Александр Верт – Отбор против любви (страница 33)

Гарпию эти слова не нравились. Он отступил, чтобы коснуться руками холодной стены между большими окнами, открывающими вид на горы и чистое ночное небо.

– Мне однажды очень повезло, – внезапно признался Маркус, сглотнув. – Я нашел работу. Одному магу нужен был человек, способный нарисовать нужную руну на полу. Краска была опасной. Она разъедала кожу, символы были сложные, и нужно было таскать три, а то и четыре кисти разной толщины, но за одну руну он платил целый золотой! Конечно, я вцепился в эту работу, а дети быстро учатся, вот и выучил я все руны… золотой же на кону! Только я не знал, во что ввязываюсь. Он сначала вызывал разных демонов, что-то проверял. Сейчас я понимаю, что он изучал цепи и свои возможности.

Гарпий скривился и резко отвернулся, чувствуя, как от этих слов его начинает подташнивать, словно одно слово «цепи» может причинять боль.

– Это правда важно, – тихо прошептал Маркус. – Ты сейчас поймешь, почему. Когда этот человек понял, на что способен, он призвал Дер-Кареда, одного из верховных демонов, сильнейших демонов.

Тошнота Гарпия сменилась болью в груди от этого имени. Пошатнувшись, полудемон ухватился за подоконник и коснулся лбом холодного стекла между резных решеток.

– Он призвал твоего отца, – вдруг сказал Маркус совершенно уверенно.

Гарпий вздрогнул и сразу обернулся.

– Ошибки быть не может, – сообщил артефактолог. – У всех его детей, как и у него, один и тот же знак, знак его рода, его потомства, понимаешь?

– Чего ты хочешь? – рыкнул Гарпий, не понимая, злится он сейчас или ему просто плохо от того, что он долго пробыл в демонической форме.

– Рассказать тебе все, – прошептал Маркус, медленно опуская руки. – Ты должен знать правду. Тот человек находил женщин, платил им хорошие деньги. Какой-то врач их осматривал, и если они были здоровы, высчитывал какой-то правильный день, тогда я получал свой золотой. Я плохо понимал, что к чему, и, дурак такой, не остановил свою мать, когда она тоже пришла к этому магу. Только тогда я узнал, что все эти женщины, когда брали деньги и соглашались, не знали, что рожать им придется от демона. Не все даже выживали после ночи с Дер-Каредом. Если после беременность не наступала, а это было редко, то женщину просто выкидывали, а если беременность была, то следили за ее здоровьем до самых родов. Магу были нужны мальчики. Девочек он сразу убивал. Ну, ты, наверно, не знаешь, но демонесс невозможно подчинить, они неуправляемы, и, видимо, он опасался, что полукровок-девочек тоже не сможет сломить.

Гарпий смотрел на Маркуса, вцепившись в подоконник, и понимал, что его начинает бить мелкая дрожь, а артефактолог не унимался, медленно и осторожно приближаясь:

– Моя мама забеременела, – признался он, – а потом сбежала, бросила даже меня. Она уже была близка к родам. Ее бросились искать, нашли, но она к тому моменту уже родила и, несмотря на все пытки, так и не сказала, куда дела ребенка. Ее убили, а я остался там, заложником проклятой золотой монеты. Мне тогда уже никто не платил. Держали на цепи, иногда кормили, и я рисовал эти проклятые руны только чтобы меня не били. Я очень хотел сбежать, и однажды у меня появилась возможность. Дом, где все это происходило, был в глухом лесу, и ночью мне надо было добежать до города, а за мной послали полудемонов. От них нельзя было спастись. Они были еще маленькими, но очень сильными. Каждый из них в одиночку мог разорвать меня на части. Тогда я вырезал на собственной груди знак Дер-Кареда, чтобы они меня не трогали. Не был уверен, что это сработает, но должен был рискнуть. Они спутали кровавый знак и родовую метку, не убили меня, когда нашли. Маг, наверно, страшно их за это наказал. Он человек беспощадный и страшный, но мне было важно, что я сам, наконец, получил свободу. Чуть освоившись, я сразу стал искать ребенка моей матери. Был почти уверен, что это девочка. Женщины обычно чувствовали пол полукровки. Поэтому я был уверен, что ищу сестру, но, видимо, ошибся, – Маркус выдохнул и посмотрел на Гарпия очень внимательно, словно пытался что-то найти в его чертах, а потом тихо прошептал: – Теперь я точно знаю, что искал тебя. Я выяснил, что на постоялом дворе в сене конюшни нашли ребенка, а потом отдали подкидыша в приют. Именно в этом приюте был странный ребенок, у которого время от времени вырастал хвост. Не надо быть гением, чтобы понять, что это значило. Этого ребенка забрал Эдерью Эндер-Ви. Это все, что я знал, когда решил, что только этот глупый отбор поможет мне попасть в дом. А теперь я точно знаю, что он привез в тот год тебя. Гар, я твой брат.

Он хотел было подойти к полудемону еще ближе, но тот вдруг отступил, нервно на него косясь, сверкая красными глазами.

