Александр Воропаев – Новые люди. Том 1 (страница 46)

Ассандр почувствовал облегчение, когда Воон со спутниками покинули корабль. Хотя на борту остался черный слуга чародея. Лицо южанина выражало досаду.

Ялик очень быстро пошел в сторону песчаного берега, рассекая волны с белыми барашками. Големы, закутанные в сутаны, были на веслах, и гребли они очень мощно и дружно. Действительно, в их движениях чувствовалась большая сила.

Команда разбрелась, но слуга чародея долго бродил по левому борту, даже когда шлюпка уже замерла на далеком берегу.

Смеркалось, набежали низкие облака, и нельзя было отличить небо от моря и море от берега. Одинокая фигура слуги маячила на верхней палубе. Ассандр решил, что нужно поговорить с ним.

– Как тебя зовут, приятель? – спросил дружелюбно Биорк. – Мы идем вместе уже пять дней, а я до сих пор не знаю даже ваших имен.

Слуга повернул к нему темное лицо, но ничего не сказал.

– Не знаешь, на какой срок мейстер отбыл на остров? – продолжил Биорк. – Может, нам стоит тоже снарядить шлюпку и пополнить запасы воды.

Черный витязь только пожал круглыми плечами и опустил голову.

– Тебя, наверное, оставили, чтобы мы не ушли, бросив верховного чародея с его истуканами на берегу? – спросил Биорк.

– Наемникам нет веры, – негромко сказал слуга. – Вы все делаете только ради денег. Больше у вас нет никаких помыслов.

– Здесь ты ошибаешься, – помолчав, ответил Ассандр. Первый раз кто-то назвал его наемником, и это было неприятно. – Море – наше призвание и жизнь. Я хочу хорошо делать свою работу, и это должно оплачиваться. У этих моряков есть семьи, которые они кормят. А ты, не глядя, это перевернул – словно мы на все готовы ради денег. Это вовсе не так. Ты знаешь, что такое ходить по морю? Как легко оно забирает жизни? Здесь о монетах не думаешь, но когда идешь к земле… Знаешь, сколько стоит парусина? А плата за швартовку? Пресная вода, припасы?

Биорк дотронулся до его плеча и повернулся, чтобы уйти.

– Оки, – сказал темнолицый. – На Ригате меня называли Оки.

– Это же значит хрусталь? Доброе прозвище для любого человека. Хорошо, Оки, если ты хочешь оставаться здесь, тебе принесут ужин.

Ассандр выходил на палубу еще ночью. Караульный на марсе подал знак, что все спокойно. Мачты и нос корабля тонули в тумане, подсвеченные только одним дежурным фонарем. Было очень тихо, лишь привычно поскрипывали канаты. Фигура чародея все так же маячила у борта.

– Почему ты не идешь в каюту? Они не пойдут ночью по бухте. В таком тумане легко налететь на камень, – подошел к нему Ассандр.

Оки взглянул из-под капюшона, сверкнув белками глаз.

– Я не могу быть один в каюте. Один на один с этим камнем. Он путает мои мысли и забирает силы.

– Что за камень?

– В ларце. Великий камень Неиз. Вы, конечно, не знаете. Он принадлежал еще первому миру, и в нем заключена сила, на которой держится само существование вещей.

– Это, наверное, опасная штука? – подумав, спросил Биорк.

– Только мейстер может противостоять ему. Нужно быть великим волшебником, чтобы уметь использовать силы этого древнего камня. Даже отвечать ему опасно для неподготовленного. Он может завладеть волей человека.

– Вот что вы везете с собой… Не могу сказать, что твои слова сделали меня счастливее, – нахмурился Биорк. – Теперь, пожалуй, я тоже буду с нетерпением ждать возвращения Воона и еще больше – того времени, когда вы покинете «Утреннюю звезду». Но тебе нужно поспать, иначе ты будешь так слаб, что к утру попадешь даже под власть шепота волн.

Биорк открыл ему подшкиперскую коморку, где хранились паруса, требующие ремонта.

– Если ты не хочешь покидать палубу, ты можешь переночевать здесь. Когда я был юнгой, я часто спал между вахтами на старых парусах. Груз в трюме бывает разный, и спать в моряцком гамаке – это особое искусство, а здесь свежо и удобно, как в хорошей таверне.

Капитан смотрел, как могучий Оки с облегчением растянулся на джутовых полотнищах.

– Ты не можешь сказать, зачем мейстер отправился со всей компанией на остров? К какой еще напасти нам готовиться? – спросил Ассандр перед уходом, не очень надеясь получить ответ.

– Остров Денешь известен среди чародеев тем, что раньше на нем жил колдун Касип… – сказал Оки и остановился многозначительно.

– И что это может означать? Я совсем не в курсе ваших магических историй. Я даже никогда не слышал этого имени.

– Касип был извергнут из жизни магов. Его обвиняли в том, что он вступил в близкие отношения с народом урукт-аим. Может быть, верховный ищет какие-то оставшиеся от него артефакты.

