Александр Воропаев – Новые люди. Том 1 (страница 51)

– Прекрасная принцесса из настоящего замка, – сказала Анна, сестра при этих словах зарумянилась, – благородные рыцари, мудрый правитель, чародеи, злобные орки в мрачном лесу, гномы в горах, заклятия и королевская дорога. Мечи, латы, турниры… неужели это все теперь наша реальность? Как странно для нас оказаться внутри этой сказки. Не знаю, доброй ли будет она для меня и Пархима…

– А скажите, вы носите оружие? – спросила девочка.

– Мое оружие всегда при мне. – Девушка тряхнула темно-каштановыми волосами, потянулась к сумочке на бедре и явила на свет уже знакомый Барриону предмет – пистолет.

– Это то, о чем мне рассказывали? – спросил Эльгер и протянул руку над столом.

Анна держала оружие в руке ладонью кверху, задумчиво рассматривая рыцаря. В его жесте чувствовалась уверенность в том, что он не встретит отказа. Девушка протянула другую руку к пистолету, раздался щелчок, и у нее в ладони остался брусок. Баррион отметил, что она сразу убрала его в один из кармашков на броне. Опять вернула руку и дернула верхнюю часть пистолета – рыцарь следил за всеми ее действиями. После этого Анна с вежливой улыбкой протянула пистолет Эльгеру.

– Как работает это оружие? – спросил эрл, взвешивая пистолет в руке, и прищурился на девушку.

Он, несомненно, понял, что ее манипуляции с оружием устранили его главное опасное качество.

– Пистолет – это огнестрельное оружие, – ответил ему один из полицейских вместо девушки. – Хотя стреляет он не огнем, а пулями – кусочками металла. Маленькая метательная машина. Можно сказать, это что-то вроде вашего арбалета. Не нужно долго учиться, чтобы стать приличным стрелком. Только пуля летит намного дальше любой стрелы.

Опять Баррион отметил ту свободу, с которой пархимец отвечал эрлу.

Возле отца возник паж с инкрустированной шкатулкой в руках. Он почтительно поставил ее на стол возле ярла. Лорд бросил взгляд вверх.

– Милорды! Рыцари! Слушайте все!

На малую галерею вышел герольд. Его одежды были в оранжевых и красных цветах Фюргартов. Голос густой и звучный, хотя голова под высокой шапкой старчески тряслась. Прозвучал пронзительный в закрытом помещении звук горна, после которого в зале установилась тишина.

– Слушайте слово вашего властелина, благородного лендлорда Фюргарта! Да продлятся его годы!

Со своего места поднялся ярл Дерик и, преодолевая скованность раненых членов, прошел к алькову в стене, двумя каменными ступенями приподнятому над залом. Здесь стоял каменный стул, трон королей Элендорта.

Искусная резьба ножек, поручней и высокой спинки, письмена на неизвестном языке – все свидетельствовало о том, что его создавали не человеческие руки. Под ножки были подложены чашки красной меди, чтобы кресло могло служить расе людей, а не полуросликов. Два рыцаря в эмалевых, цвета пламени, доспехах стояли в полном боевом облачении по сторонам от древнего трофея. За троном на оранжевом полотнище во всю стену красный лев сжимал в лапах меч.

Ярл остановился перед креслом и повернулся к залу лицом. Все уже стояли. Рыцари и простолюдины ждали его слова. Встали и гости, с любопытством ожидая дальнейшего.

Лорд Капертаума обвел всех глазами. В руках у него лежала продолговатая шкатулка, которую принес паж.

– Сбылось древнее пророчество: большой мир вновь соединился в целое. Но в этот миг наш древний враг сумел найти лазейку и проник на нашу землю. Не в далеких Драконьих горах – прямо здесь, возле нашего сердца. Татью вошел он в спящий город. – Ярл сделал паузу, а затем возвысил голос. – Во имя героического отпора уруктаям на Эльде и посрамления врага. Да останется оно в людской памяти. Для защиты твердыни Капертаума и Пархима, – произнес Дерик. – Ныне учреждаем мы новый рыцарский орден. Орден Северного Берега. И первым рыцарем его и верховным магистром я провозглашаю нашего гостя, благородного мужа, полицмейстера Пархима – Отто Ренка! В благодарность за верность долгу! За личную храбрость! Мы передаем во владение магистра урочище Векс озера, его твердыню и все окружающие его земли и деревни от Эльды до владений лорда Кансы. В полное владение нового лорда – Отто Векского, его детям, внукам и пока не пройдет род его.

Оглушительно затрубил горн. Шеф полиции, повинуясь жесту Дерика, шагнул к трону. Лицо его прыгало от волнения. Он не знал, куда деть руки, и нервно теребил пальцами край форменной куртки.

Баррион бросил взгляд на гостей. Их лица выражали почти детский интерес. Темноволосая девушка поймала его взгляд и пожала плечами. В ее полуулыбке ему чудился скепсис.

– Преклоните колена, лорд! – потребовал ярл.

