, минуя стадии перевода. Не требовалось ни знания алфавита, ни синтаксических оборотов, ни диалектических понятий, ни фонетики: он просто понимал. Пёс сидел рядом, поджав хвост, а над чашей амфитеатра рвались на ветру бесчисленные флаги.

Солнце стояло в зените, следовательно, был полдень, когда снова произошло нечто удивительное. Он вдруг отчётливо услышал в гробовой тишине вначале ржание одинокой лошади, затем голоса и… о чудо! Голоса эти разговаривали не латинским диалектом, а… по-русски!

Я схожу с ума, утвердился Ружин в своей догадке. Сначала незнакомый лес, затем римский Колизей, теперь голоса, произносимые фразы на его родном наречии… Что будет дальше?

Он нерешительно отступил, пряча на всякий случай нож за спиной, но Лёшка внезапно вскинулся, завилял хвостом, и с отчаянным весёлым лаем кинулся к арке, рядом с которой возвышалась величественная статуя императора Адриана.

Цокая копытами по мостовой, из-за неё показалась лошадь, запряжённая в телегу. По всему было видно, что животное таким же образом ничего не понимает, фыркает, крутит головой и закусывает удила, но продолжает мерно идти, волоча за собой телегу, на которой восседали… Впрочем, можно было уже догадаться.

Да. Перед взором опешившего Ружина предстали два профессора, совершенно не замечавшие его из-за увлечённого спора, который они затеяли по поводу правления цезарей. Поглощённые возвышенной беседой, они заметили бывшего старателя лишь тогда, когда к их телеге подскочил Лёшка, радостно оглашая пустой рыночный форум своим весёлым лаем.

А за телегой показались уже и Антон с Николаем, удивлёнными глазами уставившись на своего коллегу.

Встреча состоялась.

№ 16.

В следующий раз Даша увиделась с Павлом Эрастовичем за обедом, после того, как он ей рассказал в палате, каким образом она была обнаружена и доставлена в стены исследовательского института. В обширной столовой помимо них присутствовали несколько сотрудников в таких же блестящих одеяниях, которые с любопытством наблюдали за девушкой. Человек восемь сидели за столиками, обедали, очевидно, в свой рабочий перерыв, беседовали о делах и приветствовали главврача института, приглашая к ним присоединиться. Автоматические конвейеры подавали на движущихся лентах те или иные блюда, а живые андроиды, в точности похожие на Глафиру, прислуживали им, подливая в чашки кофе и забирая использованную посуду. Всё было как в сказке, отчего у Даши зарябило в глазах. Атмосфера в столовой висела дружественная и располагала к дальнейшей беседе, которую Павел Эрастович начал ещё в палате.

- Итак, - продолжил он, усаживая свою новую знакомую за свободный столик, - ты, ангел мой, подкрепляйся и слушай дальше, а я буду пить кофе и рассказывать тебе, куда ты, собственно, попала. Договорились?

Он обернулся к одной из Глафир:

- Будь добра, запрограммируй комплексный обед на одного человека.

Автомат на колёсиках тут же удалился, пожелав женским механическим голосом приятного аппетита. Спустя несколько секунд к столику на движущейся ленте подъехал поднос с ёмкостями, в которых колыхалось такое же замысловатое кушанье, что Даша испробовала прежде: желе не желе, пудинг ни пудинг, но что-то похожее и приятное на вкус.

- Издержки нашего времени, - лукаво подмигнул ей главврач. – Приходится питаться синтетической пищей, вырабатываемой в стенах института. Но об этом позже. Кушай и приготовься услышать нечто такое, что заставит тебя пересмотреть свою прежнюю жизнь от начала до конца.

Он подождал, пока Глафира накроет на стол, отпустил её жестом, и когда она, довольно урча, укатила, начал:

- Дело в том, девочка моя, что в нашем институте экспериментируют… - он сделал эффектную паузу, - с временем. Впрочем, ты уже и сама догадалась, когда я утром тебе сказал, что ты сейчас находишься на сто лет вперёд относительно своего 1976 года.

Даша хоть и была готова к подобному феномену, приключившемуся с ней, но всё равно вскинула брови. Заметив её душевное волнение, Павел Эрастович поспешил дополнить:

- Да-да, ангел мой. Ты невольно оказалась втянутой в эксперимент лишь потому, что в августе месяце со своими друзьями находилась на территории энергетического поля, в радиусе действия нашего Временного Генератора. Что это такое и с чем его едят, я расскажу позднее, поскольку сейчас я лишь даю тебе пищу для размышлений, чтобы ты поняла, каким образом оказалась здесь, в 2076 году.

Даша приготовилась слушать. Одна из Глафир подкатила к ней пощупать пульс, но Павел Эрастович отмахнулся, отправляя неутомимую сиделку восвояси.

