Александр Владыкин – Путь к власти (страница 68)

Значит, до Кортии его руки еще не скоро дойдут, поняла тогда Мелисса. А откладывать император тоже не хочет. Да и опасается, что древний маг его может опередить и соблазнить императора Ортиса чем-нибудь, как это ему удалось с Фаэроном. Она со своим предложением вовремя выступила. Поэтому он, видимо, и не разгневался на то, что она нарушила его приказ отправляться в Саэкс, поэтому и согласился усилить ее.

Да. У нее появился великолепный шанс стать самой нужной ему помощницей. И самой верной теперь. После получения от Ричарда еще трех новых энергий предать его для нее смерти подобно. А уж любовницей она будет просто несравненной. Все из-за тех же полученных от него магических потоков. В этом девушка не сомневалась. Доказательства были налицо — смятые простыни и скомканное одеяло на постели, на которой она сейчас лежала.

— Мелисса, — объяснял ей Ричард. — Если я сейчас добавлю тебе еще три вида энергии, то даже пять эльфийских амулетов не смогут полностью блокировать их побочные последствия. Ты это понимаешь?

— Понимаю, ваше императорское величество, — ответила она. — Но я готова потерпеть. Для пользы дела. И, кроме того, это же станет для вас лучшей гарантией моей верности вам. Разве не так? — она лукаво глянула снизу вверх на сидящего в кресле Ричарда, у ног которого разместилась на небольшом пуфике. Так, чтобы в декольте ему была видна ее небольшая, но налитая желанием грудь.

— Хорошо, — внезапно согласился Ричард. — Давай попробуем. Буду добавлять по одному потоку и смотреть, какие последствия это будет иметь.

О! Последствия были восхитительными! И с каждым следующим видом потоков все восхитительнее и восхитительнее! Мелисса уткнулась носом в подушку. Та еще хранила запах Ричарда. Внизу живота опять начало разливаться тепло.

Нет, надо вставать и принимать за работу, одернула она себя. Сейчас в академию, где за месяц — полтора преподаватели должны научить ее пользоваться магией огня, земли и воды, а потом в Саэкс.

Только уже не в роли номинальной герцогини, а с задачей за ближайший год сделать из пока все-таки еще небольшого, несмотря на приобретение двух баронств, герцогства отдельное королевство. А если императору Кортии Ортису чем-то это не понравится, то дать ему такой отпор, чтобы он и думать забыл нападать.

Впрочем, это только Ричард думает, что она планирует ограничиться созданием королевства на территории Кортии. На самом деле ее замысел гораздо амбициознее. При поддержке тех магов из Юма, которые уже сейчас находятся в Саэксе, да еще привлекши на свою сторону других феодалов, сплошь владеющих магией и уважающих исключительно и только ее силу, Мелисса была уверена, что за год сможет сместить с трона императора Ортиса.

А потом она пошлет гонца к Ричарду. И тот приедет к ней. И вот тогда все ее мечты сбудутся…

Глава 30

Восстание

Еду в Новый Драур. Со мной только десяток моих лейб-гвардейцев из той двадцатки, что первой мне присягнула. Элениэль с собой не взял по понятной причине. Даже по двум. Сначала я заезжал к Мелиссе, а у эльфийки к этой девушке отношение отрицательное, а впереди меня ждет Диана. И все-таки ехать к одной жене в сопровождении другой — не лучшее решение. Я бы их, вообще, расселил всех в разных местах и ездил бы с визитами. Может быть, когда-нибудь так и будет. А пока — увы, зимой все соберемся в моем замке в Юмиле, и придется мне устанавливать какую-то очередность посещений ими меня-любимого.

