Александр Вейр – Призраки в ее глазах (страница 11)

Тэлбот побледнел как полотно. Его маска самовлюбленности треснула окончательно. Страх разоблачения перед публикой, которая станет свидетелем его унижения, а теперь еще и потенциального преступления, затмил всё.

– Миранда, молчи! Выйди отсюда немедленно! Ты ничего не понимаешь! – зашипел он, вскочив и делая шаг к ней, но Финч резко встал, преграждая путь.

В глазах Тэлбота замаячило отчаяние, паника дикого зверя, загнанного охотниками в угол. Он оглянулся на детектива, Клару, затем опять повернулся к женщине, смотревшей на него в немом вопросе. Его самонадеянность окончательно рухнула под тяжестью доказательств и грядущего публичного позора.

– Нет! – закричал он, и его голос сорвался в истерику. – Это всё ложь! Заговор! Вы все против меня! Я не позволю вам очернить мое имя!

Он резко рванулся, но не к выходу, а к камину, где на полке стоял тяжелый бронзовый канделябр.

Глава 8. Жизнь Грэя. Пролог: Искра авантюры

Порт-Хейвен, Корнуолл,1735 г.

Рынок в Порт-Хейвене, ближайшем к Блэк-Кову портовом городке, всегда был местом шумным и оживленным. Воздух гудел от криков торговцев, смешиваясь с запахами соленой рыбы, дегтя, свежескошенного сена и дешевого табака. Уильям Грэй, молодой еще мужчина, но уже с глубокой складкой между бровей, выдававшей недоверчивость и угрюмость характера, пробирался сквозь толпу. Он искал новые иглы для вязания сетей и крепкий якорный канат, ведь старый вот-вот перетрется. В кожаном мешочке, висевшем на поясе под рубахой, скупо бренчали несколько десятков чеканных монет разного достоинства. Жизнь рыбака в Блэк-Кове была тяжела: скудные уловы, капризное море, вечная борьба с нуждой. Злоба на несправедливую долю клокотала в нем тихим, но постоянным огнем.

Проходя мимо группы моряков, что-то бурно обсуждавших у лавки со снастями, Грэй невольно остановился. Среди местных краснорожих молодцов в засаленных робах выделялся один человек, невысокий, коренастый, загорелый до черноты, с лицом, изборожденным морщинами и парой шрамов. Но не внешность привлекла внимание молодого моряка, а речь. Незнакомец говорил по-английски с сильным, певучим акцентом, которого Грэй раньше не слышал. И говорил он не о штормах или ценах на треску, а о чем-то невероятном.

– …Горы, amigos! Буквально, горы! Не песок, не пыль – самородки! Размером с кулак! Подбирай – и богат! Ouro Preto – Черное Золото! Так и называется это место!

Человек, представившийся как Хуан Рамальо, перемежал английские слова с португальскими. Он энергично жестикулировал, показывая на воображаемую карту, глаза его горели фанатичным блеском.

– Минас Жерайс! Сердце богатства! Там каждый, у кого есть сила в руках и смелость в сердце, может стать королем! Вместо этой… merda! – Он презрительно махнул рукой в сторону гавани с ее скромными рыбацкими лодками.

Слушатели кряхтели, кто-то недоверчиво хмыкал, но Рамальо был весьма убедителен. Он сыпал географическими названиями: Рио-де-Жанейро, Лиссабон, говорил о кораблях, груженых сахаром и алмазами, пересекающих Атлантику. Рассказывал о своей жизни капера – «официального пирата» на службе португальской короны, гонявшегося за испанскими галеонами:

– Попал в шторм, meu navio… мой корабль разбило у ваших проклятых скал, – он кивнул в сторону моря. – Выжил чудом… Теперь собираюсь обратно, за новым золотом! Кто со мной? Нужны сильные руки и острые кирки!

Грэй слушал, завороженный. Баснословные богатства… Избавление от этой нищей, каторжной жизни в Блэк-Кове… Шальная мысль зажглась в его мозгу, как искра вызывает пламя в сухой траве. Он замер, не решаясь подойти ближе. Но опытный Рамальо заметил его пристальный взгляд. Их глаза встретились. Взгляд португальца был цепким, оценивающим, как у хищной птицы. Он увидел в Грэе не просто слушателя, а потенциального соратника – молодого, сильного, с глазами, выдававшими неудовлетворенность своей жизнью.

Позже, в душной, прокуренной таверне «Морской Конек» они сидели в углу, попивая крепкий эль. Рамальо, теперь уже менее театрально, но не менее убедительно рисовал конкретные планы на будущее:

– Билет до Лиссабона, друг мой Уильям, – вот ключ! Оттуда уходят корабли в Рио. В Лиссабоне у меня conexões – связи. Пробиться на корабль в колонию – не проблема для бывшего капера. Но билет из Англии… – он хлопнул руками по карманам, как бы показывая, что там ни гроша. – Деньги ушли на лечение после кораблекрушения. Вот беда…

Грэй хмуро молчал, перебирая в уме все за и против. Мечта о богатстве боролась в нем с врожденной подозрительностью. Почему этот гладкий португалец выбрал именно его?

– Расскажи-ка еще раз, как ты попал в Англию? – спросил Грэй, прищурившись.

