Александр Владыкин – Возвращение Повелителя. Книга I (страница 22)

Распрощались мы с гнездом Ди на следующий день. Больше особо говорить было и не о чем. Меня признали. У меня появились первые в Мезинаре, пусть и пока условные, союзники. Уже хорошо.

Объяснил барону Виргу, что некроманты приходят в Мезинару из третьего мира. Он с ними однажды уже сталкивался, и тогда его гнездо потеряло трех человек, но отбиться смогло. Рассказал, как с ними лучше всего бороться. Предупредил, что пытаться добраться до некроманта, пока он закрыт некрощитом, смертельно опасно. Это через водный, воздушный или огненный щит просто пройти нельзя, ну, ожог еще можно получить, если через огненный сунуться, а вот любое прикосновение к некрощиту приводит к смерти. Оставил в подарок родственникам Ди два артефакта защиты от стрел тления, которые некроманты так любят использовать. Сделал их тут же прямо при них.

Меч я забрал с собой. Барон, правда, как мне показалось, предпочел бы оставить его у себя. Ждет еще, видимо, что явится настоящий возродившийся Великий Повелитель, а не его потомок, за которого он меня принимает. Но от того, чтобы высказать свои возражения вслух, воздержался. Только проводил меч взглядом.

В общем, тронулись мы с Ди и Михаилом в обратный путь. Хотелось бы мне, конечно, до моего императорского замка добраться, но уже не в этот раз. Никуда он от меня теперь не денется, а оставлять Федора и Сергея слишком надолго одних в замке, который должен стать нашей базой, опасно.

Да и капитан Давлеев, наверное, уже нервничать в Нижнеуральске начал. Хоть он и знает, что я в Мезинаре собирался задержаться, но все равно переживает, думаю. А то не вернусь я, как же он тогда генералом станет? Только сомневаюсь я, что этот чин ему светит. Не говорил я, разумеется, этого пока капитану, но у меня на него другие планы. Он у меня со временем мезинарским герцогом станет, а это куда круче, чем быть каким-то одним из сотни, а то и больше генералов Российской империи.

Надо сказать, что назад я, как выяснилось, торопился не зря. Зная нравы Мезинары, я не сомневался, что вскоре кто-нибудь из соседей новоиспеченного барона Федра попробует его на зуб. Только я все-таки не рассчитывал, что это так быстро произойдет.

— Кто это? — спросил я у Ди, которая, когда обследовала соседние владения, видела их хозяев, указывая на стоявших напротив ворот замка Федора двух мужчин.

Оба в легких кольчугах. Один держит воздушный щит, второй посылает в сторону ворот один за другим огнешары. Все они разбиваются о защитное поле замка, которое обеспечивают сделанные мною артефакты. За этими двумя магами без всякого строя топчется с сотню дружинников.

— Это граф и один из баронов, — отвечает мне Ди.

Ага, граф — это который посильнее в магии, огневик. Ну, не очень-то многое он может. Так он будет пытаться пробить ворота до бесконечности. Все равно ничего не выйдет. А Федор — молодец! Стрельбу по нападающим не открывает. Помнит, что я ему сказал без крайней необходимости земное огнестрельное оружие не демонстрировать. Не надо пока всем знать, что мы иномирцы.

И как же вовремя мы вернулись! И как же удачно граф, да еще и вместе с бароном решили на Федора напасть! Я как раз думал, как бы нам наши владения расширить. А тут такой шикарный повод сразу и графство, и баронство под свою руку подвести.

Глава 15

Граф — графиня

— Михаил, Ди, — отдал я приказ, закрывая нашу небольшую группу щитом. — Из-за щита не выходим. Михаил, приготовься открыть огонь по дружинникам этих болванов, но жди моего приказа. Может быть, и не понадобится. Ди, ты пока не нужна. Просто стой пока рядом. Все поняли?

Оба кивнули. Ди заняла свое место чуть левее у меня за спиной, а Михаил занял позицию для стрельбы из положения лежа.

Что ж. Приступим. Для разминки послал в сторону графа и барона пару воздушных лезвий. Слабеньких, только чтобы привлечь к себе их внимание. Оба моих заклинания ожидаемо разбились о защиту их личных амулетов. Ну, так и маги оба, и благородные, в смысле — не нищие, могут себе неплохие амулеты позволить.

Граф и барон тут же обернулись ко мне. Барон сразу развернул щит в мою сторону, а граф отправил в меня огненную стрелу и сразу вслед за ней такой же шар, но уже в Ди. Похоже, что догадался, кто она. Я ответил сначала ледяным копьем, вслед за ним огнешаром, а в завершение запустил воздушный вихрь, который начал вращаться, набирая скорость, вокруг графа с бароном по кругу чем заставил их судорожно вертеться на месте — теперь уже они оба ставили щиты, не понимая, спереди или сзади им угрожает большая опасность. Думал, еще пару каменных кольев из земли вызвать, но предпочел создать небольшое болото под ногами у их дружинников. Пусть побарахтаются, а то разбегутся — гоняйся потом по лесу за ними. Понятно, что Ди всех догонит, но зачем это нужно?