Вспоминаю Мелиссу. Забавная девушка. Все эти ее ужимки по соблазнению императора (меня, то есть) выглядели такими забавными и откровенными, что едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Эх, Мелисса, Мелисса, как же вы здесь в этом вашем магическом средневековье уступаете в этом искусстве представительницам прекрасного пола из моего родного мира. Чуть подняла подол платья и показала свою лодыжку. И кавалер должен пасть к ногам искусительницы. Видели бы местные дамы разные мини-юбочки, прозрачные платьица и почти несуществующие шортики, которые у нас девушки носят. При этом вовсе не ставя себе целью кого-то соблазнить, между прочим. Впрочем, ее маневр с демонстрацией аппетитной грудки был очень даже ничего.

Вот, знаю, что Мелисса порядочная интриганка и обманщица, но ничего не могу с собой поделать — нравится она мне. Своей какой-то дикостью, яростью в достижении поставленной цели. Ничто ее не остановит, через все пройдет и перешагнет. Из любой ситуации выкрутится. Себя не пожалеет. Сейчас, например, упросила меня добавить ей еще три магических энергии. И ведь знает, какие последствия это будет для нее иметь. Ни одной ночи теперь спокойно не проведет. Но согласна и на это — лишь бы стать сильнее и, соответственно, ближе к трону Кортии.

Видимо, эти черты ее характера — следствие общепринятых в этой империи нравов. Сильнейший выживает, слабейших уничтожают. Вся жизнь сплошная борьба. Не сомневаюсь, что шороху она теперь в Кортии наведет. И королевство сможет основать. А если еще и другие феодалы ее поддержат, а вполне могут, учитывая ее магические возможности, то и на большее, пожалуй, замахнется. Впрочем, тут я определенные меры предосторожности предпринял.

Во-первых, послал уже письмо Элантре, которая сейчас всем в Саэксе заправляет, приказал держать в узде амбиции Мелиссы. А во-вторых, саму Мелиссу предупредил, что если мне из-за нее придется бросать все здесь и мчаться ее спасать, то ридитовый ошейник станет ее неснимаемым аксессуаром на всю оставшуюся жизнь. Один даже с собой ей дал, чтобы не забывала о такой возможности.

— Возьми, — сказал я девушке, протягивая ей это ридитовое украшение. — Передашь воздушнице Элантре. И скажешь, чтобы она сразу надела его на тебя, если ты откажешься ей подчиняться, когда она будет сдерживать твою излишнюю активность. И только посмей оказать ей сопротивление в этом случае.

Взяла без возражений. Пообещала сразу по приезду в Саэкс передать ошейник Элантре вместе с моим приказом. Ну-ну… Посмотрим, выполнит ли это указание на самом деле. Так-то у Элантры парочка и своих браслетов с ридитовыми вставками имеется.

Просто райским местом этот Новый Драур становится. Трудолюбие дроу, магия эльфиек дают потрясающие результаты. Все цветет и развивается. Впервые за всю свою историю дроу оказались в ситуации, когда можно посвятить все свое время мирной жизни. Ни враждебной Эльфары рядом, ни проклятых земель. Вокруг одни друзья и союзники — подданные единой империи Юм. Вот и развернулись вовсю. И Диана мудро руководит. Не форсирует события, не давит на подданных. Направляет и помогает.

Жаль только, что моя вторая жена отказалась принять от меня способности к темной магии. Так жалостливо на меня посмотрела, когда я ей это предложил, что я отступил.

— Ричард, — сказала она мне тогда. — Я так счастлива жить своими собственными, а не вызванными магией древних эмоциями и чувствами, что очень прошу тебя. Не надо. Пусть я буду слабее Элениэль или кого угодно еще. Но, пожалуйста, позволь мне наслаждаться данной тобой свободой.

Кстати, что у Рианы, что у других детей, родившихся у тех дроу, у которых я уничтожил закладки древних, этих самых закладок нет.

Еще интереснее получился эффект от браков эльфиек с дроу. Там уже с полторы сотни детей появилось. Так вот все они — явные полукровки. Внешне где-то между эльфами и дроу. И магия смешанная — у мальчиков потихоньку просыпается эльфийская, а у девочек стихийная, как это девушкам-дроу и положено. Раньше такого не случалось, хотя понятно, что рождались дети у эльфиек от дроу — насилие на войне никто не отменял, так что всякое бывало. Но появлялись на свет в результате этого всегда исключительно и только чистые эльфы. А тут по-другому получается. Может, потому что все происходит по обоюдному согласию и любви? Кто его знает. В общем, можно сказать, я в какой-то мере вывел новую расу.

