Александр Вин – АИСТЫ. КУРС НА ВОСТОК (страница 6)
– А где он сейчас?
– Не знаю. Говорят, что у него новая жизнь, занимается какими-то случайными работами.
– С детьми не встречается?
– Нет. После развода я даже сменила детям фамилии.
– К родителям, домой, не хотели уехать?
– Были мысли. Последнее время мы ведь почти каждый год ездили в Днепропетровск…. Думаю, что здесь моим детям будет лучше.
– А как твои мама, папа ко всему этому отнеслись?
– Мама плакала, поддерживала меня, папа тоже. Были рады моему разводу. С прежними знакомыми, друзьями, почти со всеми остались хорошие отношения, нормальные…
– Мама, мама, а мы с дядей Толичем сейчас попугайчиков и канареек кормить будем!
От дальних клеток к ним, к столику, мчалась взъерошенная, радостная Галка.
– Ну, уж нет!
Таня как строгая учительница подняла вверх указательный палец.
– Сначала мы, вместе с твоей мамой, накормим дядю Толича бутербродами с кофе, а тебя – тёплым молоком с медовым печеньем, а потом уж вы делайте там что угодно, угощайте, чем захотите, ваших любимых птичек!
– Ура! Моё любимое печенье!
Галка не стала никого ждать, убежала к попугайчикам с молочной кружкой и с тарелкой печенья в руках.
Толич успел только крикнуть ей вдогонку.
– Ты только не спеши, я сейчас приду к тебе и покажу, где лежит конопляные семечки для канареек!
– Хорошо, подожду!
Олеся встала с кресла, походила рядом, не мешая Тане готовить обед для мужа.
– А молоко-то откуда у вас здесь?
Высокий Толич захохотал.
– Не подумайте ничего такого, это не для птиц! Это Таня по пути ко мне всегда в магазин за свежим молоком заходит!
Олеся с улыбкой покачала головой.
– Вот ведь молодцы какие…
Сели за столик.
Большой Толич аппетитно жевал бутерброды, Таня и Олеся пили горячий кофе.
– А вы-то, вы с Толичем как?! Я тут всё про себя, да про себя… Вы откуда в Германию прихали?
Таня посмотрела на мужа, ласково взяла его за руку.
– У нас всё как-то по-другому… Мы из Ярославля. Вместе учились в университете, только Толич на биологическом, а я – на филфаке. Он орнитолог, птицами занимался, на биостанции, на водохранилище, всё время пропадал, а я – стихи писала, тоже вместе с ним по рекам путешествовала, фотографировать любила.
Олеся вздохнула, вытерла глаза.
– Ох, тоже мне, странники… Вас-то чего в такую даль погнало?! Образование получили, жили дома, занимались бы там птичками, диссертации писали, книжки разные! Почему именно в Германию эту дурацкую приехали?
– Птички там были, речки тоже, а вот работы никакой не было…. Выпустились, потыкались, потыкались по разным конторам, ничего подходящего по нашим профессиям там не нашли, вот мы и придумали…
Толич вытер руки фартуком, обнял Таню за плечи.
– … Мой прадед всю жизнь занимался птицами, в его честь названа станция юных натуралистов в Ярославле, а прабабушку, его сестру, угнали в плен из-под Брянска. После войны она по каким-то причинам не стала возвращаться домой, осталась в Германии, вышла замуж, похоронена здесь…. Вот мы с Таней и решились сюда поехать, думали, что всё-таки Европа, больше профессиональных возможностей, у нас же университетские дипломы, образование…
– Ну и как?
– Вот…
Толич развёл руками.
– Кормлю птичек.
– А я их фотографирую. Только пока для себя, в журналы немного моих работ берут, и выставку персональную никак не получается сделать, всё обещают и обещают…. Есть договорённость с небольшим книжным издательством, хозяин там наш, русскоговорящий. Вот, жду.
– С языком сюда приехали?
– Я знала немецкий, учила в университете, а Толич быстро научился уже здесь.
– Счастливые вы…
Таня и Толич переглянулись.
– Почему это?
Олеся ещё раз торопливо вытерла ладошкой глаза.
– Потому что вместе.
Толич встал из-за столика, выпрямился, большой, сильный, отвернулся к окну, поправил мельком какую-то клетку.
– …. Поначалу мы восхищались здесь всем – ровненькие газоны, чистые дороги, дома, раскрашенные в приятные цвета. Черепичные крыши, никаких заборов – как в сказке! Под впечатлениями были долго, потом стали размышлять о дальнейшей жизни…
– У вас хоть язык был, всё легче! А мне, пока первые годы с детьми по очереди сидела, некогда было учиться, на улицу раз в неделю выбиралась.
– А знакомые? В гости ходили, общались?
– Какие гости?! Времени не было ходить куда-то, с кем-то знакомиться… Дети, работа. После развода я сама на социал арендовала квартиру, живу там с детьми. Две комнаты – в одной сын школьные уроки учит, в другой – мы с дочкой. Работать начинала случайно, добрые люди помогали, сейчас чаще всего убираюсь в домах, в квартирах, что-то подметаю на улице, если попросят, мусор собираю. Понимала, что без языка очень плохо будет так жить, всё надеялась на лучшее….
– Получилсь?
Таня всхлипнула.
– Олеся, милая, мы ведь, если что, можем с языком тебе помочь, у меня времени свободного много…
– Что ты, Таня! Я же, когда одна осталась, упёрлась, всё у меня стало получаться! Поначалу не могла отличить гутен морген от доброго вечера, потом на общественные курсы немного походила, газеты старые в мусорных ящиках собирала, читала их, пыхтела по вечерам, старалась, переводила! Потом познакомилась с девочкой одной, тоже приезжей, русской, Юлей, она у нас на курсах преподавала, стала к ней ходить заниматься. Это она, Юлька, посоветовала мне больше радио слушать, разбираться в новостях, в них знакомые слова чаще попадались! Она подсказала, где хороший язык, на какой радиостанции самые грамотные дикторы. Я и дома обедать детям готовила с этими новостями на всю кухню, приёмничек себе купила, и подъезды мыла всегда в наушниках, только не с музыкой какой модной, а с немецким языком! Сын приходил из школы, я его теребила – как это говорить, как то правильно написать…. Потом телевизор купила, маленький, дети мультики теперь там смотрят, а я – новости – всё ещё учусь разговаривать. Так Юлька мне посоветовала. Говорение у меня хорошее, для обычной жизни вполне хватает! Иногда, правда, ставлю не там ударение, чувствую, что получается полная чушь.
Олеся засмеялась
Глядя на неё сквозь слёзы заулыбалась и Таня.
– Это не мы, это ты молодец! Как стойкий оловянный солдатик!
– Так уж и оловянный…
Потом Олеся и Таня заглянули в дальний угол магазина, потихоньку, не мешая, посмотрели, как Толич учит Галку кормить разных птиц.
– В этой клетке кто у нас сидит?!
– Канарейки! Они жёлтенькие!
– Правильно. Сейчас мы им насыплем немного конопляных семян, канарейки их очень любят. Запомнила?
– Да.
– Хорошо. А щеглам, вот этим разноцветным красавцам, дадим обычных семечек.