Александр Забусов – Дивергенты боя (страница 32)
– Стоп! Сдать работы. У вас до построения на обед 15 минут, можете воспользоваться ними и привести себя в порядок. Не задерживаю.
Серый с интересом приступил к «разбору полётов». Перед парнями стояла задача, согласно обстановке в карточке, за двадцать минут придумать схему расположения мин с целью уничтожения максимального количества живой силы противника, при условии, что в составе команды движется объект, который необходимо захватить живым. Уже сейчас, после проверки восемнадцати ответов, можно было доложить Аверину, что подопечные в целом справились. Удовлетворённо потянулся на стуле, подумал про себя:
«Всё же хорошо, когда не зелёных пацанов натаскивать приходится!»
Новое утро. Задачи старые. На стрельбище, теперь уже под руководством Карповича, стреляли из вооружений в 60-х–70-х годах созданных умными людьми. Опробовали пистолеты МСП, «Гроза», бесшумный вариант автоматического пистолета Стечкина, а также бесшумный специальный стрелковый комплекс «Тишина» – ССК-1 на базе 7,62-мм автомата Калашникова АКМС.
И снова Гайдамак с недовольством высказался, пробурчав:
– Не могли «Канарейку» предоставить!
– Ага, тебе вон на калган каску, в которой наверное отец твой службу начинал, напялили, – посмеялся Бруно. – А ты хотел всё и сразу. Губозакаточную машинку проси, может вышлют по почте.
– Да, пошёл ты!..
– Галдёж отставить! Шаров, Хильченков, на позицию!
Проблемы решались по мере поступления. На каждую из трёх групп, поделённых по десятку бойцов, снайперов вычислять даже не пробовал, над личными делами покорпел-покорпел, характеры поизучал, пообщался, это гиблое дело бросил. Проверил людей в действии, ориентируясь на характер подчинённых и выводы Махарадзе и Карповича.
– Ломов, Иванов и Дадаев. – Предложил старлей.
– Согласен. – Подтвердил капитан. – Причём несмотря на южный менталитет, вспыльчивым характером не отличается. Чеченец вполне может снайпером группы быть.
– Н-ну поглядим. – Решил Аверин. – Завтра на стрельбище выведем, а там определимся. Я так понял, остальных в расчёт не берём?
– Ну, может ещё Хильченков. – Назвал претендента Серый.
– Сникерс? – хмыкнул капитан Карпович. – В тихом омуте… Он точно не флегмат, а вот хитрожопость впереди него бежит.
– Это ты зря, Валентин, на парня наговариваешь. Нормальный боец, тем более из наших, родных конюшен.
– Угу…
– Хватит троих. – Подытожил майор.
Результаты стрельбы поразили и обрадовали до глубины души. Ещё бы; две десятки и одна девятка в положении с колена и три десятки – стоя, плюс десятка «в лежке» у одного. Чуть слабее у остальных двоих. Результат не самый хреновый, если учесть то, что перерыв и смена рода деятельности существенными были. Утвердил. Среди всех троих, лишь бывший прапорщик под звучной фамилией Иванов, действительно имел эту специальность.
В разговоре один на один в канцелярии, поинтересовался:
– Слушай, Сергей, ещё в школе, наверное, стрелковым спортом вплотную занимался?
– Не-а. Что такой спорт, у нас в поселке никто слыхом не слыхивал. Футбол гоняли, зимой с клюшками по льду реки бегали. Бокс действительно в душу запал. Только у нас не секция была. Под руководством вернувшегося из Афгана бывшего десантника-инвалида, друг-другу носы рихтовали в спортзале школы, за ветхими канатами.
Аверин хмыкнул:
– В соревнованиях значит, не участвовал? Про разряд вообще умолчу.
– Какой разряд? Какие соревнования? – бывший прапор губы скривил. – Пал Палыч в боксе разбирался чуть лучше, чем в классическом балете. А балет он даже по телевизору не смотрел. Его обязанностью, как тренера, было выдать пацанам две пары разбитых вдрызг перчаток и поприсутствовать в зале, открыто заливаясь бутылкой «Агдама». Директриса на такие мелочи в воспитании школьников, глаза закрывала. В соревнованиях мы участие не принимали, разрядов нам не присваивали, но в уличной драке – поселковым равных не было! И заслуга в том, как мы все считали, была лично Пал Палыча. Царствие ему небесное.
– Цероз охомутал? – предположил Аверин.
– Не-а! По пьяни под поезд попал.
– А стрельба?
– Это уже в «технаре». Вот там действительно секция имелась. Увлёкся. А ещё выезды на соревнования, где давали бесплатные талоны на усиленное питание, отлынивание от занятий, ну и девушки… Куда ж без них? Дальше армия. Спецназ. В посёлок не вернулся, остался на контракт.
– Ясно. Сокол ты наш зоркий. Ну, что ж, будем считать навык не потерян. На гражданке говорят: «Мастерство не пропьёшь!»
С лёгкой руки начальника Иванов получил позывной – Сокол…
Время к отбою подходит, Аверин сидя в канцелярии нелёгкую думу думает:
«Медик…, хороший медик нужен! Да где ж его взять?»
Стук в дверь прерывает душевные терзания майора.
