Александр Вдовин – СССР. История великой державы (1922–1991 гг.) (страница 65)

Уменьшились репрессии и в самой правящей партии. Январский (1938) пленум ЦК ВКП(б) призвал партийные организации исправить «серьезные ошибки», допущенные в работе по очищению партийных рядов от «троцкистско-правых агентов фашизма», обязал их «решительно покончить с массовыми, огульными исключениями из партии», в течение трех месяцев рассмотреть все апелляции исключенных и не позже чем к 15 февраля 1938 г. обеспечить их поступление на работу. Партийным организациям было предписано «привлекать к суровой ответственности лиц, виновных в клевете на членов партии». 26 января 1938 г. в «Правде» была помещена передовица «Реабилитировать неправильно исключенных, сурово наказать клеветников!». Все это привело к резкому сокращению репрессий в отношении членов партии. О динамике репрессий можно судить по числу исключенных из ее рядов: в 1937–1938 гг. — 216 тыс. человек, в 1939 г. — 26,7 тыс., в 1940 г. — около 40 тыс. В то же время в 1939–1940 гг. в партии восстановлено 164,8 тыс. человек. Из 34 членов Политбюро, входивших в него в 1917–1939 гг., репрессировано 17, из 27 членов Секретариата ЦК — 15, из 64 членов Оргбюро — 42, из 71 члена ЦК — 49, из 18 председателей и заместителей председателя Совнаркома СССР — 10.

Одним из результатов чисток и репрессий было обновление и омоложение партийной номенклатуры. Если в 1930 г. почти 70 % секретарей обкомов, крайкомов и ЦК нацкомпартий были партийцами с дореволюционным стажем («ленинская гвардия»), то в 1939 г. эти посты более чем на 80 % были укомплектованы лицами, вступившими в партию после смерти Ленина, а среди секретарей райкомов и горкомов таковых было более 93 %. Огромные потери понесла молодежная организация ВКП(б). Из 93 членов ЦК ВЛКСМ, избранного на Х съезде комсомола в апреле 1936 г., в 1937–1938 гг. было репрессировано около 90 % пленума и 88,2 % Центральной ревизионной комиссии.

В марте 1939 г. И.В. Сталин обнародовал цифры, согласно которым на XVIII съезде партии было представлено на 270 тыс. коммунистов меньше, чем на предыдущем съезде в 1934 г. За период между съездами «были выдвинуты на руководящие посты по государственной и партийной линии более 500 тыс. молодых большевиков, партийных и примыкающих к партии». Если предположить, что выдвижения осуществлялись главным образом для замены репрессированных руководителей, то можно сделать заключение и о числе репрессированных коммунистов, занимавших руководящие посты в партии и государстве. Всего же, по современным оценкам, только за 1936–1939 гг. арестам подверглись более 1,2 млн коммунистов, что составило половину общей численности партии. Из них вышли на свободу 50 тыс. человек, остальные расстреляны (600 тыс. чел.) или погибли в лагерях.

В результате репрессий, завершивших «революцию сверху», в стране окончательно утвердился режим личной власти Сталина, который умел подчиняться социальным и экономическим реальностям, но и в дальнейшем широко использовал насилие и страх наряду с иными методами управления обществом. В этом отношении Сталин следовал известной максиме: «Устрашение есть могущественное средство политики, и международной, и внутренней. Война, как и революция, основана на устрашении. Победоносная война истребляет по общему правилу лишь незначительную часть побежденной армии, устрашая остальных, сламывая их волю… В этом смысле красный террор принципиально не отличается от вооруженного восстания, прямым продолжением которого он является» (Троцкий Л.Д. Терроризм и коммунизм. 1920).

Вместе с тем, попытки свести всю сложность социальной истории СССР 1930-х годов с их «Большим террором» к «сталинским репрессиям» являются ошибкой. Правильнее рассматривать это время как продолжение Гражданской войны в ее новой форме. Главными организаторами массовых репрессий были «региональные бароны» — первые секретари партийных организаций республик, краев, областей. «Репрессиями снизу» они стремились оградить свою власть, не допуская альтернативных выборов. «Репрессии сверху» Сталина были главным образом ответом (Фурсов А. Как посредственный Сталин гениев мировой революции обыграл // Комсомольская правда. 2012. 3 апр.). «Революция 1937–1938 гг.», придавшая окончательный вид сталинской системе, привела к уничтожению значительной части «ленинской гвардии», выдвинувшейся во власть в годы Октябрьской революции и Гражданской войны.