– Ты боишься меня? – удивился Маркус. – Я правда не желаю тебе зла. Я хочу тебе помочь. Я всю свою жизнь тебя искал, понимаешь?

– И что с того? – хриплым сдавленным голосом спросил Гарпий, чувствуя, как внутри все странно сжимается от незнакомых чувств.

– Как что? – не понял Маркус. – Мы семья, понимаешь? Я знаю, что Эндер-Ви могут помочь. Если доказать, что полудемоны – это все же не демоны, а вы больше люди, я это знаю, то можно полностью вернуть все права, сделать тебя свободным и…

Он умолк, видя, как Гарпий внезапно садится на пол.

– Будет непросто, но…

Маркус тут же затих, понимая, что в темноте перед ним не человек, а демон, сверкающий красными глазами, гневно скалясь.

– Ты видимо глухой, – процедил Гарпий сквозь зубы, демонстрируя клыки. – Эдерью считает полудемонов монстрами, и он уже приказал меня убить. Иди, мечтай где-то в другом месте.

– Ладно, я неправ, – выдохнул Маркус, – но о нашем родстве я не шутил. Я могу выкупить тебя, и тогда ты тоже будешь свободным, даже если придется оставить эту цепь. Хотя нет, эта сильная, но можно заменить на слабую, которую ты даже не заметишь. Я разбираюсь в этом и…

– Уходи! – перебил его Гарпий, указывая на дверь. – И ключ оставь, я и так Рану расскажу, что ты воришка.

Артефактолог замер. Он и сам не знал, что будет, когда его поиски завершатся. О благодушном приеме он не мечтал, но подобная реакция выбивала землю из-под его ног.

– Да, тебе наверно нужно время, чтобы все понять, – прошептал он, отступая к двери. – Я вот сюда на тумбу положу ключ. Запри дверь, а то мало ли кто может прийти. Знай, что я буду ждать тебя и твоих слов, – сказал он, прежде чем выйти, понимая, что сейчас убеждает себя, а не полудемона, которому явно все равно, что их мать умерла, пытаясь его защитить.

Тед осторожно постучал в дверь соседней комнаты, пряча за спиной резную бутылку дорогого виски.

– Кто? – раздраженно отозвался Вильям и только потом открыл дверь.

Осмотрев рыжеволосого врача, он нахмурился и кивнул в сторону комнаты, давая понять, что можно войти.

– Чего тебе? – спросил военный, потирая переносицу.

– Ты с приема ушел. Да и нечего там делать, – начал Тед, неловко пожимая плечами. – Настроение отвратное, решил зайти к тебе и сказать «спасибо».

Он показал бутылку, разводя руками.

– Какое еще «спасибо»? – не понял Вильям, но бутылку забрал, чтобы тут же достать пару неуместных металлических кружек.

– За то, что ты меня не выдал, – прошептал Тед, косясь на военного, который не мог его не узнать.

– Ой, нашел причину, – фыркнул Вильям, наливая в обе кружки виски до самого края и протягивая одну из них врачу. – Я же не дурак, знаю, как ты связан с бандой. Пей.

Тед сглотнул. Говорить о своем бандитском прошлом, которое все время догоняло его, совсем не хотелось, но спорить с Вильямом он не стал.

Обоим действительно просто хотелось выпить после увиденного и услышанного.

– Все еще думаешь, что эта семейка лучше братьев Скрадж? – спросил офицер, выпивая содержимое своей жестянки одним махом, не разбирая вкуса, и рухнул на диван, нервно стукнув по столу кружкой.

Тед сдержанно сделал пару глотков и сел напротив, радуясь, что его не стали прогонять.

– Альбера не такая, – сказал он уверенно. – Мне кажется, она это сегодня доказала.

– Ну да, а что будешь делать, если она выберет не тебя? – спокойно спросил Вильям, явно не пытаясь злорадствовать.

Врач только растерянно пожал плечами, все же отставляя кружку. Много пить и болтать глупости ему совсем не хотелось.

– Расскажи, как ты так вляпался? – спросил Вильям с интересом, подаваясь вперед и упираясь руками в колени.

– Я там родился, – тихо признался Тед. – Мальчишкой был, как все, то подворовывал, то курьером у них бегал. По-другому не заработать было, а потом, как только смог, уехал, думал, закончу университет, забуду все как страшный сон. Закончить не успел, а меня за шиворот и лечить головорезов. Я, вроде, успешный человек, работа, наука, пациенты, но покоя все равно нет. Они в последний раз обещали лечебницу мою сжечь, если я не…

– А служить пойдешь? – спросил Вильям, снова наполняя свою кружку.

– В армию? – уточнил Тед. – Кто меня возьмет без рекомендаций?

– Ну, я могу обеспечить тебе рекомендации. Думаю, для тебя не составит труда подтвердить квалификацию в военной медицинской школе.

Тед замер с открытым ртом, не понимая, за что ему, человеку, связанному с бандой, могло так повезти.

– Ты за это попросишь рассказать все, что мне известно? – спросил он испуганно.