Паж нагнулся и положил перед каменными ступенями оранжевую подушечку. Полицмейстер сделал движение головой, но не решился оглянуться на своих подчиненных. Это выглядело бы как проявление слабости. Он непроизвольно поддернул брюки на коленях и грузно опустился на бархат. Еще один паж приблизился к своему повелителю с мечом в простых кожаных ножнах.

Ярл вытянул меч и приподнял его, чтобы все могли увидеть сверкающий клинок.

– Мечом короля Якова я посвящаю тебя, Отто Ренк, в рыцари ордена Северного Берега. – Дерик торжественно положил меч на плечо полицмейстера. Толстяк вздрогнул. – И объявляю тебя верховным магистром. – Ярл положил меч на другое плечо.

Троекратно протрубил горн.

– Встань, сэр рыцарь, – велел ярл.

Он вернул меч в затертые ножны и протянул его пажу, затем от другого пажа Дерик принял шкатулку и достал толстую золотую цепь. Эмалированные бляхи, золотые львы и оранжевые янтарные капли свисали гроздями с крученой цепи. Почти минуту ярл торжественно держал ее в своих руках. Отто Ренк ждал.

Наконец ярл обеими руками торжественно надел цепь через склоненную голову полицмейстера.

– Слава и честь магистру Ренку! Лорду Векскому слава! – провозгласил ярл Дерик.

– Слава! Слава! Слава! – затрубили трубы, и закричали все.

Пархим закончился, и дорога здесь уходила влево – к разрушенному мосту возле пансионата на Бренен. Баррион ударил коленями коня в бока и заставил его спуститься вниз на распаханное поле. Спутники последовали за ним.

Их было семеро, всадников, отправившихся на запад в Первый Уступ.

Баррион в дорожном костюме. Из доспехов только полукираса и наплечники. За спиной короткий оранжевый плащ.

Мрачный рыцарь Утес на своем черном мохнатом коне. Оруженосец Барриона.

Слуга Утеса Тевон – толстый малый с вечно испуганным лицом на пегом муле.

Однодворец Уго Стерн – свободный всадник, продавший ярлу свой меч на один год. К слову сказать, это был самый длинный меч, который довелось видеть Барриону. Обладатель вез его за спиной, и эфес поднимался крестом над головой рыцаря.

Двое слуг Барриона: чернявый Мусс на невысокой пузатой лошадке и Текс – полная ему противоположность. Жидкие светлые волосенки, выпуклые бледно-голубые глаза и задумчивая полуулыбка.

Сзади за тюками, притороченными к седлу, в неприметной дерюжке у него покоилась лютня. Этот парень плохо годился в слуги знатному сквайру, был наивен, ненаходчив и доверчив, за что часто получал пинки от Мусса. Его главным достоинством было удивительное владение бережно оберегаемой лютней. Текс не просто пел чужие сказания, он сам был творец. За это Баррион закрывал глаза на его промахи в службе.

Седьмым был мальчишка Хонг. Паж Эльгера, который давно уже перерос свою детскую должность. Он ехал позади всех на каурой изящной лошадке. Молодая и игривая, она делала попытки догнать остальных лошадей, но юноша тут же осаживал ее.

Баррион взглянул на Риарда Хонга только один раз, когда они выезжали из Капертаума. Он отметил, что юноша правильно одет и к лошади приторочена переметная сумка – значит, он подошел к путешествию ответственно. Более близкое знакомство решил перенести. Нужно было передать дела в Пархиме Эльгеру, а Баррион не вполне понимал, что это значит. Представлять брата бургомистру – значит поставить под сомнение в глазах жителей Пархима статус эрла. Властителю или его наследнику не требуется посредник для разговора с вассалами. Герольд обставит это лучше.

Было еще одно важное обстоятельство, и мысли Барриона постоянно возвращались к нему. Утром, перед отъездом из Капертаума, Мусс был послан за почтовыми птицами к мейстеру Духару и принес от него скрученную ленту. На послании стояла печать Альды. Баррион не стал сразу открывать его…

Это было неразумно и совсем не похоже на него, но какое-то странное предчувствие заставило отложить прочтение письма на потом.

В Пархиме Баррион сопроводил брата до лагеря на Мольтке-платц. Затем они вместе с полковником Эррумом проинспектировали форт на плотине.

Из города путешественники выехали только в полдень.

Это беспокоило Бариона. Если трактир кривого Серко все еще находился на своем привычном месте, путники могли добраться туда только за полночь. Оставалось надеяться, что дорога удлинилась только на две лиги, которые добавил Пархим. Все равно им еще предстояло, не мешкая, найти второй конец разорванной новыми землями королевской дороги, иначе ночевать действительно пришлось бы вблизи курганов Истода.

Возделанные поля со всех сторон окружали Пархим, и было легко увидеть границы новых земель. Старый привычный лес стоял вокруг них непоколебимой стеной.

Всадники разъехались по свежей пахоте веером в сторону этой границы. Чернявый Мусс первым нашел среди деревьев нужный просвет, который выведет путников на королевский тракт. Проворный слуга замахал руками, приподнявшись в седле, и над влажным полем пролетел его залихватский свист.