– Заходите!
На пороге Хильченков нарисовался.
– Разрешите?
– Прикрой дверь. Присаживайся.
Взгляд подчинённого пышит живым интересом, потому тянуть долго не стал.
– Провентилировал я всё по своим каналам. Так что, порадовать тебя Константин, мне действительно нечем.
Перелистал записную книжку до нужной страницы. Ещё раз глянул на подчинённого, решился, и так, считай полдня, тянул со скорбной вестью.
– Значит так… Хильченкова Маргарита Константиновна, 2003-го года рождения, студентка… Ну это опустим. 5-го мая сего года была насмерть сбита автомобилем ЗИЛ-131 номерной знак… Тоже лишние подробности. Короче сбили твою сестру на пешеходном переходе в Москве. Водитель не найден. Машина предприятия числится в угоне. Следствие ведётся. Думаю, ты и сам знаешь, что хер кого найдут. Кому дорогу перешёл, Константин Константинович?
Костя спокойно выдержал взгляд майора. Промолчал.
– Надеюсь, мстить не побежишь? – спросил тот.
– Не побегу. – Ответил не опуская глаз.
– Странно. А почему, хотелось бы узнать? Если честно, я сам бы…
– Я, тоже. Но пусть всё уляжется. На нары я больше не хочу.
– Согласен с тобой. Можешь идти.
Отступление третье
Иван Васильевич представлял собой разновидность военного чиновника, сидевшего в «высоких» кабинетах власти. В центральный аппарат его перевели несколько месяцев назад сорвав с должности второго зама начальника учебного заведения, о котором простые столичные обыватели и люди из глубинки России толком ничего не знают, да и знать не хотят, а в передачах иностранных и псевдо-отечественных средств массовой информации о его выпускниках, как правило безымянных героях тайных войн, периодически всплывают серии небылиц и домыслов. На профессиональном жаргоне питомцев, вылетевших из гнезда, заведение, в котором Иван Васильевич оттрубил семь календарных лет, получило негласное название – Консерватория.
Нужно признать очевидность того, что не все индивидуумы сразу же рождаются разведчиками. Или же генетические задатки могут быть недостаточно выраженными. Бывают и исключения, когда на свет божий появляются разведчики со стажем. Стаж этот исчисляется с момента, когда ребёнком впервые заигрались в прятки. Ну и пошло-поехало!
Иван Васильевич ни к первым, ни ко вторым не относился, как по большому счёту к профессии разведчика. За плечами мотострелецкое училище, общевойсковая Академия, опять-таки по родному профилю, удача с развалом армии в 90-х, когда многие офицеры ушли искать счастья на «гражданке». Высокий покровитель на горизонте возник довольно неожиданно в самый разгар Сердюковской кампании. Определил на тёплое место в армейской системе, с возможностью получения откатов.
Знакомство с российским бизнесом вылилось в посредничество. Некоторое время пообтёрся в определённых кругах, а вскоре своё существование преобразовал в прокладку – посредничал между большим бизнесом и армейской верхушкой. После того, как Сердюкова сняли, связи позволили с крючка сорваться, а вовремя произведённый пинок – оказаться в кресле зама, уже с лампасами на форменных брюках. Повезло! К разведке Ивана Васильевича особо не допускали, но вся административная рутина на его плечи легла. Помня о своих недавних грешках и сомнительных знакомствах в среде спекулянтов высокого пошиба, тянул, что ломовая лошадь и главное старые связи с сильными мира сего не порушились. Друзья вновь подмогнули, выше протащили, со второй звездой на погонах поздравили и даже ответной услуги не потребовали. Так было до позавчерашнего дня.
Из окна служебной «персоналки», вечерний город казался растревоженным муравейником, люди в нём жили своей жизнью, радовались тёплому лету и яркому солнцу, а ещё концу рабочей недели. То, что где-то на западе идут интенсивные боевые действия, не ощущалось совсем. Вечер пятницы на автодорогах Москвы отличался особой загруженностью. Лето. Дачи. Посещение дачных участков на выходных, для отдыха и работы на земле стало неотъемлемой частью традиций российского народа. Можно с пользой для здоровья провести время на огороде, организовать шашлыки. Провести выходные на даче летом для городского жителя возможность выдохнуть от трудовой недели и с новыми силами вернуться в работу. Это отличная возможность для общения с соседями и друзьями. Вырваться, наконец, с семьей на совместный отдых. Опять же свежие овощи и фрукты, выращенные своими руками, без пестицидов и другой бяки. Те же Пиндостан и Гейропа, например, лишены такой возможности.
В отличие от России, в той же Дании существует очень долгая очередь, которую нужно выстоять в течение 10-15 лет, чтобы только получить право купить участок под сад. В богом забытой Германии во многих садах действует запрет на использование электроэнергии. В Нидерландах разрешено находиться в саду только до 17:00, и ночевка там строго запрещена, чтобы предотвратить возможные пожары. Организация шашлыков может вызвать серьезные проблемы и даже привести к уголовному наказанию, а в России, пожалуйста. Выехал на природу, водкой хоть залейся, шашлыком обожрись, никто слова плохого не скажет, если в сторону соседей наглеть не станешь. Не повезло западникам, что поделать!