Три дня я провел с Дианой, как в отпуске. Особых дел, требующих моего вмешательства, не было, так что гуляли, обсуждали планы на будущее, ели, пили и дважды в день, не считая ночей, уединялись в спальне королевы Нового Драура. После Изабеллы, Элениэль, Амельды и особенно Мелиссы, отличающихся неуемным темпераментом, тихая, спокойная и нежная Диана была особенно желанна. Правильно она сделала, что отказалась от моей магии. Ошибался я, когда сожалел об этом.

Беспокоил меня все это время только Достер. Там намечались волнения, а то и восстание. И самое неприятное в этой ситуации было то, что узнал я это не от герцогини Камиллы или ее отца графа Контрэ, а от кардинала Гилберта, приславшего мне это предупреждение из столицы Блазии — Кордобуса. То есть, выходит, что при дворе Георга Восьмого о грядущих проблемах в моей империи знают и даже собираются в намечающейся междоусобной войне поучаствовать, а я — император Юма, что называется, ни сном, ни духом. Как и непосредственная власть в принадлежащей мне области.

Полученные сведения я в Достер, конечно, сразу же переслал, но все равно чувствовал себя неспокойно. Надо было самому туда съездить, для чего сейчас Галанэль собирала сводный отряд эльфийских воительниц и воинов-дроу, с которым я и собирался явиться в Достер, чтобы пресечь любые поползновения местных феодалов устроить заварушку.

Причиной недовольства стало изменение законодательства и налоговой политики. Первое, в частности, лишало феодалов суда над своими подданными по делам, наказанием за которые могла стать смертная казнь. Им оставались только незначительные споры между их сервами и более мелкими вассалами. Тут все было понятно — высшее дворянство посчитало это посягательством на свои исконные права карать и миловать.

Со вторым было сложнее. Все налоги, как и в Юме с Турвальдом и Новым Драуром, значительно снижались, упразднялся подушный и так далее. Но если Юм жил за счет производства, Турвальд процветал на торговле с Юмом и сельском хозяйстве, а Новый Драур еще только отстраивался, но уже мог похвастаться успехами благодаря эльфийской магии, то Достер находился в стороне и никакой особой выгоды от вхождения в империю не получил.

По-хорошему, надо было бы сразу это учесть и найти превращенному в герцогство королевству место в общеимперском разделении труда. Но было не до того — проклятые земли, потом Эльфара. В общем, время было упущено. Теперь придется расхлебывать собственные недоработки. И Камилла, конечно, вместе со своим отцом оказались не на высоте. Герцогиня упивалась обретенным возлюбленным, а граф посвящал охотам и пирам больше времени, чем управлению.

Решение, в принципе, было только одно и лежало на поверхности. Соединить Достер с гномской областью Юма в том месте, где мы в свое время по скалам карабкались. Тогда они были естественной защитой от врагов, но сейчас, ввиду отсутствия последних по границе, нужно было сквозь скалы проложить удобную дорогу. Это и Достеру, где параллельно имело смысл начать развивать не только выращивание разных злаков, но и животноводство, дало бы приток доходов благодаря торговле, и товары гномов было бы проще и быстрее доставлять на имперские рынки. Сейчас они должны были преодолеть путь через все герцогство Юм прежде, чем попадали в Турвальд.

Но это все потом. Сначала предстояло пройти огнем и мечом по Достеру. К сожалению, практически в буквальном смысле этого слова. И как следует вычистить нелояльную старую аристократию, заменив ее на новых владельцев, которые получат земли уже из моих рук.

