Александр Якубович – В самом Сердце Стужи. Том V (страница 23)

Когда я прибыла в салон вдовы Нардини и прошла в одну из общих комнат, конечно же, разговоры не смолкли, но и дружелюбной атмосферу было назвать сложно. Я не стала кичиться и давать поводов обсуждать мою внешность — выбрала платье из темно-бордовой ткани и подвеску с рубинами в качестве украшения, аккуратно сложила волосы под сетку, как это было модно несколько лет назад и как носили волосы некоторые женщины до сих пор. Белила я никогда не использовала, брови не чернила, так что Лили только нанесла на мои щеки немного румян, чтобы сделать лицо чуть ярче. Вполне приличный, почти сдержанный, но при этом заметный образ, который подходил для этого визита как нельзя лучше.

Едва я поприветствовала разместившихся в комнате дам и выбрала себе место, в комнату вошла уже знакомая пожилая распорядительница и низко поклонившись, пригласила меня в ту самую комнату за резными дверями.

Теперь в каждом действии мадам Нардини мне виделся умысел. В прошлый раз она сначала поговорила со мной сама и только после этого представила другим посетительницам салона, теперь же — все наоборот, позволила мне обозначить свое присутствие, а потом демонстративно пригласила в комнату для важных персон. Игнорируя завистливые или изучающие взгляды, я со всем достоинством прошла вслед за распорядительницей, которая на этот раз проводила меня лично.

К моему удивлению, на этот раз вдова была не одна. Рядом с женщиной, на отдельном диванчике, обложенная подушками, расположилась старуха, которую в прошлых жизнях я видела лишь мельком, издалека. В столице ее называли главной женщиной срединного востока Халдона, на своих же землях она была известна как матриарх рода лордов Кастфолдора, госпожа Лотта Зильбервер.

Если мне не изменяла память, сейчас лордом Кастфолдора был уже ее внук, нынешний граф Зильбервер, а старая женщина большую часть года жила или в столице, или на теплом юге, у своих родственников, которые были рады принимать у себя в гостях пожилую женщину. Оно и немудрено — лорды Кастфолдора управляли главным перевалочным пунктом для зерна на среднем востоке королевства, а сам город был богат не только на купцов, но и на различных мастеров. Фактически, Зильберверы держали в руках ключи от южных житниц королевства, а через их порты и склады проходило почти все зерно севера и северо-востока королевства. В том числе и зерно Херцкальта.

И хоть старуха Лотта уже давным-давно похоронила и своего супруга, и своего сына-первенца, женщина все еще оставалась при деле, пользуясь своим опытом и влиянием в аристократических кругах.

— Мадам Нардини, госпожа Зильбервер, — чинно присела я в поклоне, поочередно обращаясь сначала к хозяйке салона, а после к ее статусной гостье.

Я сознательно не обратилась к старухе Лотте по титулу, так как фактически сейчас она не была графиней Зильбервер — это звание носила супруга нынешнего лорда Кастфолдора.

— И вправду воспитанная девочка, — скрипучим голосом прокомментировала старуха Лотта мое появление. — И одета вроде прилично, а не как…

Ругань старухи утонула в театральном кашле вдовы, но я точно знала, что именно хотела сказать госпожа Зильбевер. Она была из того поколения, когда женщины наряжались намного скромнее, а о подобных салонах нельзя было даже и мечтать. На то ли хвалебную, то ли оскорбительную реплику старой женщины я не ответила — лишь опустила глаза в пол, успев бросить прожигающий взгляд на мадам Нардини.

Графиня тоже чувствовала себя весьма неловко — госпожа Зильбервер определенно пользовалась тем, что взятки с нее уже гладки, и совершенно не следила за словами.

— Проходи, деточка, садись, дай на тебя посмотреть… — старчески продолжила матриарх Зильберверов, близоруко щурясь. — Ох, вижу, вижу! То-то эта девка, Франческа, так брызжет ядом от одного упоминания о тебе! Мало того, что умная, так еще и красавица. В мать небось, да?

Не зная, куда деваться, я все же заняла свободное место и стараясь подбирать слова, ответила старухе:

— Свою мать я, к сожалению, не помню, а граф Фиано никогда о ней и не упоминал… — ответила я.

— Вот как, — хмыкнула старуха, поворачиваясь к графине. — Ну, этот подлец, граф Фиано, всегда таким был, его только за порог выпусти. Кобель как есть! Как и все в семействе! Но обаятельный! Но красотою своей ты точно пошла в матушку. Думаю, как и умом!

— Благодарю, — кивнула я госпоже Зильбевер. — Но не совсем понимаю причин для подобной похвалы. Это излишне…

— Ой! Вот мне не рассказывай! — всплеснула руками старуха и я обратила внимание, что ногти на руках госпожи Зильбевер уже потемнели, а кожа пошла старческими пятнами. Осталось ей совсем немного. — Через наши земли прошло все ваше зерно, и у наших вассалов вы заказывали механизмы! Старик Эдуард поставил следить за севером очень талантливых молодых людей, я всегда знала, что наш король крайне проницателен! Так что можешь тут не стоить из себя невинность, юная баронесса! Не обижай своим враньем старую женщину!