Биорк предупредил помощника и боцмана, чтобы никто из корабельной команды не приближался к каюте, в которой поселился Воон.

Боцман Рефаг уверил его, что после саморазоблачения глиняного истукана никто из моряков и не сунется в каюты на корме.

– Должен сказать, капитан, – сказал, помявшись, боцман, – что ребята недовольны. Не подумайте ничего плохого, команда предана вам всей душой. И мы все понимаем, что это совсем особый случай. Но они боятся. Мы зашли уже так далеко на восток. Это – Хвост Дракона. Край ойкумены. Здесь кончается мир Восточного Предела, а мы все еще не знаем, куда идем. И чародеи везут что-то темное… Моряки говорят о странных звуках, что гуляют по шпангоутам, о снах… Мне стыдно, капитан, докладывать про сны, но никто не может нормально спать эту последнюю луну после Ригата.

Биорк внимательно слушал, поглядывая на помощника Ри, тот непривычно отмалчивался, наклонив голову, и смотрел в пол, явно поддерживая слова боцмана. Ассандр и сам спал этой ночью, словно ныряя и выныривая из черной ямы. Простыни, когда он проснулся, перепутались и переплелись вокруг его ног, словно змеи. Ему снилось нечто дурное. Вспоминать прошедший сон было как ловить теплыми ладошками первые снежинки. От кошмара в сознании осталось только встревоженное лицо Альды и щемящее чувство, что он направляется не туда и может не успеть вернуться.

– Поговорите с командой, – сказал капитан. – С каждым по отдельности. Этот рейс очень важен для меня. Это дело чести. Благодаря этому контракту в былой славе смог возродиться Биорк-Долл. Совсем по-другому теперь развевается над ним флаг с атакующим вороном. Я сам объявлю сегодня, что после этого рейса вознаграждение для каждого будет таким щедрым, что он сможет до конца своих дней не покидать родного дома и больше никогда не выходить в море. Пусть даже мне придется набирать всю команду заново.

Помощник и боцман молчали. Они примеряли на себя эту возможную новую жизнь на берегу.

Туман, смешиваясь с выбросами серы, провисел в бухте до середины дня. Когда его клочьями унесло поднявшимся южным ветром, на волнах далеким пятном появился ялик. Он быстро увеличивался в размерах. Стали видны энергично входящие в воду весла, спустя одну склянку можно было различить, что силуэтов в лодке стало на один больше.

На борт по опущенному трапу первым поднялся мейстер Воон. Едва перевалившись короткими ножками на палубу, он, часто стуча посохом по доскам, бегом направился в сторону кормы. Лицо его было белым, как рыбье брюхо, и губы над бородой подрагивали, будто его терзала лихорадка. Черный Оки встревоженно устремился за ним, бросив на Ассандра непонятный взгляд.

Истуканы, по-прежнему закутанные в сутаны, безучастно сидели на гребной скамье. Весла были опущены в воду. Видимо, в спешке чародей забыл дать им новую команду. Капитан рассматривал фигуру нового человека на носу шлюпки. Молодой чародей помог тому подняться и пройти к трапу. По тощей руке, которой он вцепился в веревочный рейл, и сгорбленной спине в новом пассажире угадывался глубокий старик.

Парнишка поднялся на палубу. Он повернулся, чтобы помочь старику, но Биорк отодвинул молодого чародея плечом в сторону и сам помог тому подняться на борт. Рука старца оказалась сухой, как ветвь, но неожиданно крепкой. Он цепко сжал костлявыми пальцами запястье капитана и близко взглянул Ассандру в самые глаза. Крючковатый нос хищно выступал над сухим лицом.

Юного чародея между тем незаметно оттерли к камбузу и там настойчиво придержали крепкие руки двух моряков. Он ошарашенно завертел головой и попытался освободить прижатую к телу руку с посохом, но этого ему не позволили.

– Не спеши, приятель. Нужно ведь обсудить праздничное меню. У нас же гость. – В дверях камбуза появился дородный кок, стараясь улыбаться как можно добродушнее, и положил тяжелую руку на щуплое плечо.

План был незамысловат: Биорк с командой решился на эту авантюру после того, как увидел, что без капюшона чародей выглядит как обычный деревенский паренек. Нужно было хоть что-то узнать о намерениях Воона. Они же не собирались причинять мальчишке никакого ущерба. Ну поговорят по-дружески и отпустят. Что, он сразу побежит жаловаться мейстеру? И что он скажет? Что его обнял кок?

Новый пассажир тем временем шел по палубе, внимательно ко всему присматриваясь и откровенно разглядывая каждого моряка. В ответ они не спускали глаз со старика. В какой-то момент тот неуловимым движением извлек из складок хитона корявый посох. Ассандр надеялся, что парнишка на камбузе не поднимет шума раньше времени.

Чародей остановился перед входом в каюту мейстера и повернулся лицом к интуитивно насторожившейся команде.

– Ну что, суслики, подозреваю, что вы слишком мало знаете, чтобы бояться меня всерьез. Вы так легкомысленно пустили меня на корабль. Сам капитан протянул мне руку. Это будет вам уроком.