По мнению некоторых исследователей, Гражданская война продолжается и по сей день. «Эта перманентная война включала в себя и репрессии 30-х годов, и Великую Отечественную войну, и холодную войну, и “катастройку”… и развал Советского Союза, и расстрел Верховного Совета… “Белые” и “красные” — это сегодня не исторический анахронизм, а историческая реальность, такая же, как деление общества на классы и классовая борьба» (Ермолин С. Белая слякоть, или трагедия страны и пятая колонна. 21.11.2015. http://maxpark.com/community/7263/content/4826695). Однако нельзя не заметить, что в это деление не укладываются, к примеру, Раковский, Бухарин, Зиновьев, Хрущев, Горбачев, Яковлев, Ельцин, Гайдар и др. По уточнению известного ученого, историческая реальность — это разделение не на «белых» и «красных», а «на государственников и врагов государственности» (Карпец В. «Цвет» или страна. 15.12.2015. http://karpets.livejournal.com/1738320.html).

Наиболее пострадавшей от репрессий оказалась Красная Армия, особенно ее высший командный состав. Из 837 человек, имевших в 1935 г. персональные воинские звания от полковника и выше, арестовано 720 (86 %). Всего же в 1937–1938 гг. из РККА уволено 36 898 офицеров (для сравнения: до 1935 г. во всей армии их было около 40 тыс.), из них по политическим мотивам — 29 тыс. К 1941 г. 13 тыс. из них были восстановлены в армии, арестовано было до 8 тыс., расстреляно — до 5 тыс. человек. Число уволенных составляло около 2,5 % от общей численности офицеров накануне войны.

В нагнетании атмосферы подозрительности, шпиономании, поиска «врагов народа» в армии, помимо Сталина и Ворошилова, большое участие приняли Л.З. Мехлис (занимал высшую политическую должность в РККА после самоубийства начальника Политуправления Красной Армии Я.Б. Гамарника), а также заместитель наркома обороны по кадрам Е.А. Щаденко. По версиям тех лет, заговоры в армии после разоблачения Тухачевского готовили маршал А.И. Егоров (с 1935 г. начальник Генерального штаба, с мая 1937 г. первый зам. наркома обороны СССР, с января 1938 г. командующий войсками Закавказского военного округа; в апреле того же года арестован), затем командарм 1-го ранга И.Ф. Федько (командовал в 1937 г. Киевским военным округом, с января 1938 г. — первый зам. наркома обороны; в июле 1938 г. арестован).

Выдающиеся военные деятели СССР позднее почти единодушно отмечали губительную роль репрессий в армии в предвоенные годы. Маршал Г.К. Жуков считал: «Не будь 1937 года, не было бы и лета 1941 года». Такой же позиции придерживался маршал И.С. Конев. «Не подлежит сомнению, — говорил он, — что если бы тридцать седьмого — тридцать восьмого годов не было, и не только в армии, но и в партии, в стране, то мы к сорок первому году были бы несравненно сильней, чем были». «А я скажу больше, — утверждал маршал A.M. Василевский. — Без тридцать седьмого года, возможно, и не было бы вообще войны в сорок первом году». Правда, некоторые, например известный философ А.А. Зиновьев, утверждали: «Если бы не сталинские жестокие меры, нас уже в 41-м году не было бы».

Модернизация в культуре в годы 3-й пятилетки, как и раньше, в основном определялась политикой советского руководства в сфере образования и науки. Со времен Гражданской войны в стране велась ликвидация неграмотности. Созданы были тысячи школ, кружков, пунктов, где грамоте обучали взрослых и детей. С середины 1930-х действовала эффективная система народного образования. В средней и высшей школе фактически была восстановлена дореволюционная модель с регламентированной системой занятий и достаточно жесткими требованиями к оценке знаний. Введены обязательные государственные программы обучения, стабильные учебники, строгий порядок учебного процесса. Вместе с тем политика во многом подчинялась задаче создания тотального контроля над всей социокультурной сферой жизни общества.

В соответствии с правительственным постановлением «О работе по обучению неграмотных и малограмотных» (январь 1936 г.) к концу 1930-х гг. расширено обучение взрослых в средних общеобразовательных школах. В 1939 г. здесь обучалось более 750 тыс. человек (81 % — в подготовительных и 5–7-х классах, 19 % — в 8–10-х классах). Налажена была система заочного обучения взрослых с использованием консультационных пунктов. В РСФСР заочным обучением охвачено около 40 тыс. человек.

Школы и вузы. К концу 1930-х гг. в стране функционировало 152 тыс. школ, более 800 вузов (в 1917 г. их было немногим более 100, в 1941 г. — 817), более 3,7 тыс. техникумов и других средних специальных учреждений. Число учащихся в школах достигло 34 млн, в вузах — 601 тыс., в техникумах–1,1 млн. Всего же в стране обучалось около 48 млн человек. В городах к этому времени был завершен переход к семилетнему образованию. Согласно заданиям третьей пятилетки планировалось осуществить переход к всеобщему среднему образованию в городах и семилетнему — в сельской местности и национальных районах. Однако в связи с началом Великой Отечественной войны выполнить плановые задания не удалось. По этой же причине всеобщее 7-летнее обучение в СССР было осуществлено только к 1956 г.