Александр Вин – АИСТЫ. КУРС НА ВОСТОК (страница 18)
Агнесса задумчиво посмотрела на окно, на кофейную чашку.
– А твой бывший, как? Появляется?
– Через семь лет после развода опомнился, позвонил, просил встретиться с детьми.
– А ты?
– Послала…
Обнялись, посмеялись.
Агнесса вытерла салфеткой глаза.
– Со своими родителями общаешьься? Они так же, дома, на Украине?
– Да, почти каждый день звоню им, живут потихоньку, пенсионеры… В прошлом году ездила к ним, весной снова поедем туда с Галкой, проведаем. Плакали, просили остаться. У них там, на Украине, сейчас неспокойно, боятся…
– А чего не осталась?
– Моя мать в кочегарке вечерами подрабатывала, чтобы меня вырастить, я сама уборные у фрицев полжизни драила, а они меня своей так и не признали! Пусть хоть мои дети людьми станут, счастливой жизни попробуют…
– Давай по рюмке?
– Давай.
Помолчали.
Агнесса продолжила говорить первой, хитро прищурилась, покачала указательным пальцем.
– Хорошо, что ты сегодня так внезапно появилась! Дело есть. На миллион. Поможешь?
Вид у Агнессы получился загадочный, почти таинственный, Олеся рассмеялась.
– На миллион?! Помогу, ещё и помощницу приведу!
– Ну, тут такое дело… Хорошие знакомые моего Шурика, немцы, семейная пара, профессора какие-то гуманитарные, дочку свою на днях замуж выдают. Она студентка, жених – её однокурсник, но наш, русак! Паренёк хороший, приличный, с перспективой. Родился здесь, из Волгограда семья приехала Германию в девяностые. Так вот, родители девочки все расходы по свадьбе берут на себя, организацию, торжественную церемонию в ратуше, свадебное путешествие, но возникла проблема…. Все всё понимают, поэтому договорились по-хорошему, без обид.
– Какая проблема?
– У этих немецких родителей круг общения старинный, научный, они от всего этого нового шарахаются, избегают с незнакомыми людьми общаться. Ну, сама понимаешь: обычаи, правила, этикет и всякая прочая лабуда…. И так-то они не хотели разрешать дочке за переселенца выходить, Шурик говорит, что мать в истерике неделю билась, отец ультиматумы каждые пять минут ставил! А дочка упрямая – любовь и всё! Молодец девчонка! Наконец всё, кажется, решили, а вот с самой свадьбой – загвоздка. Приглашённые академики и лауреаты соглашались прийти, но ни в какую не хотели гулеванить там весь вечер с мигрантами! Мол, манеры у приезжих не те, шокировать их будут, шуметь, орднунг соблюдать не станут.
– Во, дурачьё!
– Академики.
– Глупости навыдумывали!
– Не кипятись, всё нормально, всё уже решено, всё улажено. Первый день – немецкая свадьба, а на второй – русская! Соберёмся на квартире у родителей жениха, все свои, человек двадцать. Посидим по-людски, по-домашнему, песен наших попоём, водочки за молодых выпьем!
– А ты…, а мы-то там с тобой каким боком?!
– Шурик, добрая душа, обещал помочь им с кухонными делами. Матерям и отцам не до готовки в такие дни! А если снимать ещё один зал в ресторане на второй день, нанимать поваров, обслугу – дорого, у родителей жениха таких денег нет. Да я уже всё спланировала, не переживай! Сейчас, погоди минуточку…
Агнесса вскочила из-за столика, легко побежала в подсобку.
Олеся тоже встала, подошла к солнечному окну, тронула прозрачную штору.
– Вот, садись!
Агнесса хлопнула на столик большую тетрадь.
– Смотри! Кофе ещё будешь?!
– Конечно же, буду, милая подружка!
Кофе.
Солнце.
Тихо.
Агнесса водила карандашом по страницам.
– Вот, я придумывала и всё записывала. Я уже съездила, поговорила в нашей церкви, там у них есть общественная столовая, на один день они нам посуду дадут, без проблем. Посуда хорошая, ножи, вилки, тарелки достойные. Это первое. Свадебный торт испекут мои девчонки, здесь, в кафе! У меня тут мастерица есть, молдаванка, такие торты печёт, закачашься! Та-ак, холодец свекровь сделает, ей соседки помогут. Отец жениха на птицефабрике работает, в цехе убоя; говорит, что по дешёвке возьмёт там килограммов десять крылышек, пожарим это дело в кляре. На горячее. Остальные закуски гости принесут с собой, кто что сможет.
– А мы что?
– Мы – самые главные! Мы – резерв главного командования! Ракетно-космические войска статегического назначения!
Агнесса так смешно махала тетрадкой, что Олеся захохотала, никак не умея остановиться.
– Весь вечер на арене цирка – только мы! Строгаем оливье, ведро, не меньше! Делаем винегрет, тоже много, и ещё, обязательно, селёдочку под шубой! Вкуснятина!
– Ну, ты даёшь…
– Оливье постоит ночь, заправим его майонезом перед выездом на объект!
Агнесса задумчиво хмурилась в размышлениях, как настоящий генерал, а Олеся, глядя на неё, всё никак не могла остановиться в смехе.
– Та-ак, что ещё? Ага, вот… Настоящую селёдку нам привезёт Романцев, у него здесь есть знакомый, торгует рыбой, они вместе в море ходили. Романцев ещё сказал, что, если гости будут вести себя хорошо, то он прямо там сделает для них настоящую строганину из пеламиды!
– Вот это да! Уже хочу!
– Ну, и другие организационные моменты. Игорь Шперлинг будет на связи, обещал мотаться по городу, покупать по нашей команде для готовки что надо, привозить, отвозить. У него фургончик есть свой, грузовой, небольшой.
– Где он сейчас? Давно не встречала.
– Игорь устроился на огромный такой склад, из которого возят продукты в супермаркеты на сто километров от Кёльна! Его взяли в технический отдел по обслуживанию автопогрузчиков.
– Доволен?
– Доволен. Говорит, что с этого склада его только ногами вперёд вынесут или на пенсию! Кстати, фотографировать свадьбу на второй день будет Таня, я с ней тоже уже созвонилась, договорилась. Вот.
– Ты – ураган! Горжусь!
– Гордиться будем по итогам.
Олеся не успела ответить.
Знакомый голосок за спиной, у дверей.
– Здравствуйте.
– Ой, Галка! Ой, какая же ты стала! Совсем взрослая, выросла-то как! Сколько же я тебя не видела, года три?! Настоящая барышня!
Агнесса то обнимала Галку, то отстраняла от себя, восторженно рассматривая на расстоянии.
– Хороша!
Галка молчала, смущаясь, краснела щеками.
Олеся обняла дочку.
– Ты в следующую субботу чем занимаешься?
– Не знаю… Школа, уроки.
– Поможешь нам с тётей Агнессой?