Какую я ставил цель, демонстрируя, что владею всеми стихиями? Именно эту цель и преследовал — наглядно показать этим двум недоумкам, что перед ними маг-универсал и что им лучше бы сдаться и мирно обсудить, какую часть своих владений, а может быть и все целиком, они передадут мне в качестве выкупа за свои никчемные жизни.

Конечно, можно было бы их просто убить и занять их феоды на правах победителя, но тут была одна загвоздка. Возможные родственники обоих. Набегут на наследство, и придется еще и с ними разбираться. Если же оба останутся живы и уступят мне свои феоды или их значительную часть добровольно с составлением соответствующего договора, то таких проблем не возникнет.

Наверное, так все и закончилось бы — попасть в плен, а потом выкупиться из него за золото или земли для мезинарских аристократов, не скажу, что дело привычное, но вполне понятное и приемлемое. Знавал я в своей прежней жизни одного крайне воинственного, но как полководец бесталанного герцога, который любил по любому поводу нападать на своих соседей. Чаще всего он в итоге оказывался побежденным и расплачивался за свою свободу частью своего герцогства. В результате, когда он попал в плен ко мне, то владел только одним маленьким баронством, так что с него уже и взять почти нечего было.

К сожалению, полностью претворить мой план в жизнь не удалось. Барон оказался и смелым, и сообразительным. Вместо того чтобы поднять лапки кверху, он свернул свой щит, выхватил меч и во главе полутора десятков, оказавшихся на краю созданного мною болота и уже выбравшихся из него, дружинников побежал к воротам замка.

Почему я говорю, что сообразительный? Так понял барон, что со мной им с графом не тягаться и что единственный их шанс от меня отбиться — это проникнуть в замок и прикрыться от меня его защитным полем, надежность которого они уже успели оценить.

Надо сказать, что поле это предохраняет только от магического воздействия. Человек, эльф, оборотень или вампир — в общем, любой живой может (нежить не сможет) сквозь него пройти. Видимо, барон подумал, что, раз из замка никто пока не стрелял, то там или совсем нет защитников, или их очень мало, и он сейчас перелезет через стену, захватит замок, откроет ворота для графа и остальных дружинников, которые к этому времени вылезут из болотного плена, и там они отсидятся.

Очень даже неплохая идея. Если о пулеметах не знать. Барон и не знал. Именно так — в прошедшем времени «не знал», потому что теперь и не узнает. Пробежал он во главе своего грязного отряда только метров двадцать, а потом то ли Федор, то ли Сергей не выдержал и одной короткой и второй подлиннее очередями из ручного пулемета почти всю эту группу самоубийц и положил. Падать на землю при первом же звуке выстрела в Мезинаре непривычны, так что пули все участники забега к воротам ловили грудью. В живых остались семеро, которые, сломя голову, помчались обратно. Но уже без своего барона. Ему досталась та самая первая короткая очередь, которая отбросила его назад, словно куклу.

Я поморщился — не люблю, когда какие-то неожиданные события нарушают мои планы, но тут же о своей досаде забыл. Теперь чудил уже граф. Вместо того чтобы благоразумно сдаться или вступить со мной в открытый бой и достойно погибнуть, он с каким-то странным криком (странным из-за высоковатого тембра голоса) кинулся к лежавшему на спине барону, чуть не бросился ему на грудь, и… я услышал рыдания.

Однако. В Мезинаре этих пакостей, погубивших Европу, отродясь не было. Чтобы мужчина с мужчиной? А как еще объяснить, столь эмоциональную реакцию на гибель барона? Тут так не принято переживать из-за смерти друзей. Да еще и в бою, пасть в котором почетно. Не припомню, чтобы я хоть слезинку проронил, когда погибали мои самые верные соратники. Даже жестокая казнь темными эльфами моей любовницы «Дикой графини» вызвала у меня только желание отомстить. А тут? Неужели здесь все настолько изменилось? И не в лучшую сторону?

— Притащить его сюда? — имея в виду графа, спросила Ди, тоже смотревшая на разыгрывавшуюся на наших глазах сцену горя с недоумением.

— Не надо, — ответил я. — Сам подойду. Михаил, загони выбравшихся из болота обратно. Пусть пока там посидят.

Михаил взял автомат на изготовку и направился к дружинникам, короткими очередями под ноги, заставляя тех, кто смог вылезти на сушу, вернуться обратно в жидкую и вязкую грязь. Мы же с Ди пошли к продолжавшему рыдать графу.