Александр Воропаев – Новые люди. Том 2 (страница 68)

– Они совершили человеческое жертвоприношение. Это были дети…

Лицо полицмейстера содрогнулось. Король, не отрывая глаз от Анны, утвердительно кивнул головой.

– Суток пытался остановить их… Его на наших глазах убили…

– Дальше… Что это был за взрыв? – сказал Ренк.

– Это был Чарли. Наш мальчик. Я не могу это объяснить, – сказала Анна. – Я помню только начало… Адекватно воспринимать действительность я смогла не скоро. Потом мы бежали. С Францем. Оказались через какое-то время на другом берегу Эльде. Да, еще помню, что, кажется, царь этих варваров погиб…

Она помолчала, затем спросила сама:

– С нами была девочка – Хельга. Она перебралась обратно через реку еще до всех этих событий… Кажется, это было где-то в районе Капертаума.

– С ней все в порядке, – сказал король Дерик.

Анна облегченно выдохнула. На некоторое время установилась тишина. Анна не знала, что еще сказать, и ждала, что последуют следующие вопросы.

– Значит, – сказал шеф полиции, – из вашего рапорта следует, что миссия этого чародея не удалась, он сам и Чарли погибли. Вам самой удалось спастись случайно? Союза с этим народом не будет?

Анна кивнула головой.

– Сударыня… офицер, – произнес король. – А вы не поясните, что это… я узнаю цепь лорда Максимилиана Несельграде.

– Да, ваше величество. Получилось так, что я попала в его владения и не по своей воле стала его супругой. Брак был очень коротким. На следующий день он погиб в стычке с соседом.

– Узнаю графа, – улыбнулся Дерик. Он не был раздосадован потерей одного из своих вассалов.

Полицмейстер что-то невнятно хрюкнул.

– Подождите… – вдруг встрепенулся король. – Это я не сразу понял… Так мы видим перед собой легендарную графиню Несельграде!

Король встал, за ним был вынужден подняться и лорд Векский.

– Сударыня, как я рад с вами познакомиться, – сказал Дерик, протягивая руку. – Ваши отважные действия спасли Восточную Исвению от разграбления.

Анна подала королю руку. Похоже, что взбучка теперь ей не грозила. Ее шеф, лорд Векский, лучился гордостью за своего офицера.

– Вы даже не знаете, как много вы сделали, графиня. – Король вдруг наклонился и поцеловал ее не очень чистую руку. – Вы буквально спасли от единорогов твердыню Лехорд. Да, вы там теперь народная героиня! Сонетры не могли накормить свои войска, взявшие город в осаду. Голодали не его защитники, а осаждающие. Неслыханно! А сколько единорогов погибло, отправившись на поиски пропитания! Я этого не забуду. Я слышал, что под вашей рукой сейчас две малых марки. Поверьте, моя благодарность распространится гораздо шире… Я не привык быть в долгу.

– В этом не только моя заслуга, ваше величество, – поклонилась Анна. – По крайней мере, я знаю, что к западу от Лехордского тракта свою личную войну вели оруженосцы вашего сына – Утес и Риард Хонг.

Лицо короля застыло каменной маской.

– Они позволили своему сеньору оказаться в руках Стевариуса Сонетра, – произнес он. – Они с вами, в городе?

– Они не знали, что он остался жив, – сказала Анна. – Они даже не знали, что пал Капертаум…

Она не сразу поняла, что этим она напоминала королю о предательстве его собственного оруженосца и друга сэра Трентона.

– Дорогой Дерик. Ваше величество, – поторопился вмешаться Отто Ренк, – я думаю, что должен взять графиню на совещание в магистрат. Это будет очень полезно, пока они решают, что делать с ультиматумом Сонетров, перед их глазами предстанет настоящий герой. Героиня. Пусть же устыдятся… Очень важно, что она из новых, понимаешь?

– Когда же бургомистр поставит меня в известность, разрывает ли Пархим свои вассальные клятвы перед Фюргартами или же склоняется перед мечом Стевариуса? – спросил официальным голосом король.

– Немедленно после заседания магистрата… Но уверяю тебя, я сделаю все, чтобы этого предательства не произошло. Я не допущу этого, брат!

В глубине зала открылась дверь. В помещение вошел рыцарь и твердым шагом устремился к беседующим. Анне он был как будто бы знаком. Пшеничные усы и светлая короткая борода. С его плеч свисал короткий оранжевый плащ, а на груди висел золотой лев, поднимающий меч. Девушка вспомнила, что это старший сын Дерика – эрл Эльгер.

– Все готово, отец, – сказал он.

Затем эрл покосился на стоящую рядом Анну, и между его бровей появилась вертикальная складка.

– Есть какие-нибудь известия о Селите? – Голос его дрогнул.

Король молча покачал головой.

