Александр Вегнер – Немец Поволжья. Часть 1. На Волге широкой (страница 2)

– Что, молодые люди, всё учитесь?

– Учимся, дядя Соломон! – ответил Майер, садясь рядом с ним.

– Умнее бога хотите быть? Нехорошо это! – огорошил дед Сашку.

– Почему нехорошо?

– Потому что всё, что положено знать человеку, он знает без всякой учёбы – его Отец небесный учит. Всё что человеку нужно, он ему даёт, а то, что человек выдумывает – это от лукавого.

– Как от лукавого? Я не понял.

– Например часы! Если бы они были от бога, то росли бы на деревьях, или лежали в шахтах, а мы их выкапывали, как уголь. А раз этого, нет, то они человеческая выдумка. Зачем тебе часы? – Смотри на небо! Встаёт заря, и ты вставай; солнце до середины неба дошло – иди обедай; солнце садится – кончай работу, иди ужинать и спать! Летом день длинный – потому что человеку надо работать, запасать еду на целый год. Зимой наоборот ночи длинные – чтобы человек отдыхал от летних трудов и набирался сил для новых – бог всё предусмотрел. А от вашей учёбы какая польза? Зачем тебе знать, Земля вокруг Солнца ходит или наоборот? Человек стал непомерно горд, хочет превзойти бога. Кончится это плохо, как строительство вавилонской башни. Тогда тоже люди возмечтали добраться до Господа.

– Дедушка, пойдёмте в дом, жарко становится, – прервала его Алиса.

Дед встал и, поддерживаемый с обеих сторон, перешагнул порог калитки.

– Вы где будете? – спросил он внучку.

– В летней кухне – приготовлю что-нибудь поесть.

– Ну и я с вами посижу.

Против крыльца дома горячий, как из печи, воздух шевелил занавеску на двери летней кухни, в которую Сашка смог войти, только сильно пригнув свою тёмно-русую голову.

Справа от входа у окна, в стёкла которого бился целый рой знойно жужжавших мух, стоял обеденный стол, за ним посудный шкаф, вдоль торцовой стены печка с уходившей в потолок цементной трубой; слева висел рукомойник с тазиком под ним, на земляном полу у левой стены лежал деревянный люк погреба.

Дед Соломон сел к столу на крашенный охрой стул, отдышался и продолжил:

– Или вот кричат: «Трактора, трактора!» Зачем нужен трактор, если бог дал коня? Паши на нём, запрягай в телегу: вози сено, снопы, в гости езди, коли делать нечего! Конь – чистое животное, ему не надо вонючего керосина, которым вы землю отравляете. Опять же, чтобы добыть керосин, надо землю изъязвить! А она живая, как мы. Её, как нас, бог создал. Чем кончится? – Через сто лет люди отравят и растерзают её! Бог отомстит им за неё: надоумит давить друг друга тракторами! Или самолёт! Привёл меня бог видеть их в Энгельсе на аэродроме семь лет назад. Смотрю: летит прямо надо мной. Я рукой от солнышка прикрылся, смотрю. На душе нехорошо стало. Вдруг выпал из него человечек, маленький как муха, и полетел вниз головой. Я испугался – разобьётся! Молится стал! Глядь, а над ним такая белая штука развернулась, и он медленно-медленно стал спускаться, будто наша собачка Муффи, когда я её на верёвке со стога спускал. Обрадовался я, конечно, что человек не убился, а потом подумал: «А что, если бы с этого самолёта не человека, а бочку пороха сбросили?» В Энгельсе все дома бы снесло! Учёные люди обезумели от гордыни: вот мы до чего додумались! Сила-то какая в нашей власти! Гордыня это. Сами не понимают, до чего они додумались и до чего ещё додумаются. Лет через двести такой порох выдумают, что весь мир снесут!

– Ты, дедушка, о какой жизни мечтаешь? Чтобы только работа, работа, работа? Ни знаний, ни развлечений, ни удовольствий! Зачем тогда и жить!?

– Живут не для удовольствий, а для счастья! А счастье – чтобы вокруг тебя всем было хорошо! Ты здоров, дети здоровы, все родные здоровы, ты наработался, сыт, одет, обут, все твои близкие ни в чём не нуждаются! Волга течёт, степь цветёт, небо синее, воздух лёгкий, сам в тебя просится… Что ещё надо?! Ходи в гости, ешь, пей вино и веселись: на качелях качайся, на санях катайся, музыку на скрипках и трумпетках играй. А главное людей люби и будешь сам ими любим!

– Чтобы все были здоровы, нужны врачи, а на врача надо выучиться, – заметил Сашка.

– Снова вы неправы, молодые люди! Болезни не от микробов, не от несчастных случаев, а от бога! Чтобы быть здоровым, надо жить так, чтобы угодить богу. А вот этому как раз в ваших училищах не учат. Всему учат, даже тому, что никогда вам не понадобится, а самому главному – нет, не учат!

– А что самое главное? Богу угождать?

– А вы не смейтесь, молодые люди! Угождать богу – это значит правильно жить. А кто знает, как правильно жить? Нет сейчас таких учителей, кто смог бы научить правильной жизни!

– Ой, дедушка! Можно подумать, что в ваше время были!