- Итак, - продолжил он, задумчиво проводя взглядом бездушный автомат, который, тем не менее, что-то пробурчал под нос с негодованием, оставляя собеседников. - В 2026 году, ровно пятьдесят лет назад, в нашем институте несколько учёных приступили к экспериментам, которые позднее приведут к открытию временного тоннеля, известного в научном мире под названием «Мост Эйнштейна – Розена». Я не буду тебе описывать техническую подоплеку и прочие научные термины физической составляющей этих опытов, упомяну лишь, что после нескольких неудачных попыток наши сотрудники смогли отправить в прошлое сначала крысу, затем кролика, а позже уже и добровольца-человека. Таким же образом в плане эксперимента они смогли «выудить» из прошлого некоего неизвестного бедолагу, попавшего под лучи Временного Генератора. Им оказался древний неандерталец, проживший в пещере под воздействием силового поля несколько дней, пока мы его не вернули назад. Бедняга, питаясь ягодами, грибами и насекомыми,наблюдал издалека, спрятавшись в разломе, строительные работы карьера к запуску очередного Генератора, и сумел воспроизвести на камнях допотопные рисунки, которые ты видела.

- Так это был… - запнулась Даша.

- Да, - поддержал её догадку собеседник. – Неандерталец, выхваченный экспериментом из прошлого, как и ты, с той лишь разницей, что мы его доставили в будущее преднамеренно, а ты попала в силовое поле Генератора невольно в тот момент, когда он вышел из строя. Как, впрочем, и твои друзья. Помнишь обвал карьера в пещере, когда вы с Тимофеем Ружиным и собакой пытались выбраться наружу?

- Да.

- Вот тогда и произошёл сбой программы, приведший к полному автоматическому уничтожению конвейера сборки. Однако я тебя не буду загружать техническим проблемами. Скажу лишь, что к 2046 году эксперимент уже довольно успешно контролировался учёными, и мы могли с помощью Генератора перемещать в различные эпохи целые пласты геологических плит, можно даже сказать, целые климатические зоны того или иного континента, включая острова, вершины гор, лесные массивы, а если требовалось, то и целые города. Загвоздка состояла лишь в том, что при перебросках, или, фигурально выражаясь, заменах между собой эпохами, мы не могли перемещать живой биом, находившийся в пределах радиуса действия Генератора. Перемещались в пространстве лишь неодушевлённые предметы, а органика, состоящая из живых клеток, при восстановлении первоначальной структуры, после переброски погибала. Вы могли это видеть на примере тех, в общем-то, ни в чём не повинных людей, которых вы с Тимофеем обнаружили в развале подземелья. Что поделаешь… они тоже оказались в радиусе воздействия Генератора, из разных эпох, разных стран и народностей. Викинги, современные рыбаки, лётчики, римские легионеры – все они оказались неудачной пробой, как и геологи профессора Требухова, который, кстати, так и не был найден. Возможно его, спасшегося каким-то чудом, перебросило дальше по цепочке, как и твоих друзей. Очевидно, он не был захвачен квантовой волной Генератора, так как оказался за сферой его воздействия. Пока всё понятно? – ласково взглянул он на девушку. – Если есть вопросы, задавай по ходу рассказа. Я специально опускаю суть работы Генератора, чтобы не забивать твою очаровательную головку техническими подробностями. Сказать по чести, я и сам едва понимаю физические особенности «моста Эйнштейна – Розена». Я просто главврач, не более. Не физик.

Даша пока не задавала вопросов. Отложив столовые приборы, она слушала и не перебивала, стараясь впитать в себя всю сложную информацию, что ей сейчас преподносили в стенах этого загадочного института.

- Этого профессора Требухова, - продолжил Павел Эрастович, - мы искали по всем временным эпохам, куда доставало энергетическое поле Генератора, и до сих пор не имеем о нём никаких сведений. Те конвейеры сборки, что вы видели в подземелье, являлись ничем иным, как сборочным автоматизированным цехом, где роботы механическим способом без участия человека собирали различные блоки агрегатов, входящих в комплект Генератора Времени. Таким образом, после окончательной сборки, наладки и подключения, в той или иной эпохе, в подходящем безлюдном месте возникали полностью автоматизированные порталы перемещений. В вашем случае это было у подножия Станового хребта, близ реки Учур, недалеко от побережья Охотского моря. Вначале выкапывается карьер, затем в котлован доставляются роботы, конвейеры и прочее оборудование, затем роботы приступают к сборке Генератора, подключают его к центру управления, находящемуся здесь, в стенах нашего института, и бац! – он прищёлкнул пальцами. – Полностью готов новый портал, куда можно пересылать очередное энергетическое поле Генератора. Именно эти подготовительные работы и успел изобразить на камнях троглодит каменного века. Именно в этот, уже выстроенный, но ещё не подключённый к Генератору портал попали и вы с друзьями, волею случая оказавшись в радиусе действия наших экспериментов, но, прежде туда попал профессор Требухов со своей группой. Те, кого захватывало энергетическое поле Генератора – если оно было сильным по своему воздействию – к сожалению, погибали, распавшись на атомы в мезоном облаке перемещений. Те, кого силовое поле захватывало лишь частично – перемещались в иную эпоху, и после восстановления молекулярной структуры своего организма, оставались в той или иной эпохе как ни в чём не бывало. Так произошло с троглодитом, так произошло с Требуховым, так произошло и с твоими коллегами. Как их звали? Напомни.