Александр Якубович – В самом Сердце Стужи (страница 34)

Когда я вернулся в замок, от меня воняло, как от козла. Хоть спуски длились по пятнадцать минут, но я все равно вспотел, а отсутствие дезодорантов сделало свое дело — тело и одежда пропитались едким запахом пота.

Поймав мимо проходившего работника кухни, я приказал притащить пару котелков кипятка в мою комнату — холодной воды там всегда было в запасе в специальной бочке.

Единственное, чего я хотел сейчас — набрать полное деревянное корыто, установить его на дне большой ванны и, поливая на плечи и спину, намылиться так, чтобы стать похожим на привидение из мультика. Чтобы даже борода была из мыльно-травяной пены и пахла чертополохом и чем-то еще, похожим на ромашку.

— Милорд! — приветствие Эрен влетело в мое лицо подобно оплеухе.

Я совсем забыл и про гроссбухи, и про свою молодую жену, полностью отдавшись простой и понятной задаче вида «копаем отсюда и до захода солнца».

— Миледи Эрен… — кивнул я, спешно проходя мимо женщины.

— Милорд! Я бы хотела поговорить с вами касательно учетных книг и еще… — Эрен замолкла, когда я скрылся за ширмой и стал переодеваться.

— Дайте мне десять минут, миледи, — ответил я.

На самом деле мне было стыдно за то, что я так хреново расставил приоритеты. Вместо того чтобы ковыряться в яме, стоило бросить все и пойти переговорить с собственной женой. Убедиться, что она справилась с моим заданием, посмотреть на учетные книги. Читал на местном я с трудом, но цифры запомнил хорошо — они здесь были похожи на староиндийский вариант привычной мне записи, так что это было не трудно, освоиться с суммами.

Вот только забыл ли я про гроссбухи и свою молодую жену, или врал самому себе и избегал с ней встречи? Даже сейчас мои мысли были заняты больше мытьем, чем решением важных финансовых вопросов.

Чего ты боишься, Виктор? Что Эрен на самом деле окажется тупа и бесполезна, или что наоборот, она будет той, кого ты в ней подозреваешь — умной и образованной женщиной, которая непонятно как получила эти знания?

Наконец-то принесли воду и я смог кое-как помыться. Даже волосы намылил и промыл, настолько мне не хотелось говорить с Эрен. Эта дурная привычка жить отложенной жизнь преследовала меня всегда. И в школе, и в армии, и даже когда я стал колясочником. Всё когда-нибудь «потом». Сразу после школы косить от армии тяжело, бегать не буду. Отслужу и потом отучусь. Вернулся, пошел сразу работать, поступлю на заочку или пойду на курсы когда-нибудь потом.

Потом позвоню друзьям, чтобы увидеться.

Потом начну ходить на свидания.

Потом займусь лечением… Всё потом, прямо как сейчас.

Вот только Эрен была другой. Ей все нужно было сразу — именно поэтому жена терпеливо поджидала меня в комнате, разложив гроссбухи на столе, где мы с ней ужинали.

— Я вижу, что вы подготовились, — ответил я, выходя из-за ширмы и лениво обтирая волосы полотенцем.

Мне это показалось чем-то обычным — я был завернут в простынь, но вот миледи Эрен залилась краской и тут же отвернулась. Только потом я понял — она никогда не видела меня без одежды, даже в брачную ночь. Потому что тогда она была слишком сосредоточена на изучении крайне интересного окна и стены, а не моего внешнего вида.

— Ваш вид, милорд… — все же сказала Эрен, косясь в мою сторону. — Нам нужно поговорить, когда вы приведете себя в порядок.

Игнорируя смущение жены, я прошел к сундуку, достал свежие белье, штаны и рубаху, и отправился за ширму. И уже через минуту предстал перед моей молодой супругой в приличном виде.

— Так лучше? — чуть более резко, чем следовало, спросил я.

Меня иногда раздражали эти ее ужимки. Вроде уже не первый день знакомы, спим в одной постели, официально состоим в браке, пусть и фиктивном, а краснеет, как малое дитя. Или это особенности этой эпохи? Я всегда считал, что рассказы про обмороки при виде женской ножки — лишь байки и грубое преувеличение, ведь все не могло быть настолько плохо. Видимо, я ошибался, и юным аристократам и аристократкам тут на самом деле давали столь пуританское образование. Или это я так извращен эротикой и порнографией, что имею полный иммунитет и к женским лодыжкам, и к другим частям тела?

— Вам не стоит расхаживать в столь неподобающем виде при посторонних, милорд, — строго ответила Эрен, глядя мне прямо в глаза.

Мне захотелось едко спросить, почему в число посторонних она записала саму себя — мою жену, но удержался. Наверное, тут и вправду дело в разнице менталитетов, которую никак не побороть.

— Я немного задержался на хозработах, — ответил я. — Но Ларс сделал основной доклад.

— Хозработах? — уточнила Эрен.

— Мы чистили выгребные ямы, — ответил я. — две из трех пока не используются, и их надо привести в порядок, пока есть время и стоит погода.