Не успел я добраться до Достера. Полыхнуло раньше. Камилла, да простят меня все, кто это читает, оказалась просто набитой дурой! Получив мое предупреждение о возможном восстании, собрала у себя во дворце своих вассалов, которые и намеревались устроить ей ночь длинных ножей, и во всеуслышание объявила, что знает об их планах, не потерпит и казнит каждого, кто только посмеет противиться ее власти.

Не удивительно, что уже следующей ночью она со своим сыном, любовником и моим представителем, который должен был помочь в проведении реформ, но с этим не справился, только благодаря помощи отряда магов, которых я же в Достер и отправил ранее, с трудом смогла вырваться из дворца и теперь сидела передо мной. Ее отец, граф Контрэ был захвачен бунтовщиками.

— Ваше императорское величество, — говорила мне эта глупая коза, опустив голову. — Я не справилась. Что же теперь делать? Они убьют моего отца. Помогите!

Что делать? Я бы тебя, дорогуша, за то, что ты все это время из-под своего любовника не вылезала, да и его тоже — за то, что с тебя не слезал, с удовольствием, как минимум, лишил бы всех титулов и отправил куда-нибудь в Единым забытый замок продолжать наслаждаться друг другом. Править вы все равно не умеете и никогда не научитесь. По растерянным лицам вижу.

Однако сейчас не до этого, и смысла в том, чтобы срывать свое раздражение на герцогине, нет. Только махнул ей рукой, отпуская. Жаль, что ее отец не смог сбежать. Он хоть и был любителем весело время провести, за что и поплатился, но голова у него работала не в пример лучше. Вот как теперь узнать, сколько этих восставших феодалов? Все они выступают против того, чтобы входить в мою империю, или только какая-то их часть? Кто сохранил верность, и есть ли такие вообще?

В поход выступили на следующий день. Пять тысяч воинов-дроу и эльфийских воительниц, пятьдесят наиболее сильных в магии девушек-дроу. Брал всех — и со склонностью к огню, и к воздуху, и к земле с водой. Кто в большей степени понадобится, было непонятно, да и выбора особого из-за спешки не оставалось. Плюс мои десять хорошо обученных боевых магов, которые и спасли Камиллу с ее отпрыском и возлюбленным.

По пути к Достеру очень удачно сначала встретили Гуннара с двумя сотнями моих солдат, которых он учил действовать в лесу, а уже на опушке обнаружили дружину графа Контрэ, которая собиралась после его гибели — восставшие повесили графа на воротах дворца, бежать в Новый Драур.

Хорошо, что в войске будут и люди, а не только представители других рас. Так мы можем рассчитывать на то, что простые жители Достера не будут нас воспринимать как захватчиков. Свары между феодалами для них не в диковинку. Так и наши действия, надеюсь, воспримут.

Впервые в этом мире, да и, вообще, в жизни я участвовал и даже руководил настоящим средневековым карательным походом. Никаких тактических изысков, никакого милосердия к побежденным. Увы, но по-другому было нельзя. А то каждый год или через один придется все повторять.

Подходили к очередному замку, окружали. Потом или огнешарами сжигались ворота, или земляной магией обрушивались стены. И вперед. За собой оставляли развалины. Армия наша постепенно росла. Присоединялись те из аристократов, кто не был согласен с восставшими или состоял с кем-то из их вожаков во вражде, или просто быстрее прочих сообразил, на чьей стороне сила, и торопился засвидетельствовать свою верность.

За месяц, действуя тремя отрядами, один под моим непосредственным командованием, второй возглавил Гуннар, третий — Галанэль, мы взяли более двадцати замков. Бунтовщики так и не удосужились даже попытаться объединиться в одну армию и дать нам бой. Каждый заперся в своей твердыни, полагая, что сможет там пересидеть. Но я им такой возможности предоставлять не собирался. Решить вопрос требовалось раз и навсегда. Кроме того, несмотря на угрозы Георга Восьмого казнить всех достерцев, которые отпали от Блазии, восставшие все-таки постарались наладить с ним контакт и попросить помощи. Ее, видимо, и надеялись дождаться, спасаясь от нас в своих замках.