Рамальо вздохнул, изобразив на своем лице огорчение.

– Нелегкая судьба, amigo… Я 5 лет пробыл в Бразилии. Там есть на чем заработать! Богатая страна! Хватило бы на всю оставшуюся жизнь! Но когда мы возвращались, и уже оставалось несколько дней пути до дома, ужасный шторм отнес наш галеон к вашим берегам. Корабль разбился, и меня, полумертвого, выбросило на берег возле Порттауна. Спасибо местным рыбакам, они подобрали, помогли. После этого я долго болел, потом работал где придется. Перебрался в Плимут, работал на ферме у какого-то сквайра … Все копейки уходили на еду и кров. Мечтал только об одном – вернуться туда, где можно взять свое! – Он стукнул кулаком по столу. – А тут услышал новость – новые прииски в Минас-Жерайс! Море золота и драгоценных камней! Но без денег я не могу даже вернуться в Лиссабон…

Он снова развел руками.

Искры пламени в глазах Грэя разгорались все сильнее и сильнее. Мысль, что этот бывалый человек, знающий пути-дороги, нуждается в нем, льстила и придавала смелости. Риск? Да. Но какая жизнь здесь, без риска? Вечная нужда? Унижение?

– Сколько нужно денег? – хрипло спросил он.

Рамальо назвал сумму, достаточную для покупки самого дешевого билета в трюм до Лиссабона. Грэй прикинул размер своих скудных сбережений – рыбацкие заработки за год, отложенные на новую лодку. Едва хватало на двоих.

– Мне хватит на билет и тебе, пожалуй, тоже, – сказал, наконец, Грэй, и как будто гора с плеч свалилась. Голос его дрожал от волнения. – Но только до Лиссабона, дружок. Остальное – за счет твоих связей. Но если обманешь – берегись!!

Рамальо широко улыбнулся, обнажив крепкие, но уже пожелтевшие зубы. В его глазах сверкнуло торжество, впрочем, быстро спрятавшееся под напускной маской благодарности.

– Parceiro! Партнер! – воскликнул он, хватая Грэя за руку своей крепкой, мозолистой ладонью. – Не пожалеешь, Уильям! Мы станем богачами! Я слово даю!

Грэй кивнул, чувствуя, как сердце колотится от страха и предвкушения удачи. Он только что продал свою скудную, но понятную жизнь рыбака за мечту о золотых горах, рассказанную гладким незнакомцем с темным прошлым в прокуренной таверне. Он не знал, что покупает билет не к богатству, а в ад, и рукопожатие Рамальо станет первым звеном в цепи проклятий, которые будут веками преследовать его и его род.

Глава 9. Жизнь Грэя. Эпизод I: Роковая находка

Минас-Жерайс, Бразилия, 1742 г.

Жара стояла невыносимая даже для ада приисков в горах Минас-Жерайс. Воздух дрожал над раскаленными камнями, смешиваясь с пылью, поднятой землекопами. Она покрывала толстым слоем одежду, въедалась в поры, забивала легкие и превращала пот в грязевые подтеки на изможденных телах. Уильям Грэй, когда-то крепкий, как корнуолльский дуб, мужчина, теперь стал тенью – кости да кожа цвета старой меди. Его руки, привыкшие к сети и веслам, были изуродованы мозолями от кирки, ногти почернели от забившейся туда земли. Но в глазах, угрюмо глядевших из-под нависших бровей, по-прежнему горел огонь отчаянной надежды. Его неуживчивый характер, подозрительный до паранойи, стал для англичанина одновременно проклятием и защитой. Он отталкивал людей, как магнит отталкивает одноименный полюс, но именно подозрительность Грэя заставляла его партнера, Хуана Рамальо, с ним считаться.

Португалец, бывший пират на службе испанской короны, своей алчностью напоминавший акулу, вечно рыщущую в поисках добычи, разглядел в Грэе родственную душу – такого же авантюриста с сердцем, ожесточенным жизнью, готового на все ради мига удачи.

Шесть лет прошло с тех пор, как они познакомились на рынке в Порт-Хейвене. Через месяц они уже отплыли из Плимута в Лиссабон, и дальше – в Рио-де-Жанейро через неспокойный Атлантический океан, как и сотни тысяч других смельчаков, рискнувших всем ради призрачного богатства.

И вот теперь Грэй, Рамальо и трое нанятых рабочих изо дня в день ломали свои спины, без устали дробя неподатливую породу, промывая золотоносный песок в ручьях, выискивая крупицы драгоценного металла. Их лачуга, сколоченная из гнилых досок, подпертых обструганными стволами деревьев, стояла в стороне от основного лагеря старателей.

Сегодняшний день начался как обычно. С восходом солнца, наспех позавтракав, мужчины принялись за работу, изрыгая проклятия и отмахиваясь от назойливых мух. Грэй работал на дне неглубокой шахты, долбя скалу с таким ожесточением, будто она его лично оскорбила. Рамальо неторопливо копал рядом, экономя движения и постоянно рыская глазами по пласту, ища проблески драгоценного металла. За прошедшие годы его взгляд нащупал уже немало самородков, мелких и чуть крупнее, а также пару горстей драгоценных камней – аметистов и турмалинов. Но все же этого было маловато, если разделить на двоих, да еще и что-то дать рабочим.