Александр Яковлев – Жертвы полярной ночи (страница 66)

— Так, — обратился он к бойцам. — Юра, у тебя точно только синяки? Головой работать можешь? — Парень, помогавший другим бойцам выбраться из микроавтобуса, ответил утвердительно. — Тогда бери снарягу, ствол, кидай ко мне в машину и сам туда садись. Остальные ждут гайцов. Дождавшись, разъезжаетесь по койкам. Витя, едешь с Вадимом, поможешь доставить до реанимации. Садитесь в первую машину. Едете быстро, но аккуратно. Артур, Паша, вы во второй. Я закончу и всех обзвоню, мне звонить не надо. Возражения не принимаются.

— Игорь, — Константин повернулся к оперу, — обеспечь, чтобы машину эвакуировали к нам на базу и вещи все на месте остались… Вопросы по существу? — спросил он своих.

Вопросов не было. Через несколько минут они были готовы выезжать. Юра уже сидел на заднем сиденье, в багажнике лежало снаряжение и оружие — его и командира. Сам Константин стоял на краю дороги и смотрел на разбитую легковушку. Кирилл подошел к нему и встал рядом.

— Пора, — сказал опер.

— Иду, — ответил командир и добавил: — Мы здесь столько времени, и никто не проехал, да и на трассе почти никого не было. Угораздило же.

— Не повезло. Очень жаль, — согласился Кирилл. — Я его вообще не заметил, не знаю, как ты ухитрился.

— Да я тоже не заметил, — признался Константин и, повернувшись, посмотрел в глаза оперу. — Просто показалось, что птица летит в лобовое, я рефлекторно руль и вывернул. Никогда такого не было.

Смирнов промолчал. Командир СОБРа снова перевел взгляд на искореженную машину, вздохнул и сказал:

— Ладно, поехали.

11.02.2022, 23:59

Внедорожник оставили в ста метрах от точки, откуда пришли координаты GPS-трекера, припарковав вне зоны прямой видимости. Вокруг бушевала метель, и можно было быть уверенными, что никто не услышал негромкий звук двигателя подъехавшей машины. Дальше они шли пешком, по узкому проезду вдоль заборов пустых дач. Снег с дороги здесь убирали, хоть и делали это нечасто. В редких домах горел свет, но сторожевые собаки прятались по будкам, пережидая непогоду, и не будили своих хозяев, облаивая чужаков. Это было не так давно созданное садоводство, и одни участки пустовали, а на других стройка еще не закончилась.

Чем дальше группа захвата пробиралась по дороге, тем больше становилось таких недостроев. Несмотря на обильный снегопад, следы проехавшей «газели» были видны вполне отчетливо.

Дойдя до конца будущей улицы, они увидели участок, на котором была припаркована «газель». Та самая машина с белой удлиненной кабиной и синим тентом, которую они так долго искали. Госномер сходился с тем, что был в товарных накладных в больнице. А рядом с «газелью» стоял черный седан, который Игорь с Кириллом преследовали несколько ночей назад.

На участке возвышался дом в довольно высокой степени готовности, по крайней мере, если смотреть снаружи. Рядом с ним возводилась какая-то хозяйственная пристройка и стояла бытовка, в окнах которой горел свет. Больше, кроме гор строительного мусора и биотуалета, на участке ничего не было.

Дом был нежилой, темный и укутанный в строительные леса. В бытовке явно были люди, а вот штор на ее окнах не имелось. Обойдя участок так, чтобы оставаться незамеченными, собровцы и опера спрятались за «газелью». Молодой боец Юра проверил ее кузов, благо задний борт был открыт и откинут вниз, но внутри было пусто. Также никого не было в салонах машин.

Они стали медленно приближаться к бытовке. Это было небольшое прямоугольное здание площадью не больше пятнадцати квадратных метров, с двумя окнами и одной дверью. Сверху к ней тянулся и раскачивался на ветру электрический провод. Опера и собровцы прижались к стенам по обе стороны от входной двери. Сейчас в их крови было столько адреналина, что они совсем не чувствовали ни холода, ни страха.

Внутри громко работал телевизор и слышались мужские голоса. Юра достал из разгрузки смартфон и какой-то провод. Соединив их, он крадучись прошел вдоль стены к окну и, подняв свободный конец провода на уровень стекла, стал рассматривать изображение на экране телефона.

То, что опера приняли за провод, оказалось видеоэндоскопом, и, пользуясь возможность заглянуть в бытовку, Юра сейчас вел наблюдение за тем, что там происходило. Вернувшись к своим, он показал жестами, что внутри находятся двое. Держа оружие на изготовку, Юра с Константином начали что-то шепотом обсуждать. Замершие с другой стороны крыльца опера ждали от них указаний.

Внезапно все они услышали тяжелый звук шагов, приближающихся к двери. Ручка начала проворачиваться, и Игорь с Кириллом поспешно отступили за угол дома, чтобы не быть замеченными. Собровцев приоткрытая дверь, наоборот, прятала.

— Ты че творишь? На улицу выйди! — донесся из глубины помещения голос.