– Представь себе, были! Я учился в школе два года. Учителем, или шульмейстером, у нас был Шнипович – поляк или русский, а может еврей, но по-немецки говорил лучше нас с тобой. Он носил штаны, сшитые будто из матрасовки – в красно-белую полоску. Я был весёлый мальчишка, сильно любил смеяться и сидел на одной скамье с таким же сорванцом, как я – Фридрихом Ленком. Толкаю его и шепчу: «Смотри, Ленк, у шульмейстера сегодня штаны наизнанку». Думал, он прыснет в кулак и на этом успокоится, а он покатился со смеху. Шнипович подошёл, взял его за ухо и говорит: «Ты чего смеёшься, негодяй?» Ленк перетрусил и запищал: «Соломон сказал, что вы штаны на левую сторону надели!» Шульмейстер взял меня за шиворот, выволок к доске, зажал коленями мою голову и отстегал перед всем классом розгами. Стегал от души, изо всех сил, приговаривая: «Я тебе выверну штаны на лицевую сторону! Я тебе выдублю шкуру, коль она у тебя зудится!» Вы думаете, я обижаюсь? – Нет! Семьдесят лет прошло, а вспоминаю с благодарностью. Правильно меня отодрал! Потому что сказано в Библии: «Чти отца твоего и мать твою!» А пуще всего чти учителей своих, ибо через них ты и Господа нашего научишься чтить! Я после этого стал кротким и скромным. Урок мне пошёл на всю жизнь! Вот это были настоящие учителя – знали, чему учить и как! Мы прожили жизнь с природой и с Богом! А вы на Бога восстаёте. Плохо вам придётся!

– Мы учимся, чтобы облегчить людям жизнь, чтобы они не болели и не голодали.

– Откуда вы знаете, что облегчит людям жизнь? Для этого надо знать замысел господний? А вам его знать не дано. Нет, молодые люди! Опять в вас гордыня говорит! Будущее знает только бог! Иногда, очень редко, он открывает его избранным! Эти избранные предупреждают людей, ходят по миру с проповедями, пишут священные книги. Но чаще всего, их глас остаётся гласом вопиющего в пустыне. Простым людям дана свобода верить святым проповедникам или не верить. Верят немногие. Большинство же не узнают в их проповедях глас божий, и остаются во тьме и грехе.

– Греши, не греши, предсказание всё равно сбудется, иначе оно не предсказание, а обман.

– Нет! Ты, Алиса, не права! Грех бежит впереди предсказания, а беда, которую предсказывают пророки, следствие греха. Не греши – и не будет худых предсказаний. Если люди верят, раскаиваются, искренне молятся, зачем богу карать их!?

– Дедушка, ты говоришь странно, намекаешь на какие-то беды. Ты их знаешь? Ты избранный?

– Кто же это знает? Божье слово чувствуют не умом, а сердцем. Бог ли через меня говорит, или дьявольская гордыня во мне – сам не знаю. Но я в последнее время часто стал смотреть в небо. Не хочу, а взгляд устремляется против моей воли. И вижу я, что небо стало не таким, как раньше. Что-то произошло. Не пойму, что, но чем дольше смотрю, тем сильнее тревога! Тяжёлые времена нас ждут. Вот ты, Алиса учишься, радуешься, родители твои радуются, что дочь их станет учёной, а я не радуюсь. Лучше бы ты отцу с матерью помогала по хозяйству. Или твой двоюродный брат Андрей Юстус. На музыканта учится! Всю жизнь собирается в трумпетку дудеть! Разве это работа для мужчины?! Стыд и срам! Мужчина должен в поте лица добывать для семьи хлеб насущный. А в трумпетки дудеть или на гармошке играть надо в свободное от работы время, для развлечения. А если кто всю жизнь собирается развлекаться, ничего у него не получится, бог его накажет.

– Андрей не себя будет развлекать, а других. Музыка украшает жизнь. Андрей учится делать жизнь людей красивой и приятной.

Алиса, как белка, спустилась по лестнице в погреб и достала пузатый глиняный горшок, сразу запотевший, едва он очутился на столе; нарезала в кастрюлю зелёного лука и укропа, налила из горшка простокваши, принесла из дома хлеб.

– Что бог послал! Для такой жары лучшей еды не придумаешь, – сказал дед.

– Давай, дедушка, налью тебе в твою тарелочку. А ты, Сашка, сам наливай сколько хочешь.

– Ешь, Александр! Пока у нас нормы нет, – сказал дед, – а дальше, что бог даст. Так я к чему речь веду? Самое главное, чему надо научить человека – слышать бога. Без этого все ваши знания ничего не стоят и будут вам не во благо, а во зло.

– Дедушка, где ты таких мыслей набрался? Слушать тебя как-то странно.

– Давно живу, внучка. Много думал. Думка к думке – вот и пришло понимание.

Втроём съели каравай хлеба и выхлебали двухлитровую кастрюлю простокваши с зеленью.

– Вот видите, чем хороша простая народная еда, – сказал старый Соломон, – быстро, без выдумок, все сыты и довольны! Воистину, бог послал! Вы куда сейчас?

– На Волгу пойдём, искупаемся!

– Ну идите, а я полежу часок. Бог даст, вздремну.