Александр Яманов – Бесноватый Цесаревич-5 (страница 57)

Долго думал, как успокоить своих трясущихся отпрысков. В итоге пошёл простым путём. Редко я использую песни из моей реальности, но сегодня подходящий случай.

—Давайте я вам спою, — три настороженных и заплаканных взгляда сосредоточились на своём родителе, — Это будет наша личная семейная песня-молитва. Напевайте её, когда будет грустно или паршиво. В жизни нет поводов для отчаяния. За неё надо бороться и верить в лучшее.

Голос у меня явно плох. Но удалось собраться и выложить максимальный эмоциональный посыл, одной великой песни из моего детства. В своё время, я так и не понял, что это было гениально. Надеюсь, мою собственные дети это поймут.

https://www.youtube.com/watch?v=DRYzImN_bDM

—Завтра будет прощание в церкви, — говорю притихшим человечкам перед уходом, — Сейчас вам надо отдохнуть и выспаться.

На дневное собрание в кабинете был только ближний круг. А ещё раньше гроб с телом Юли поставили в дворцовой церкви. Я с детьми посетил мероприятие, которое грозило превратиться в массовое паломничество. Понятно, что были чиновники с семьями, лучшими людьми города и много кто ещё. Мне всякого рода пафоса подобных собраний не понять. Умер человек, отдай почести и не устраивай шоу. Но иные времена, плюс статус покойницы. Пришлось терпеть достаточно навязчивую церемонию принесения соболезнований. Дети вообще держались из каких-то последних сил, пожирая глазами гроб с матерью. Еле удалось покинуть эту мрачную атмосферу, соблюдя хоть какие-то приличия.

Вот сейчас наблюдаю за ближниками. Дугин, Шульц-младший, Игнатьев, Порфирьев, Богдан, Филипс, секретарь и Иванов, человек Волкова. У стены стоит мрачный Савва. Люди, которые в курсе почти всех моих дел. А ещё они были действительно хорошо подготовлены. И работали не из чувства страха. Ошибок и прочих непредвиденных вещей хватает. Мои соратники не только действовали по ситуации, но и смотрели вперёд. Вот и вчера я дал всем спокойно провести расследование, не дёргал и жду детального доклада.

—Бомбу заложил работник Иосиф, поляк. Но на самом деле происхождение у него смутное. Нанялся на работу к вашей супруге ещё в столице. Неплохой мастер, занимался подготовкой возков. Он же привлёк помощника, с коим и переехал в Херсон. Никак себя не проявлял. Плохо, что он никакой не каретник. Наёмник и очень опытный. Ломали татя долго, но картина уже сложилась. Наняли его более полугода назад с конкретной целью — убить Ваше Высочество. Помощник оказался мастером минирования. Жалко, кто не удалось взять живого.

—Удалось определить заказчика? — уточняю максимально спокойным тоном, хотя внутри весь киплю.

—Пленник его не знает. Но всё довольно необычно. Во-первых, сам подвод человека и весьма долгое ожидание. Во-вторых, при минировании возка был использован странный механизм подрыва, более похожий на морские мины. Правда, взрыв произошёл немого раньше, чего-то тати не учли. И главное — кортеж ждала засада.

—Кто это у нас такой дерзкий?

—Отряд из полка князя Радзивилла, те, которые берут пример с наших егерей. Расположились грамотно, бились отчаянно, в плен не сдавались. Если бы не люди майора, — Игнатьев кивнул на Фитцнера, — То было бы совсем худо. Они мастера засад, мои люди оказались не готовы. За это готов понести наказание.

Вот о чём я сейчас меньше всего думаю, так это о давление на своих людей. Второе удачное покушение — это повод задуматься. Значит, мои хвалёные службы дают сбой и придётся полностью перестраивать работу СБ. С другой стороны, просто невозможно противостоять всем проискам врагов. Только бить самому на опережение и банально их уничтожить. Неплохая мысль, кстати.

—После нападения, при помощи егерей и кавалерии дивизии, мы перекрыли почти все дороги. Связного удалось взять при бегстве. Базу нападавших нашли в пятнадцати вёрстах на севере. В губернию они проникли под видом строителей и купцов. Край сейчас бурно развивается и отследить всех приезжих просто невозможно. Даже в Херсоне с его строгостью, есть большой перебор лишних лиц, в основном задействованных в строительстве. Можно закрыть город, но подготовленного убийцу это не остановит.

—То есть поляки и неизвестные наёмники, — уточняю.

