Зимние этюды
Александр Золотухин
© Александр Золотухин, 2026
ISBN 978-5-0069-2545-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Часть 1. «Басни»
«Индюк на подворье»
«Средь взрослой братии соседских злюк всегда найдётся стоящий индюк…»
В одном хозяйстве добром, шумном, красном,
Где все в расположении прекрасном,
Средь лета, что не знает зимних вьюг,
Жил тихо распрекраснейший индюк.
Имел он явный вес и уваженье,
Свою кормушку, жердь, и положенье.
И всяк цыплёнок кланялся ему,
А он нигде, и никогда, и никому.
И вот неспешно обходя просторы,
Лужайки, и сарайки, и заборы,
Упёрся он в низине в славный пруд,
Где птицы весело купались без зануд.
И строго оглядев сие веселье,
Он взялся отчитать недоразумение:
«Вы, гуси, не умеете купаться!
Всем телом надо в воду опускаться.
Что тут у нас за форменный бардак?
Вы все всё совершаете не так!
Поуже крылья, опускайте грудки,
Смотрите, как ныряют лихо утки!
Кто вас учил плескаться так в воде?
В Европе так не делают нигде!
А утки, вы, что тут так разгулялись?
Как дикие сегодня разнырялись.
А ну-ка прекратите стыд и срам!
Кому сказал?! Я обращаюсь к вам!»
Тут птицы все слегка оторопели,
На индюка спокойно посмотрели.
И выплыл к «знайке» тут весёлый гусь:
«Не отвлекаемся ребята, ща вернусь!»
Он смерил взглядом толстого невежду,
Теряя на услышанность надежду:
«Иди-ка ты отсюда поскорей.
Учи как ковырять навоз червей.
Раз сам ты сроду в воду не кунался,
То клюв закрой, пока не распластался.
Не хочется щипать тебя сейчас.
Оставь, тебя прошу, в покое нас!»
Индюк надулся и затряс соплёю,
Черней стал, выше и поднялся к бою,
Но получил лишь водяной окат
От крыльев гуся, плывшего назад.
«Неблагодарные, я честно критикую,
Лишь от того, что всё могу, умею, практикую!
И да! Я далеко от вас ушёл!
И не хамил, а прямо всё довёл.
Я циник злой и добрый! Ну и что же?
И мнение с другими непохоже.
Поэтом не летаю в облаках,
А на земле стою я на ногах.
Не больно-то нужны вы мне Пегасы,
И ваших добродетелей запасы.
Посмотрим, как начнёте поживать
Без умных птиц красивых. А нас рать!»
Ушёл индюк, покинул ту феерью
Где жил и рос, и громко хлопнув дверью.
Осиротело вдруг хозяйство вмиг,
Ушла вся язва и павлиний шик. 
