Александр Ведров – Амурская сага (страница 10)
Для присоединения амурских земель двинулась та же единственная реальная сила, казачество, которой Лев Толстой придавал огромную роль:
Следом, опять же из Якутска, двинулся в поход Ерофей Хабаров, который по реке Урке, впадающей в Шилку, вышел к городку князька Лавкая, брошенному им с приближением казаков, а потом к владениям Албазы, племянника Лавкая. Казачьи мушкеты и пищали решали исход любого боя. За Хабаровым последовали другие отряды, поставившие на левобережье Амура добрый десяток острогов.
Отношения дауров с маньчжурами были далекими от дружественных. В 1639 году, отбиваясь от притеснений, даурский князь Бомбогор поднял на борьбу с маньчжурами объединенные силы, но был разбит и, как полагается, казнен. Но не успели пораженцы залечить раны, как перед ними замелькали казачьи отряды, требующие выплаты ясака. Дауры, попавшие под казачьи погромы, были вынуждены пойти на союз с маньчжурами и переселились на юг, за Хинганский хребет. Как пришли, так и ушли вечные скитальцы. Пришли из Монголии, ушли в Китай. Побережье Амура опустело. Осталась местность под названием Даурия. Кто ее займет? Вот в чем вопрос.
В середине девятнадцатого века под напором тогдашнего начальника Сибири Муравьёва-Амурского в Приамурье было переселено тринадцать тысяч казаков, даже больше; позже к ним присоединились семьи с Дона, Кубани, Оренбуржья, основавшие с полсотни селений. Государь подписал указ о создании Амурского казачьего войска. Так Россия пришла на Амур навсегда.
Основным хозяйственным занятием казаков было земледелие. Казаки не платили земельный налог, но взамен обязаны были по первому призыву выступить на службу царю и Отечеству на своих лошадях и с оружием. Конь – первая опора казаку. В почитание лошадиных заслуг устраивались скачки и джигитовки, в которых лошади рвались к победным кубкам с той же страстью, что и наездники.
Казачьи усадьбы огораживались прочными заборами. Изначально станицы застраивались вкруговую, чтобы держать оборону при нападениях. Стены казачьей избы, куреня, украшались оружием, конской сбруей, картинами батальных сцен. Своеобразный уклад жизни вынуждал казаков жить большими и неразделенными семьями. Глава семьи обладал единоличной властью, однако же казáчки имели более высокую степень свободы по сравнению с крестьянками. Годовалого казачонка уже сажали на коня, надевали ему шашку, и отец водил коня по двору, приучая ребенка к предстоящей службе.
Плоты причалили к Албазино, имеющему героическую историю. Как упоминалось, в 1651 году отряд Е. Хабарова занял городок даурского князька Албазы, расположенный в устье Амура. Здесь образовалась вольная «казачья сечь», а беглые люди Черниговского основали «воровской острог». Им поступило царское помилование, и следом образовано обширное Албазинское воеводство, простирающееся от реки Шилки до реки Зеи. Русское соседство стало костью поперек горла маньчжурам, имевшим большие виды на «северные земли».
Маньчжуры. Что за народ и чем он славен? То была та же тунгусо-маньчжурская группа, ее предки известны под именем чжурчжэней. Если припомнить, углубившись в историю, то шесть веков назад Восточная Маньчжурия была заселена многочисленными тунгусскими племенами. Пару веков спустя один из вождей объединил аймаки, создав позднюю империю Цин, и завоевал Северный Китай. Эта территория стала называться Маньчжурией, а чжурчжэней объявили маньчжурами, чтобы не путаться в названиях территории и заселяющего ее народа. В семнадцатом веке Цинское государство перешло Великую Китайскую стену и присоединило к себе весь Китай.
В 1685 году цинская армия приступила к осаде казачьей Албазеи. От артиллерийских обстрелов пали жертвами до сотни жителей и служивых людей. Пушечные ядра навылет пробивали стены острога, предназначенные для защиты от стрел кочевников. На помощь осажденным из Нерчинска шел казачий отряд под командой Афанасия Бейтона, но отвлекся на стычки с местными племенами и к началу военных действий подойти не успел.
Через неделю осады начался штурм. Тот день, тянувшийся вечностью, пылал, грохотал и стонал в рукопашных боях, и только поздним вечером маньчжуры отступили. Через десять дней, когда закончились запасы пороха, крепость была сдана, и воевода Алексей Толбузин ушел с отрядом в Нерчинск, который китайцы тоже считали своей территорией. Маньчжуры сожгли крепость и ушли, посчитав дело сделанным, но здесь-то они крепко просчитались, чего история им не простила.