—Да. События в Западном крае спровоцировали магнатов. Да и то самое дело с приютом, никто не простил. Судя по словам связника, основные фигуранты — это Чарторыйские, Калиновские, Потоцкие и Радзивиллы. Первые вообще сейчас у трона и определяют польскую политику страны. Адам стал премьер-министром. Его мать занимается постоянным разжиганием антирусских настроений, и убеждает поляков воевать до победного конца, опираясь на Францию. Калиновские и Потоцкие также заняли непримиримые позиции. Уж очень они много потеряли из-за последних законов. Настроения в Польше сейчас истерические и вы для них главный враг. Так что сам факт нападения полностью вписывается в сюжет. Только выпадают странные наёмники. И ведь есть человек, который должен был координировать нападение с минированием и просто держать связь. Но это не поляки. Мозгов не хватит.

—Англичане? — версия напрашивается сама собой.

—Может, французы. Больше некому, — отвечает Михаил.

—Прошу простить, но вчера я получил депешу, что Чарторыйский посетил Санкт-Петербург и был весьма обласкан Императором, — скромно сообщил человек Волкова, — Просто не мог сообщить вам об этом ранее.

Обычная новость. В то, что брат стоит за покушением, я не верю. Другой вопрос мог ли он своими словами, а меня он сейчас просто ненавидит, подвигнуть врагов на решительные действия? Думаю, да. Но пока не хочу загонять себя в эти дебри. Есть люди, которые работают и усиленно собирают информацию. Вот и буду реагировать по мере получения точных сведений.

—Значит, продуманный заговор с очень опытным организатором? Внешнюю составляющую повесили на поляков, — барабаню пальцами по краешку стола, — Ещё и явные попытки поссорить меня с братом. Прямо отдаёт делишками одной флорентийской семейки.

—Как мы ответим? — произнёс Богдан.

Этому бы только резать. А здесь думать надо. С другой стороны, акцию возмездия надо готовить.

—Не будем торопиться. Я хочу наказать всех виновных. Доведите до конца расследование. Поймайте координатора, он не мог уйти. Губерния была быстро перекрыта. Да и глупо дёргаться заранее, просто попав в руки мобильного патруля. Уходить он собирался после покушения. И не упускайте вариант, что человек двинется на юг через Порту. Контрабандистов в округе пока хватает. Заодно приказываю государственным службам, переловить всех незаконных торговцев, определить их базы и уничтожить. Просто физически вся эта греческая вольница через неделю должна исчезнуть со всего побережья. Приказ губернатору, флоту и войскам, подготовлю сегодня. Ни одна муха не должна пролететь над побережьем.

Полыхнув нездоровыми эмоциями, я немного успокоился. Обнаглевших греков, пора давить. Одно дело мои морейские пираты, официальные торговцы из Мальтийской торговой и вообще агенты. И совсем другое, начинающееся плодиться контрабандное братство. Не все изгнанники смирились с выселением из Крыма и достаточно быстро вернулись. Как раз удобный способ их уничтожить. Заодно временно насыщу свою тягу к крови. Меня аж распирает от желания кого-то убить.

Дугин что-то быстро чиркал в блокноте. Наверняка текст указа уже готов. Но сейчас не до этого.

—Нужна тщательная подготовка, — обращаюсь к главе егерей, — Твои люди в первую очередь боевики и диверсанты. Опыта базирования и розыска в городе у них нет. Значит, будете учится. Определите главные города, где находятся основные заговорщики — Варшава, Краков, Данциг и прочие Берлины. Заранее создайте там базы, проведите слежку, определите всех винновых. И далее хочу, чтобы вы нанесли удар. Резать всех от мала до велика. Из Чарторыйских не трогайте только молодого немца, он мне враг. Всех остальных демонстративно убить. Но и не стоит лишний раз рисковать, сохранить своих людей важнее.

По мере понимая моего приказа Богдан просто расцветал. Это же новая игрушка и интересная задача. А ещё убийства. Псих!

—Возьмёшь в помощь людей Иванова, им сподручнее работать на чужих землях. И запомни — мне нужны виновные. Устраивать акты устрашение не нужно. Наша задача — отомстить.

Богдан был сейчас похож на адепта какой-то секты получивший благословение от руководства. А ведь я для него и являюсь неоспоримым законом в последней инстанции. Он нарушит любые божеские и людские законы, если один цесаревич отдаст приказ. Совесть его точно мучить не будет.

—Ещё не мешает решить польский вопрос. Если они так бурно сопротивляются, забыв про творимый ранее произвол, то мы напомним им про их прегрешения, — перевожу взгляд на настороженного Герхарда Шульца, — Найдёшь способ определить деяния наиболее одиозных семейств, связанных с заговорщиками. Ростовщичество, покровительство шинкарства, произвол арендодателей, запрет посещать православные храмы, казни, пытки, изнасилования и прочие прелести магнатской жизни. Денег не жалей и начни немедленно. Списки должны быть готовы к зиме.

Финансист уныло кивнул. Он никогда не любил лезть в иные сферы, боясь крови. Но сейчас не до его рефлексий.

—А мы их тоже всех убьём, — с надеждой спросил Богдан.