Александр Забусов – Характерник. Трилогия (страница 118)

Сергей весело засмеялся, ткнул пальцем в трещину, сказал:

— Это и есть проход!

Эхо подтвердило:

— Есть проход… Есть проход…

— Это стена забора!

— Стена… Стена…

— Ну, стена. И, что?

— Обойти не пробовал? Вон там кажется пролом!

— Умная, да?

— Да уж не дура! — разозлилась женщина.

Русский ничуть не расстроился ее обидой и сарказмом. Наоборот развеселился еще больше. Присел, доставая из сумки «Эмку», хитрыми глазами кося на столбом стоявшую перед ним Пилар.

— Знаешь, когда ты сердишься, ты становишься очень привлекательной. Ха-ха! Становишься очень красивой, не смотря на склочный характер. Конечно я обходил стену. И через щель на эту сторону смотреть вполне можно, но проход только отсюда.

— Eres un farolero, nunca dices la verdad[20].

— Ты извини, испанский, не самая сильная сторона моего эго.

Скривила рожицу.

— Лгун!

— Ну что ты! Мое жизненное кредо! Правда и только правда, ничего кроме правды. Так! — повертел в руках извлеченное устройство. — Боеприпас M2 разработан для подразделений Сил Специальных Операций, SOF. Другим подразделениям и родам войск пользоваться запрещено. Что характерно, окрашивается в зеленый цвет. Используется в качестве объектного с замедлением. Сейчас!

Проделав с миной ряд привычных для Пилар манипуляций, как на занятиях по минированию, говорил вслух:

— Устанавливаем против объекта, даже слегка под него. Таймер включаем в режиме «объектная», на время замедления. Пятнадцати минут хватит?

— За глаза. Серхио. Eres un estar al loro[21].

— Я стараюсь, estar de miedo, la chica preciosa con la que habнa soсado toda mi vida.

— Я же говорю, ты farolero! Ты знаешь испанский![22]

— Все, отходим!

Прогремевший взрыв поднял в воздух клубы пыли, разбудил притихшее эхо. Выглянув из-за укрытия, оба всмотрелись в поднятый пылевой фронт, пытаясь издали увидеть эффект дела рук своих. Не разглядеть. Подождали пока все осядет, успокоится. Подошли.

Дыра в заборе была величиной с большую столешницу, более-менее округлой формы с рваными краями. Внутри этой дыры клубился хорошо знакомый Сергею туман, пелена которого была плотной с сероватой дымкой. Перевел взгляд на застывшую рядом на четвереньках Пилар, со страхом взиравшую на буйство серого геля, сказал:

— Ну вот и выход. Ты за мной или впереди меня пойдешь?

— Я туда не пойду!

— Спятила, Chica? Сиреневое солнышко голову напекло?

— Не пойду!

— Ладно. Видит бог, я сделал все, что мог! Иди ко мне.

— Зачем?

Отодвинулась, пятясь на четвереньках от Сергея. Ну что за дура попалась? Он за ней гоняться должен?

— Поцеловать хочу. В кои-то веки попалась та единственная, которую полюбил с первого взгляда, и ради которой готов остаться в этой богом забытой дыре.

— Правда?

Чуть подалась к нему, но еще смотрела не верящим взглядом. Точно ненормальная. Конечно правда. Сейчас он все что угодно скажет, лишь бы поверила.

— Конечно правда. Забыла? Ничего кроме правды! Иди сюда, родная!

— Сам иди!

Не вставая с четверенек, придвинулся к девушке. В голову пришла смешная мысль. Они сейчас со стороны смотрятся, как два животных семейства кошачьих. Приподнялся, подтащил за плечи к себе. Вгляделся в опасливые зрачки красивых глаз, впился губами в губы. Сладко-то как! Рука его, как живое существо, действовавшее в автономном режиме, расстегнула верхние пуговицы на куртке и проникнув за срез кружевного лифчика, нашарив полушарие груди, нежно мяла его, сразу добившись, что сосок затвердел.

«Н-да! Давно видать у девки мужика не было, вон как вся горит!» — решил Сергей, жарко целуя податливые губы.

Увлекая девушку куда ему было нужно, незаметно придвинулся к дыре перехода. Срывая очередной поцелуй, нашептывал губами: «Люблю!».

Вот оно, самое то! Опустившись на колени и увлекая ее, готовую пойти дальше в любовной игре. И точно, с губ сорвался стон желания и вожделения:

— А-а!

Оторвал от себя ее расслабленное тело и спиной вперед втолкнул в переход.

— В-ва-а!

И саму Пилар и ее крик, поглотила пелена, погасив все звуки внутри себя. Ф-фух! Кажись управился! Пусть простит, если сможет, но по другому вряд ли получилось. Уж слишком свежи в девице воспоминания проникновения в этот мир. Пора и ему…

Глава 12

Возвращаться в прошлое нужно лишь с твёрдой уверенностью, что оно не разрушит твоего настоящего и будущего…

— А-а-а! — воплем закончил переход в реальность иного времени.

Плюхнулся прямиком в широкую полосу реки. Ё-о-о! Вода холодная, а он снова в чем мать родила, барахтался в ней, приходя в себя. Ничего себе, повороты судьбы! Куда же это он влетел? И где испанка? Как оторвалась от него в том киселе тумана, так видно и заблудилась. Звуки-то гасятся! Теперь небось, выберется непонятно где и в каком году. Ну это уже ее проблемы! Из безвременья он Пилар все же вытащил.

Загребая руками, поплыл к берегу, к далеким камышам. Думать дальше о чем либо, совсем не хотелось. Только бы доплыть. Под самыми камышами в лодчонке сидел с удочкой мужчина в преклонном возрасте. Витая в своих думах, не сразу увидал пловца.

Подозрительно глядя на Сергея, подтянул леску с поплавком, выбирая снасть в лодку. Мысли преобразили давно не бритое лицо под кепкой.

— И откуда ж ты такой взялся, касатик? — как-то с издевкой прозвучал его голос.

Отфыркиваясь, Хильченков сбивая темп и хватаясь за край лодки, ответил:

— Оттуда!

— Очень-но познавательный ответ. Замерз-то как! Май на дворе, а ты купаться полез. Морж, что ли?

— Угу!

— Ну, залазь, согрею.

Заставлять ждать, было не нужно. Подтянувшись, с первого раза забрался в лодку. На ветерке и без того замерзшее тело, покрылось гусиной кожей. Дед сноровисто из под «банки» извлек бутылку «Столичной», свинтив пробку, налил «гостю» почти полный стакан.

— На! Ну, за здоровье! Молодец, это по-нашему! Да ты вот коркой занюхай. Я сказал занюхай, а не грызи ее. Не для того она в лодке припасена, чтоб каждый ее кусал. Рыба это дело тоже любит.

— А что ж без закуси-то водку держишь? — усмехнулся Сережка.

Дед ему приглянулся. Хорошего человека видно сразу и без всяких ковыряний в мозгах.

— Так рыбы наловлю и уху спроворю. А какая уха без водки? Суп, да и только. Это рыбу можно в лабазе купить, да дома на газу приготовить. А романтика где?

— Эт точно!

— Да ты совсем замерз! Поплыли к берегу. Одежонка у меня в машине имеется.

Сидели у костра, на огне которого выставлен был треножник с казаном, в котором бурлила уха.