Но Георг, как всегда, опоздал. Его легионы только начали стягиваться к границе Достера, как все уже было закончено и против себя они увидели готовое к битве войско, в котором к этому моменту уже было более пятнадцати тысяч воинов. Опять же и зима уже наступала. Поняв, что ничего не выгорело, легионы развернулись и ушли.

Теперь возвращаться можно было и нам.

Обоз наш к этому времени представлял собой типичный для средневековой армии. Пришли сюда мы налегке, а уходили, таща за собой сотни телег, каких-то немыслимых кибиток и даже карет. Все доверху груженые захваченной в замках и имениях бунтовщиков добычей и… женщинами и девушками.

Последние для воинов-дроу были самым ценным приобретением. И я им разрешил брать жен и дочерей предателей в плен. Предпочитали, конечно, незамужних и молодых, но и замужние дамы постарше вниманием обойдены не были. Тем более что благодаря разным магическим зельям выглядят здесь представительницы прекрасного пола молодо чуть не до самой глубокой старости. Их развод с прежним мужем оформлялся быстро и без лишних юридических тонкостей. Ударом меча.

Никак не могу привыкнуть к средневековой психологии. Этакое легкое какое-то отношения к поворотам в судьбе и удивительное умение быстро приспосабливаться к любым новым обстоятельствам наблюдаются. Еще вчера из какой-нибудь телеги или кареты слышались женский плач и всхлипы, через пару дней девушка или дама уже спокойна, хотя и грустна, а еще через несколько — уже хозяйственно укладывает принесенную после взятия очередного замка ее то ли мужем, то ли хозяином добычу и нежно его целует. Впрочем, наверное, в местных условиях по-другому жить и нельзя. Не выживешь просто.

Герцогство Достер я упразднил. Собрал не участвовавших в восстании феодалов, а также возведенных мною за счет земель предателей в статус лендлордов новоиспеченных дворян из числа наиболее смышленых простых воинов и объявил, что отныне управляться Достер будет моим наместником, так как герцогиня Камилла не оправдала мое доверие и своего титула лишается. Возражений, ожидаемо, не поступило.

Наместником я назначил Гуннара. Вот Мелли обрадуется. Из служанок в баронессы сначала скакнула, а теперь и целой наместницей огромной территории, бывшей совсем недавно королевством, станет. Надо сказать, что именно на ее бизнес-таланты я и рассчитываю в первую очередь. Гуннар обеспечит защиту, создаст здесь нормальную армию, а Мелли займется всем остальным. В своем баронстве она неплохо все наладила. И тут справится.

Эх, мало у меня пока надежных, а главное — знающих людей. Надо готовить. Может, при академии магии еще и какой-нибудь административно-экономический факультет учредить? Только кто там преподавать будет?

Камилла выпросила у меня оставшееся после гибели ее отца графство. Как мне показалось, готова была, чтобы получить желаемое, даже своей честью поступиться. Последнее меня, естественно, не заинтересовало, а графство я ей передал. Пусть спокойно выходит замуж за своего виконта и вместе плодят дураков. В хозяйстве и такие пригодятся. Только поставил условие объявить, что ее сын не является ребенком покойного короля Квентина, а прижит от любовника. Мне в Достере официальный наследник последнего короля не нужен. Согласилась.

Все. Теперь нам с Дианой нужно в Юмиле ехать. Там скоро традиционные зимние торжества начнутся. С собой в качестве подарка Изабелле и Роджеру везем трех бунтовщиков, которых не прибили сразу, а взяли в плен. Пусть Роджер выяснит во всех подробностях, кто и для чего задумал и организовал восстание. Было оно спонтанным или не обошлось без подстрекателей из Блазии? А потом пусть Изабелла свою фантазию проявит. Надо народ хорошими казнями порадовать.

А мне предстоит добрых два, а то и три месяца с четырьмя женами разбираться. Да еще и так, чтобы они все довольны остались. Задачка, однако.