— Да я ща, быстро, — ответил голос у двери.

— Ты обурел? Выйди, дверь закрой, я че, зря здесь столько натапливал?

— Не душни, там холод собачий, в натуре.

— Щас здесь тоже будет. И на крыльцо не ссы, замерзнет в момент.

— Ты в кого такой нудный? — Дверь открылась полностью, и на крыльцо вышел мужчина в ватнике и рабочих штанах с расстегнутой ширинкой.

В ту секунду, как он повернулся, чтобы плотно закрыть дверь, и увидел прячущихся за ней собровцев, из-за угла выскочил Кирилл и ударил его рукояткой пистолета в затылок. Не успевший как следует удивиться, мужчина покачнулся, и Смирнов ударил его снова, так что тот упал. Уже тут как тут был Игорь, который стал давить задержанному коленом на позвоночник и заламывать ему руки.

Константин с Юрой не стали дожидаться конца борьбы и, как только опера напрыгнули на мужчину, ворвались внутрь времянки.

Это была маленькая комната, своим содержанием соответствующая назначению. Небольшая печь в углу, тумбочка с телевизором, старый холодильник, две простецкие кровати и стол.

За ним как раз и сидел второй похититель, которого группа захвата застала разливающим по стопкам водку. Появление незнакомцев вначале вызвало у него недоумение, но через долю секунды он пришел в себя и потянулся за лежащим рядом кухонным ножом. Но, кроме как обозначить это намерение, он ничего не успел.

Опережая порывы холодного ветра, в бытовку влетел Константин и отточенным ударом впечатал приклад своего автомата в челюсть мужчине. Для того все померкло, и он упал навзничь вместе со стулом, на котором сидел.

12.02.2022, 00:10

На лицо Сереги капала вода, он помотал головой, и она отозвалась лютой болью. Незнакомый мужик в белой балаклаве нависал над ним и поливал его лицо из бутылки.

— Очухался? — спросил он Серегу.

Тот что-то промычал, не желая разговаривать.

— Где баба? — спросил незнакомец.

— Ты хто? — просипел в ответ Серега, превозмогая боль в челюсти.

Что-то тяжелое ударило его в район печени, и он понял, что связан по рукам и ногам.

— Где баба? — повторил незнакомец.

— Че те надо? — Ситуация была непонятной, и нужно было тянуть время.

Теперь ударов было три, и каждый из них заставил его содрогаться от боли.

— Вопрос повторить или запомнил? — усмехнутся мужик.

— Пошел ты… — Сереге было чертовски больно, но он еще мог держать себя в руках. Во многом этому помогал страх перед тем, для кого они похищали женщин.

— Дай я с ним поговорю, — раздался второй голос. Первый мужик исчез, и на его месте возник другой.

— Бошку его подержи, чтоб он все видел. — Похоже, это второй попросил первого.

Кто-то схватил Серегу за волосы и оторвал его голову от пола. Он сразу же срисовал, что мужчин в бытовке четверо. Один держал его, второй — допрашивал, третий, в зимнем камуфляже, стоял на стреме у дверей, а последний, в гражданском, что-то искал в их вещах.

Второй приподнял лежащее на полу тело, в котором Серега сразу узнал своего брата. Димон был без сознания, связан по рукам и ногам, и даже его рот был заклеен скотчем.

Прислонив брата к стене, второй взял со стола кухонный нож и подошел к Димону. У Сереги появилось нехорошее предчувствие, но он продолжал держать лицо.

— Вы же братья, да? — спросил второй, поигрывая ножом. — Ты постарше, значит, Сергей, а он помладше, значит, Дима. Всегда вместе, в любом блудняке. Знаешь, я очень рассчитываю на вашу, так сказать, эмпатию.

С этими словами он размахнулся и вонзил нож в плечо Димона. Тот мгновенно пришел в себя и заорал бы от боли, но из-за скотча на лице вместо крика получилось мычание.

— Ах ты су… — Серега вышел из себя, но перчатка Первого не дала ему сказать все, что он думал и чувствовал.

— Где девушка? — спросил второй, пока в его ногах, на полу, дергался Димон с ножом в плече.

Серега пытался сбросить с глаз пелену ярости и подумать трезво. Этим четверым нужна была девушка, братья для них были только источником информации. Убивать их сразу они, похоже, не планировали, иначе не стали бы вязать Димона, а его самого пытали бы жестко с самого начала. Такая логика давала братьям шансы на выживание, по крайней мере до того, как эти четверо найдут свою бабу.

Он перестал дергаться, и перчатка, затыкающая рот, исчезла.

— В доме, — хрипло сказал Серега.

— Отлично, — улыбнулся второй. — Видишь, можем же, когда захотим!

Димон перестал дергаться и теперь только тихо выл, скорчившись в его ногах.

— А теперь, Сережа, скажи мне, где ваш папа?

Серега не знал, что на это ответить. Он прекрасно помнил, как они с братом прятали переломанное и изувеченное тело отца в каменный гроб в склепе.