Александр Змушко – Пробуждение (страница 25)

— Ладно, — махнул рукой я. — Привал!

Мирра хихикнула.

— Смешно ей, — проворчал я. — Я вот тут… ой!

Комета по имени Баффи пулей пронеслась через поляну и рухнула на меня, сбивая с ног, коварно обвивая за шею и целуя в губы.

— Привал%, привал, привал!!!

— Эй, эй!!!

— Пмфрфрфр! — Мирра демонстративно отвернулась.

Ладно, отдохнуть и впрямь немного не помешает.

Тем более здесь, на пороге Пещеры Тролля, и впрямь всё уютно и безопасно.

Проверено игроками.

Салли расстелила на траве узорчатую скатерть — точно, помню, у её НПС был такой квест и нужное снаряжение — "Отдых на природе". Девушки извлекли из безразмерных сумок собранную в поход еду — есть в Алинде не обязательно, но вкусно, и здорово восстанавливает здоровье, как и сон. Я же блаженно растянулся на травке, покусывая травинку (рисовка была аховая, стебель выглядел как диагональ из квадратных пикселей, да и бог с ним!). По небу ползли пышные сверху, и плоские снизу облачка — этакие песочные пирожные с кремом, иначе и не скажешь.

Сложно поверить, что ещё пару дней назад я медленно сходил с ума, и смирился с необходимостью медленного угасания в Алинде. Почему самое желанное мы получаем тогда, когда уже теряем надежду? Впрочем, тем ярче радость обретения… Мне протянули здоровенную ромовую бабу, которую я попытался укусить — понятие еды в Алинде, само собой, условно. Я ничего не жевал и не глотал, однако, во рту появился приятный вкус корицы и патоки, а здоровье резко поднялось на 5 поинтов.

— Девушкам это нужно, — присела рядом со мной Мирра. — Знаешь, они видели ужасы Внешнего Мира, боялись смерти от рук тролля, боялись просто исчезнуть, быть стёртыми с лица игры.

— Я знаю, — прошептал я.

— Просто иногда напоминай им, что жизнь — прекрасна. Любая, органическая или цифровая…

— Буду, — пообещал я.

Мы помолчали.

— Почему ты поделилась с Биппи мощностями? — наконец, не выдержал я.

Мирра вздохнула.

— А это и не совсем я, — призналась она.

— А-а-а-а-а?!

— Кто-то моими руками передал Биппи, выделил ей немало умений ИскИна, — Мирра оторвала травинку и тоже сунула её в рот. — Но кто?

— Алинда…

Мирра улыбнулась:

— Я тоже так думаю. Быть может, Алинда следит за нами?

Я замолчал.

Алинда… как бы сказали в древности? Сама суть это игры, её одушевлённая персоналия. Сама праматерь-земля. Богиня Алинда. Неужто… быть может, она слышала наши клятвы?

— Интересно, — пробормотал я. — А может ли уйти в срыв ИскИн?

— Не знаю, — шепнула она.

Мирра вдруг потянулась и поцеловала меня в нос.

— Эй! Ты чего?

Она улыбнулась и легла на меня:

— Эй, не кипишуй, всё прилично, — она ухватила меня за нос крепкими жемчужными зубками. — Неужели я не могу поцеловать моего парня?

— Можешь, — пробормотал я.

— Вот и ладно, — улыбнулась она и активировала умение "долгий поцелуй взасос", а потом куснула меня за ушко и шепнула:

— Я знаешь ли, догадываюсь, чем вы там с Биппи занимались. Они, твои эти гаремные умения, когда их не применяешь, какое-то этакое томление образуется… Неудовлетворённость, в общем!

— Я щас покраснею, — пробормотал я.

— Краснел тут один такой… — мурлыкнула она.

Чихнула от попавшей в нос травинки и поднялась, одёрнула платьице.

— Ладно!

Вечер вновь подкрался незаметно. Кажется, я уже привыкаю к Алинде — привыкаю по-настоящему, настолько, что уже попросту не хочу возвращаться в реальность. Вот среди травы, высокой и примитивной (но в темноте этого не видно!) — загорелись изумительные белые светлячки. Шарики света, похожие на крохотные шаровые молнии, поднимались вверх, танцевали, кружились над нами. В Алинду тихо приходила ночь. Она втекала через горы густыми кофейными тенями, зажигала звёзды, как кропотливый фонарщик. Сменила пластинку дневной музыки на ночную. Мелодии здесь были совсем другие — не такие, как в деревушке Флира! Какое облегчение! Слушать одну песню годами — тот ещё мазохизм, знаете ли…

Мирра лежала на траве со мной и положила голову мне на плечо.

— Ведь это красиво, правда? — тихо сказала она.

— Да. Я думаю, да.

— А что такое красота?

— Ну… — призадумался я. — Это когда внутри всё замирает и будто бы разгорается яркий свет, чистый и тихий. И всё переворачивается. Правда, ещё бывает, что просто живот подхватило, но это немного другая история…

Мирра рассмеялась и легонько ткнула мне кулачком в плечо.

("- 1 поинт здоровья").

— А откуда ты знаешь, что красиво, а что — нет?

— Не знаю, — признался я. — Просто знаю — и всё.

— Вы, люди, такие сложные…

— Мы, люди, — тихонько взял её за подбородок я. — Мы. Ты и я.

— Ты правда думаешь, что я человек?

Её голос был так тих, что я едва его расслышал.

Я повернулся и снова посмотрел на звёзды.

— Давным-давно, один человек, всемирно известный создатель Декартовой системы координат, сказал: "Быть может, всё вокруг обман, я живу в иллюзии, декорациях, созданных великим и Всесильным обманщиком — возможно. Но в качестве мыслящего, сомневающегося, я — существую".

Я повернулся и посмотрел ей в глаза.

— Ты сомневаешься, Мир. А значит ты — есть. НПС не сомневаются никогда.

Я лежал ещё долго.

Кажется, НПС спала — грудь её поднималась тихо и ровно, она едва слышно дышала во сне. А я не мог уснуть. Что здесь правда, а что — ложь? Быт может, я давно сошёл с ума? Живу в вымышленном, иллюзорном мире, а на деле лишь брожу по палате с белыми стенами, разговариваю сам с собой? Или сошёл с ума уже позже, в игровом мире? Или это моё Чистилище, мой личный ад? Нет, для ада здесь слишком много красивых девиц… Тогда рай? Но для рая слишком много тяжёлых решений…

Светляки поднялись и закружились в белом хороводе.

Здесь нет правды и лжи, нет простых выводов и нет готовых ответов.

Это — жизнь, как бы она не выглядела, и как её не называй.

Это жизнь, в которой мы можем жить, а можем и умереть.

Это жизнь, в которой, возможно, не будет завтра.