Александр Владыкин – Приговоренный жених (страница 25)

И весь обед этот хитрован обращался только ко мне. Преувеличено, я бы сказал, почтительно расспрашивая о том, что произошло в Турвальде. Хочет понять, насколько верны слухи о моем скудоумии, догадался я. Ведь моего предшественника никто в герцогстве по сути не то что не знал, но и видел считанное количество раз — только во время каких-нибудь особо больших официальных мероприятий, куда королевской семье просто нельзя было не взять его с собой. А вот слухи о том, что старший сын, а теперь герцог (то есть я) малость не в себе, ходили упорные. Да еще и граф Сиверс, уверен, постарался их распространить. Поэтому я, не выражая никакого раздражения любопытством гнома, отвечал на все его вопросы. Без подробностей, но демонстрируя свою полную умственную полноценность. И, как мне показалось, это старшину порадовало.

Причина этой его радости открылась сразу после обеда, когда мы вчетвером переместились в рабочий кабинет старосты, и начали, как это называется, субстантивные переговоры. Вот тут мне и стало понятно, почему моя доказанная за обедом дееспособность так вдохновила гнома. Он понял, что у меня есть все шансы занять трон. В будущем. А у него, здесь и сейчас, есть прекрасная возможность отжать себе (и другим гномам) максимальное количество разных плюшек. Граф Сиверс, как я понял, популизмом не увлекся и никаких поблажек трудовому элементу не пообещал. А вот с меня сейчас можно было получить по полной.

От нашей делегации выступал дядюшка Родрик, как наиболее разбирающийся в местных реалиях. Я в них совсем не смыслил и мысленно порадовался, что проверку моей профпригодности гном провел за обедом. Если бы он сейчас начал втягивать меня в обсуждение, я бы выглядел бледно. Что касается Изабеллы, то о том, что ее успели хорошо подготовить к управлению Юмом, я не знал. Вообще, ее присутствие при важном разговоре вызвало у Грумса некоторое удивление, которое он, впрочем, постарался скрыть, и возражать не стал.

От принимающей стороны был только староста. И, несмотря на сизый нос, переговорщиком он оказался ушлым и упрямым. Такому никакие помощники не нужны.

Чего же хотели получить высокие договаривающиеся стороны? Дядя требовал, правда, без лишнего нажима, но все-таки именно требовал на основании принесенной еще моему предку Огюсту магической присяги на священном гномьем камне:

— Обеспечить безопасность законного герцога Ричарда в данный момент;

— Предоставить герцогу Ричарду надежную охрану и проводить до владений графа такого-то или такого-то или баронов таких-то;

Видимо, дядюшка рассчитывал, что эти вассалы встанут на мою сторону в споре с Сиверсом, но имена я их не запоминал.

— Оповестить все поселения гномов, а также графов и баронов по списку о триумфальном возвращении законного герцога Ричарда в родной Юм, а также о том, что вышеозначенный герцог обрел большую магическую силу;

При этой новости гном слегка вздрогнул. Видимо, не забыты здесь еще методы убеждения Огюста. Кстати, тут и я принял посильное участие в переговорах — осклабился и кивнул гному, подтверждая слова дяди.

— Предоставить в распоряжение герцога Ричарда отряд в количестве тысячи гномов, соответствующе экипированных, а также десять бомбард с обслуживающим персоналом.

Заикнулся дядюшка было и о деньгах, но Грумс так сморщился при его первых же словах на эту тему, что родственник предпочел закруглиться и не обострять.

Главгном, в свою очередь, считал абсолютно приемлемыми пункты об обеспечении моей безопасности здесь и сейчас, о сопровождении меня туда, куда хотел Родрик, и об извещении других поселений гномов и моих потенциальных союзников из вассалов о моем возвращении.

Отряд в тысячу гномов Грумс назвал чем-то из области ненаучной фантастики. Хорошо, если сотни три соберут. И только из числа добровольцев.

Мол, они и границу протяженную с Турвальдом стерегут, и ваще… Про «ваще» не знаю, а границу они ни хрена не охраняют. В их горы с территории Турвальда только горный козел может проникнуть. Проходил это не далее, как сегодня утром. И никаких гномьих погранцов там не было — мы беспрепятственно дошли до самого их поселения.

На добровольцев дядюшка категорически не согласился. Наверное, знает, что не найдется ни одного. А по количеству в результате договорились на пятьсот.

Такая же засада была и с бомбардами. Грумс с пеной у рта (вернее — с пеной у бороды) доказывал Родрику, поочередно загибая пальцы для наглядности, что тридцать бомбард были поставлены в армию Юма в счет уплаты налогов и сейчас перекрывают единственный пригодный для конницы проход на земли герцогства. Еще три были в свое время подарены моему отцу для охраны замка и в качестве аргумента при переговорах с кем бы то ни было. Стояли у ворот и внушали уважение. И еще по одной — две были в каждом поселении гномов, но они были необходимы для защиты этих самых поселений. Дядюшка спорил, что защита поселениям, расположенным в глубине территории Юма, не нужна. И, по крайней мере, оттуда временно бомбарды можно и нужно передать законному герцогу. В результате сошлись на пяти.