Толбузин, стратег от природы, решил восстановить брошенную крепость на Амуре, окрест которой дозревали хлеба, пущенные под зимние запасы продовольствия. В Албазею на исправление исторической оплошности, чтобы впредь не опаздывали, были направлены две казачьи сотни Бейтона. Следом за ними с полутысячным войском и рабочим людом на пепелище прибыл А. Толбузин, давший ход восстановительным работам. Застучали острые топоры и запели звонкие пилы, возводя фортификацию по передовому военному образцу. Линия защиты сооружалась ломаной, с выступами под орудийные бастионы. Толщина земляных валов достигала четырех-пяти сажень – пробей-ка такие! По внешнему периметру прорыт глубокий ров. Огневую мощь укрепления составляли тяжелая мортира с пудовыми ядрами, восемь медных пушек и три пищали. У китайских лазутчиков от увиденного округлились глаза.
Разгневанный китайский император дал указание лучшему полководцу Поднебесной Лантаню разгромить упрямый гарнизон и захватить Нерчинск, чтобы впредь на Амуре не пахло русским духом. Армада из ста пятидесяти судов с пятитысячной армией двигалась по Амуру, другая часть на трех тысячах лошадей шла берегом. В разгар лета над Амуром разразилась артиллерийская канонада, но на этот раз огненный шквал не принес нападавшей стороне желаемых результатов.
Ядра вязли в земляных валах, хотя защитники все же несли ощутимые потери. В начале кампании погиб Алексей Толбузин, истый герой албазинской эпопеи, предрешившей присоединение Приамурья к России. Пушечное ядро влетело через бойницу и разорвалось внутри бастиона, где находился воевода. Командование гарнизоном перешло к Бейтону. Первый штурм был отбит, и началась долгая осада, изнурительная для обеих сторон. Для штурма крепости китайцы возвели тройное кольцо траншей. Даже разведке, прибывшей из Нерчинска, не удалось проникнуть в городок. Албазинцы не только защищались, но и сделали пять ночных вылазок на вражеские позиции, сея панику и разгром с применением «ручных ядер», оружия ближнего боя, позже известного как ручные гранаты.
Осада затягивалась. В городке были снесены все постройки, защитники укрывались в подземных убежищах. В сентябре и октябре отбили два больших штурма, последний – самый ожесточенный, когда сами удивлялись, как отбились. Наступивший ледоход, оставив китайцев без продовольствия, стал союзником осажденных, у которых, однако, объявился другой враг в облике цинги; скудели дровами и водой. Китайцы массово мерли от голода, тогда как у русских из ста пятидесяти оставшихся в живых защитников только сорок пять человек держались в карауле на ногах. Положение отчаянное. В декабре из боевых позиций крепости был устроен цинговый лазарет, по которому ковылял на костылях, еле перетаскивая по земле опухшие ноги, казачий голова Афанасий Бейтон.
Спасение пришло через полгода осады, когда между конфликтующими странами было заключено перемирие. К тому времени половина цинских войск тысячами полегла под стенами несломленной крепости. В 1689 году якутский наместник Фёдор Головин подписал с Цинской империей Нерчинский договор, по которому обе державы обязались не заселять спорные албазинские земли. Это был компромисс до поры до времени. Русские колонисты покинули амурскую землю. Цинская династия намеревалась превратить Амур в буферную зону, исключив хождение русских судов по Амуру. «Судоходная тяжба» затянулась надолго, но и для Китая левый берег Амура стал запретным, что оставляло России великий исторический шанс.
В тот решающий период маньчжуры претендовали на огромные территории Восточной Сибири, и не будь защиты русского форпоста в Албазино, все намерения России на вхождение в Забайкалье должны были кончиться крахом. Семьсот отданных жизней албазинских защитников стали тем закланием, благодаря которому существуют нынешние границы азиатских пространств России. Слава павшим во веки веков!
Полтора века «нейтральная земля» ждала своих новых покорителей, и они пришли опять из России. К той поре, в середине девятнадцатого века, на тихоокеанской арене возник англо-французский альянс, добивавшийся ослабления России и проникновения на Дальний Восток, куда пожаловали заокеанские гости. Продвижение русских ватаг в глубь «непроверенных и богатых соболем землиц» осуществлялось с территорий Западной Сибири, но хозяйственному освоению Приамурья противодействовали кочевые феодалы Сибири, Монголии и маньчжурская династия.