— Неужели такое простое дело требовало вашего надзора? — удивилась Эрен. — Мне казалось, это можно было поручить Арчибальду или любому из ваших бойцов, чтобы они проследили за работой крепостных…

— Каких крепостных? — удивился я.

— Тех, что чистили ямы, само собой.

— Не было там никаких крепостных, — ответил я. — Мы все делали сами.

— Мы?

— Я и мои люди. Говорю же, работу надо сделать быстро и в срок, там требуется немало рвения и физической силы, — ответил я, наблюдая за тем, как от удивления округляются и без того большие глаза моей жены. Буквально получилась иллюстрация присказки про пять копеек.

— Милорд, вы хотите сказать, что лично чистили выгребную яму? — не веря своим ушам, переспросила Эрен.

Я только спокойно кивнул, внимательно наблюдая за спектром эмоций на лице девушки. От шока и непонимания до крайнего удивления и полного непринятия этой информации.

— Я и завтра буду чистить, без меня они не уложатся в срок, а дел еще много, — я решил, что раз уж рвать шаблоны девушки, то до конца. — Хотите прийти и посмотреть? Парни будут рады поддержке с вашей стороны.

Тут Эрен сломалась. Я буквально видел, как мыслительный процесс в голове несчастной остановился, а глаза стали двумя пустыми стекляшками. О, господи-боже! Ее муж занимается такой постыдной работой и еще предлагает ей прийти и пронаблюдать этот позор! Эти мысли летели бегущей строкой на ее лице, вытеснив любые другие.

Но бесконечно потешаться над несчастной девушкой я не мог. Все же, учетные книги, которые они сегодня забрали из дома бургомистра Легера, были намного важнее. И именно к их обсуждению мы приступили сразу же, как только Эрен смогла взять себя в руки.

Самое главное для меня было не показать, что я понимаю в арифметике и математике больше, чем мне положено по моему происхождению и прошлому наемника. Но тут мы были в равных условиях — ведь Эрен, по всей видимости, тоже не хотела раскрывать свои тайны.

Хотя они меня крайне, крайне интриговали.

Глава 20

Эрен

К моему удивлению барон Гросс оказался поразительно умен и способен к арифметике. Я еще никогда не видела, чтобы человек, не имеющий отношения к счету, с такой скоростью вникал в массивы цифр и умудрялся держать в уме столько информации разом.

— То есть это просто сквозные записи в свободной форме? — спросил Гросс, листая одну из учетных книг.

— Что вы имеете в виду? — переспросила я.

— Здесь нет систематизации по категориям товаров или видам платежей, насколько я понял ваше объяснение, миледи, — лицо мужчины стало отсутствующим, а взгляд быстро шарил по строкам, как будто он сейчас что-то активно просчитывал, — многие вещи записаны в свободной форме. Вот! Вот это что, прочитайте.

Он безошибочно нашел совершенно бестолковую запись о выплате одному из купцов за порчу телеги во время осеннего базара два года назад.

— Здесь записано «Купцу из славного града Кастфолдор уплачено из городских средств одна серебряная и шесть медных момент в счет повреждения оси телеги достопочтенного купца и еще три медных монеты в счет хлопот, понесенных им в ходе разбирательства», — зачитала я вслух.

По тому, как медленно поднялись брови барона, стало понятно, что он совершенно не впечатлен.

— И таких записей у нас шесть книг?

— Примерно, — согласилась я. — Есть и более конкретные, просто цифры с припиской прихода или расхода, но много и подобных с суммами прописью.

— Просто чтобы прочитать все это, уйдут дни, — подытожил мужчина. — А в этом надо еще и как-то разобраться.

Я разделяла печаль барона Гросса. Учетные книги велись отвратительно: это был самый ленивый и бестолковый вид записей, просто для того, чтобы этот обязательный официальный документ существовал. Сам же учет прихода и расхода средств велся по факту наличия средств и баланс подбивался по мере необходимости, потому что деньгами управлял один-единственный человек, бургомистр Легер.

— Я могу привести эти записи в порядок, милорд, если дадите мне достаточно времени, — осторожно сказала я, внимательно наблюдая за реакцией барона.

— В этом нет смысла и необходимости, — ответил мужчина. — Нам нужно просто найти, как и где воровал Легер, вот и всё. А проще всего это спрятать в списаниях…

Мужчина умолк, о чем-то размышляя, я же просматривала страницы, бегло читая бесконечные строки где, кто и сколько заплатил или получил из казны за работу и товары. Одна страница, другая, третья…

— Вы просто переворачиваете страницы? — внезапно спросил мужчина.

— Нет, читаю, — ответила я.

Это на самом деле было несложно. Судя по наклону букв, книги вели два человека. Наемный писарь и сам господин Легер, даже чернила и толщина линий отличалась — они по-разному затачивали перья. От одной руки было больше записей по приходам, когда как второй человек чаще вписывал расходную часть, выплачивая деньги мастерам, купцам и наемным работникам. Что я и рассказала своему мужу, аккуратно водя пальцем по странице.