А вот потом гном выкатил свои пожелания, и мой родственничек сначала покраснел, затем побелел и завершил все нежно-зеленым оттенком на лице. От возмущения. И даже я, не особо понимавший, о чем идет речь, на этот раз сразу въехал. Этот Грумс просто совсем обнаглел. Потому что хотел он следующего:

— Сокращения налогов (для гномов, естественно) — вдвое;

— Введение еще одного гнома в совет по торговле и ремеслу при герцоге, чтобы теперь там было пять гномов и пять представителей от людей, то есть равное количество. Плюс лишение меня (герцога) права решающего голоса при возникновении в совете споров;

— Предоставление гномам разрешения самостоятельно реализовывать свои товары, а не только через назначенных для этого герцогом купцов;

— Обеспечение снижения цен на продукты для поселений гномов особым указом герцога на треть (то есть доплачивать за них придется из моей казны, потому как никто из купцов в здравом рассудке ничего гномам дешевле, чем другим, продавать, конечно, не будет);

— И, наконец, отмена введенного еще Огюстом права первой брачной ночи.

При озвучивании последнего пункта, надо сказать, даже всезнайка Родрик слегка подобалдел. Если это право и существовало, то о нем все давно уже забыли, и не позарился бы ни один из моих предков на гномок. Видел я их, когда они на стол накрывали. Может быть, Огюст был извращенцем в добавок к темной магии?

В общем, только этот параграф и оказался приемлемым без споров. Остальные вызывали резкие возражения дядюшки, который чуть слюной не брызгал от возмущения. Но нашла коса на камень. Дядюшка бесновался. Гном сохранял олимпийское спокойствие, всем своим видом демонстрируя, что не собирается двигаться ни на миллиметр. Переговорный тупик, однако.

И тут в дело вступило мое тайное оружие — моя рыбка-птичка-зайчик Изабелла. Она медленно поднялась со своего места и произнесла длиннющий монолог, который поверг Родрика и меня в изумление, а Грумса в неизбывную печаль о несбывшихся надеждах.

— Я, — начала она. — Принцесса Турвальда и невеста его светлости герцога Ричарда — Изабелла. Между своим отцом, королем Турвальда, императором и моим будущим мужем я выбрала своего будущего мужа, которому принесла клятву верности (это она так ту спорную церемонию, которую ее папаша провел, интерпретировала, догадался я). И теперь интересы герцога Ричарда и Юма стали и моими кровными интересами, и я все сделаю для их процветания. Но ваша позиция, метр Грумс, сейчас ставит блестящие перспективы моей новой родины под угрозу, и вот какие простые и понятные истины я хочу до вас донести.

А затем мы втроем выслушали лекцию по средневековой политэкономии и геополитике. Сводилось все к тому, что если принять требования гнома, то сначала казна герцога опустеет, потом из-за ослабевшей верховной власти Юм придет в упадок, а в результате управление пока еще независимым герцогством неминуемо попадет в руки к Турвальду и империи. И тогда… Тогда и начнется самое страшное. Тогда будут претворены в жизнь те планы, которые уже разработаны. И их деталями Изабелла откровенно поделилась.

— Вся торговля Юма переходит к имперским купцам;

— Цены на продовольствие повышаются для гномов вдвое;

— Маги Юма перейдут под власть совета архимагов при императоре, а те в пять раз увеличат стоимость зарядки огненных артефактов, без которых все кузницы гномов просто встанут (с деревьями в горах не густо, а каменный уголь в этом мире или не нашли, или его нет, или еще не сообразили, как его можно использовать);

— Все, произведенное гномами, получит статус имперского заказа и должно будет продаваться по фиксированным ценам (чисто символическим) тем самым назначенным императором купцам;

— Любое самоуправление (тут гном особенно напрягся) будет упразднено, и над гномами будет поставлен специальный представитель от императора.

В итоге гномы будут нищими, бесправными и работать им придется за одну похлебку, да и ту жидкую.

Еще вопросы, любезный Грумс, будут, почему вам следует ради своего же выживания всеми силами поддержать герцога Ричарда, который такого беспредела не допустит?

Нет, вы, конечно, можете не вмешиваться в спор законного герцога с узурпатором Сиверсом, но это означает только то, что, почувствовав свою силу, предатель граф пойдет на развязывание гражданской войны, которая принесет разорение и даст внешним врагам возможность вторгнуться в Юм. И в любом случае Сиверс проиграет. Или потерпит поражение от законного герцога, или, будучи ослабленным после борьбы со мной, от армии Турвальда и империи.