— Мы с госпожой Зильбевер хотели поговорить о другом, — вклинилась в поток разглагольствований старухи Вивиан Нардини. — На рынке…

— Это было ваших рук дело, графиня, — прямо сказала я, не дожидаясь, пока вдова что-то соврет.

В комнате повисла тишина. Лотта Зильбевер осторожно цедила какой-то травяной отвар из элегантной фрамийской чашечки, вдова Нардини же не знала, что мне ответить.

— Но я хотела поблагодарить вас за то, что вы бросили на растерзание моему мужу именно Антонио, — продолжила я, прожигая вдову взглядом. — Этот жест позволил мне смириться с тем, что вы воспользовались моей откровенностью, мадам…

— Ох, а девочка-то зубастая, — хмыкнула старуха. — Как она тебя, Вивиан?

Интересно, что бы сказала Лотта, если бы узнала, что это скорее я должна называть ее девочкой, а не она меня? Хотя на вид ей было не меньше восьмидесяти — крайне преклонный возраст, до которого можно дожить только с идеальным здоровьем. А эта женщина пережила еще и рождение шестерых детей, половину из которых она успела проводить к Алдиру.

Обстановка становилась враждебной.

Лотта Зильбевер повернула голову на графиню, после чего вдова подскочила со своего места, словно ужаленная. Ей даже не потребовалась помощь слуг, хотя в прошлый раз вставала она с трудом.

— Ох! Совсем забыла! — запричитала вдова. — Меня еще ждут важные гости, так что прошу простить меня, госпожа Лотта, баронесса Гросс!

Женщина чуть тронула кончиками пальцев юбки, после чего, шурша тканями, удалилась из комнаты, оставив двух глубоких старух один на один. Хоть я сейчас и выглядела молодо, но фактически была даже старше госпожи Зильбевер.

— Баронесса Гросс, — вполне сдержанно и официально начала старуха, а от ее грубых сюсюканий не осталось и следа. — Я здесь конечно из любопытства, всегда интересно посмотреть на тех, кто придет тебе на смену, а век мой подходит к концу, но в том числе я прибыла в столицу и по поручению моего внука, графа Зильбевера.

— И что же лорду богатого Кастфолдора потребовалось от маленького Херцкальта? — так же спокойно спросила я старуху. — Гроссам нечего предложить вашему внуку, госпожа…

— Ну почему же, — усмехнулась старая женщина. — Баронесса… Ох, не смотрите на меня так! В отличие от Вивиан я всегда предпочитаю говорить прямо. У меня просто уже не осталось времени плести интриги.

— Так в чем же дело? — жестко спросила я, глядя в белесые, потерявшие от старости всякий цвет и свет жизни глаза Лотты Зильбевер.

— Надел Кастфолдор и мой внук поддержат притязания вашего мужа на выкуп за цепь Атриталя.

— И что вы требуете взамен?

— Херцкальт останется верен короне и не вступит в северо-восточный союз земель, который последние десятилетия возглавляет лорд Биртондала. В него сейчас входят наделы Сильдорфа, Кэмкирха, Халворторна и Атриталя. Входил Атриталь, пока ваш муж не отправил барона Фитца к Алдиру, — сообщила условия сделки старуха.

— Вы хотите расколоть север? — уточнила я.

— Мы не хотим, чтобы двоюродный племянник нашего короля продвинулся со своим союзом дальше на Вусбург и Кальтендорф, замкнув в итоге все пограничье вплоть до Лютедона, — медленно проговорила старуха.

Кто эти «мы» я здраво уточнять не стала. Если для этого разговора на свет вытащили такую древность, как госпожа Зильбевер, то эти самые «мы» были слишком близки к престолу.

— Барон Гросс только недавно получил титул и насколько я знаю, мой муж не хочет вступать ни в какие альянсы, а просто спокойно развивать надел Херцкальт, — ответила я.

— Передайте своему отважному супругу, что нас это устраивает, — кивнула старуха. — Взамен он получит выкуп за Атриталь.

О том, кто будет следующим лордом поверженного надела, я спрашивать не стала — очевидно, это будет человек, который или примкнет к внуку госпожи Лотты, либо нейтральное лицо, которое не питает к лорду Биртондала особо теплых чувств. Но чтобы быть полностью уверенными в том, что Виктор не станет заниматься политикой и вступать в союзы, барону Гроссу предложили то, что он явно хотел получить и что у него явно пытались до этого отобрать.

Причем я бы не удивилась, что это были руки одного человека. Одной отдавай, второй забирай — древнейший принцип власти. Сначала с нами пошли на конфликт, показывая, что Гроссам в столице не рады и что совет аристократии только ищет повода, чтобы лишить Виктора второй половины трофея — выкупа за цепь Атриталя. А после делается вот такое вот приятное предложение. «Мы решим проблему, которую сами же и создали, если вы сделаете так, как нам угодно». Очень походило на ситуацию с разбойниками на дорогах и купеческими гильдейскими взносами, чтобы это было совпадением. Но своим мысли я оставила при себе. Лишь внимательно посмотрела на старуху Лотту, которая ждала моего ответа.