– Прошу тебя, Дерик, дождись заседания магистрата, – сказал полицмейстер. – Уверяю тебя, вам не придется сражаться с Сонетрами в одиночку. Я никогда этого не допущу, но сейчас… лучше не перепрыгивать через головы городского совета. Еще не время…

С Фриц-Ройтерштрассе они отправились не на Шумаркт, дом один, в Ратхаус, как ожидала Анна, а в здание окружного суда. Заседание городского магистрата по какой-то причине происходило под сенью владений госпожи Эмилии Леманн.

Это была та же большая комната на втором этаже, в которой случилась первая официальная встреча с Фюргартами. По воле шефа Анна присутствовала тогда на ней в качестве его секретаря. Как же много всего произошло с той поры…

Кроме госпожи судьи все «отцы города» уже были здесь.

Отто Ренк пожал руку бургомистру, затем, понизив голос, о чем-то поговорил с председателем городского совета Франко Шмидтом. Положив руку на плечо улыбчивого старичка, он даже отвел его для этого в сторону от большого стола.

Анна прошла к окну и поискала глазами башенки Капертаума. В этот раз она чувствовала себя совершенно свободно. Хотя она была в дорожной одежде, в доспехах, с мечом Биорков на одном бедре и с кобурой пистолета на другом. И конечно, люди бросали на нее взгляды. Она и сама сознавала, что выглядела для горожан экстравагантно даже сейчас, когда они ко всему привыкли. Ведь, помимо прочего, поверх бронежилета на ее груди висела внушительная золотая цепь.

Но ей не нужно было больше прижимать к груди блокнот, чтобы скрыть свою неуверенность перед большими людьми. Она была теперь опытный воин, и в ее власти были обширные земли и многие сотни людей. Она и сама бывала судьей…

Ей вспомнилось, как однажды, раздраконив провиантский отряд Неисторов, она в погоне за убегающими от возмездия врагами ворвалась в одну деревеньку… Смешное название… Да, она называлась – Малый Кукиш.

Неисторы не сумели укрыться. С помощью деревенских их скоро переловили и притащили к ней. Тех, кого не прибили на месте.

Это было на кузне. Анна сидела на какой-то копне соломы, а к ней привели четырех вражеских солдат. Собрались крестьяне. Жалкое зрелище – что за вонючее рванье! Потом она узнала, что, надевая лохмотья, они пытались скрыть от оккупантов даже намек на свое благополучие. Чтобы избежать разграбления. Но это не сработало. Деревню утром обчистил именно этот отряд.

Крестьяне пялились на графиню как на какое-то божество и ждали ее суда. А Анну мучила жажда, и еще у нее были «эти дни». Ей хотелось, чтобы все поскорее кончилось. Она тяжело смотрела на Неисторов.

Их поставили перед ней на колени. Один был совсем мальчик. Симпатичный мальчик. Он был испуган, но что-то еще было в его глазах, какое-то выражение, показывающее его смышленость.

В воздухе остро пахло мочой. Кто-то из пленников от страха намочил штаны.

– Кто-нибудь укажет на убийцу или насильника? – спросила Анна.

Вперед сразу выступил кузнец – тощий, все время покашливающий человечек с кривой спиной. Постоянная возня с сурьмой и свинцом делала свое дело. Он протянул палец в сторону мальчишки.

– В чем обвиняешь?

Анне принесли глиняную кружку с молоком. Она с облегчением к ней припала сухими губами.

– Испортил мою дочь. Ее держали за руки и подозвали его. Он на моей донечке учился елозить…

– Она жива?

Кузнец кивнул головой.

Анна знала, как здесь судили такие случаи. Ей было противно, но… пусть уже все кончится.

– Возьми его. Если твоя дочка пойдет за него – пусть… Его счастье. Если откажется – делай с ним, что хочешь. Еще есть кровники? Староста, этих забери в холопы. Попробуют бежать – посадишь на кол.

Пленники поползли целовать ей ноги. Это было в их глазах небывалым милосердием.

Что бы сейчас сказали эти чистенькие господа, если бы увидели ее суд… Анне не хотелось поворачиваться от окна.

Вошла госпожа судья, быстро со всеми поздоровалась и заняла место во главе стола. Остальные участники совещания тоже стали усаживаться.

Шеф показал Анне место рядом с собой, и, заняв его, она оказалась напротив бургомистра Финна Бремера. У него тоже на груди висела цепь, символизирующая его власть над городом. Анна отметила, что он не преминул ее надеть. Теперь это опять был не просто архаичный символ.

– Вы привели своего офицера, господин директор? – быстро спросила судья. – Это так уж необходимо? Вы понимаете, какой важности вопросы мы будем сейчас решать?

Все посмотрели на Ренка и его спутницу. Анна только усмехнулась.

– Да, перед нами стоит серьезный вопрос, – сказал шеф полиции. – Ультиматум. Нам грозят войной. Именно поэтому я привел на это совещание бригадира Нойманн…

– Нойманн… – перебила его Эмилия Леманн, – припоминаю. Ко мне приходила сестра этого мальчика… Чарли. Неоднократно. Это вы тогда осмелились увести детей в лес? Кто вас на это санкционировал?

У Анны похолодело в душе, вот она – справедливая плата за ее авантюризм…