Александр Золототрубов – След торпеды (страница 63)

— За Капицей кто-то придет. И нагрянет скоро. Видимо, нагрянет на остров. Насколько мне известно, Коршун не собирался выкрадывать инженера с атомной подводной лодки. И вдруг решился. Выходит, его кто-то поторопил. Но кто?

Майор, слушая Егорова, возразил:

— Все это сложно, и все же Коршун рискнул. Да, тут есть какая-то загадка…

— Загадка в самом Коршуне, а не в Капице, — усмехнулся Егоров. — Самое скверное в нашем деле — неопределенность. Коршун вернулся в город. Зачем? Может, он тоже решил уйти на подводной лодке?

— Лично доставить своему шефу советского конструктора?

— А почему бы и нет?

Егоров взял листок, написал что-то, затем взглянул на майора:

— Сергей Иванович, сообщите Ермакову следующее: «Обратить внимание на остров Баклан…»

…В полдень Егоров вернулся от генерала. Ему тут же доложили:

— На заставе майора Маркова нарушена государственная граница!

— Кто сообщил? — спросил дежурного Егоров.

— Звонил начальник пограничного отряда полковник Радченко.

Егоров сел на диван, задумался: «Серый прошел через «окно» под нашим контролем. А на заставе Павла Маркова задержан другой нарушитель. Это — отвлекающий маневр Ястреба. Хитрецы!.. Вот что, надо Громову усилить дозор в районе островов». Капитан 1-го ранга нажал кнопку, чтобы вызвать к себе Игнатова.

Возвращаясь «с почты», Кольцов подходил к причалу. На рейде дремали сейнеры. На одном из судов кто-то на палубе светил фонарем.

«Полуночник какой-то», — подумал Сергей. «Кит» стоял у причала, мягко покачиваясь на зыбкой волне. Его тонкая мачта разрезала тяжелые мокрые облака. В иллюминаторе капитанской каюты было темно. «Спит Петр Кузьмич и ничего не знает о сыне. Не стоит раньше времени волновать капитана», — решил Кольцов. Он прошел мимо штабелей леса, уложенных в два ряда на берегу, и неожиданно увидел Колосова.

— Я был у дежурного порта, — соврал Сергей боцману. — Капитан поручил узнать метеосводку на неделю.

— Ну и как? — спросил боцман.

— Шторм надвигается… Вы тоже были на берегу?

— Зосю навещал, — махнул рукой Колосов. — Конь баба… Капитан на судне?

— Отсыпается дома после моря.

— Выходит, напрасно я сюда приперся? — чуть охрипшим голосом спросил боцман. — Эх, сейчас бы снова к Зосе под бочок!

— До утра капитан на судне не появится.

Колосов приосанился, соображая, что до рассвета успеет обтяпать свои делишки, слукавил:

— Мне Зося дороже всех на свете! Я, пожалуй, снова к ней погребу. Гулять так гулять. Ты, Сергей, гляди тут в оба. Может, задержусь… Капитану не докладывай. Сам знаешь: месяц не были на берегу. Я тут подожду тебя, а ты смотайся на судно. В моей каюте возьми кожаную сумку. Вот ключ от рундука. Только никому на слова! Капитану накапают.

— Могила, Юрий Иванович.

— Ну, беги!

— Чуть не забыл, — спохватился Сергей. — Завтра получка, я возверну вам должок. Моя практика идет к концу…

Боцман похлопал его по плечу:

— Был должок за тобой, да сплыл. Отработал! Поторопись, время не ждет.

Сергей легко взбежал по трапу на палубу. Вахтенный остановил его, поинтересовался:

— С кем базарил на берегу?

— Грузчик из порта… Закурить просит, а у меня сигареты кончились. Вынесу ему пачку и сбегаю домой. Хозяйке сумку с бельем отбуксирую. Ты не замерз тут?

— Зябковато. Через час смена…

Сергей вошел в каюту боцмана, открыл ключом его рундук и взял сумку с молнией. Замок на сумке был закрыт. Маленький ключик, видимо, хранился у боцмана.

«Только бы, гад, не ушел! — боялся Кольцов срыва задуманной операции. — Надо быть начеку!»

Он торопливо сбежал на берег. Боцман по-прежнему стоял у штабелей.

— Тяжелая, стерва, — передавая сумку Колосову, заметил Сергей. — Не якорь уносишь?

— Зосе рыбы припас, — усмехнулся боцман. — Парень ты хороший, но соображаешь медленно. Ну, погреб я.

Кольцов протянул ему руку:

— До утра, Юрий Иванович.

— Капитану ни слова! — предупредил Колосов. — Сам знаешь, человек он занудистый…

— Вы когда вернетесь на судно? — спросил Кольцов.

— Скоро… У тебя, Сергей, доброе сердце… Но я скажу тебе потом…

— Добро! — тихо отозвался Сергей, а сам подумал: «Иди к своей Зосе, там тебя хорошо встретят».

Боцман ушел, и Кольцов облегченно вздохнул. Теперь он знал, что ему делать, и направился в каюту капитана. У двери отдышался. Свет в иллюминаторе не горел, значит, капитан спал. Сергей постучался в дверь.

— Кто там? — отозвался Капица.

— Это я, Кольцов. Откройте. Дело у меня очень срочное.

Капитан открыл дверь, хмуро бросил:

— Чего тебе, курсант?

— Разрешите войти в каюту? — шепотом произнес Кольцов.

— Ну, давай… — пробурчал капитан и включил свет.

— Я срочно покидаю судно, — предупредил Сергей Капицу. — Так надо, капитан. Завтра все узнаете. И, пожалуйста, не волнуйтесь. Все будет хорошо.

Капица кашлянул в кулак:

— Не пойму я чего-то тебя.

— Всему свое время, — повторил Кольцов.

— Вот оно что! — Капица уронил на диван очки. — Где же Степан?

— Не волнуйтесь, Петр Кузьмич, — Кольцов тронул капитана за плечо. — Ваш сын жив-здоров. Только пока никому об этом ни слова.

Капитан грузно заходил по каюте.

— Я ухожу. Меня ждут.

— А где боцман?

— Он сюда больше не придет. Лене передайте привет. Я желаю ей большого счастья. Степан очень любит ее.

— Спасибо… А я-то… Вот старый дурень!..

— А кто такая Зося? — вдруг поинтересовался Сергей. — Я о ней ничего не слыхал.

Петр Кузьмич скосил на Кольцова насмешливый взгляд, казалось, его глаза говорили: «И чего ты хитришь? Я не психолог, но вижу, что ты мне вроде бы не доверяешь?» Словно догадавшись о его мыслях, Сергей улыбнулся и заверил капитана, что всецело доверяет ему, но кто такая Зося — не знает.

— Она плавала поварихой на «Чайке», — пояснил Капица.