Александр Вайс – Меж светом и тьмой 5 (страница 31)

— Просто прижми этого щенка, — прошипела жена и княжич застонал в ту же секунд. — Сашенька! Сука, что ты делаешь⁈

— Слушаю угрозы в свой адрес в своём доме, — иллюзия сложила руки на груди. Я же всего лишь повредил печати, поддерживающие состояние княжича. — Ах да, жест доброй воли — признание, что род Покровских ничего не должен Волковым плюс безвозмездная передача всего имущества в совместном владении. При этом в течении месяца вы несёте полностью материальную ответственность за любой урон производству — хоть некачественные материалы, хоть нападение другой страны или демонический разлом.

— Андрей… ты перегибаешь, — тихо сказала Полина. — Слишком много хочешь…

— Нет, слишком много, это если бы я сказал «князь Волков должен встать на колени и исполнить ритуал смывания позора своей кровью», — у нас на Альдаране у пары народов была такая традиция. Уверен есть и в этом мире. — Но после удара в спину и попытки взять меня в рабство, я не собираюсь отыгрываться.

Я рисковал начать бой, который выиграть будет очень сложно. Но князь вряд ли сможет защититься от атаки Дейрона.

Ещё несколько обменов фразами, и они прогнулись, так и не попытавшись заставить меня силой. Хотя наверняка держали этот план в голове. Все бумаги подписали и отправили в имперскую канцелярию — сумма была огромной. Я даже показал жест доброй воли — не стал ждать подтверждений, а иллюзия просто откатила Александра в сторону к отошедшему мне и поле замыкателя активировалось.

Правда иллюзия распалась, но пациент этого не видел.

Хотя бы кто-то имеет разум. Я усыпил Александра… яд был чем-то невероятным… и иным. Пришлось позвать Вивьен — она помогла разобраться, и я вернул княжича семье. Его ядро и даже первые два кольца уцелели. Волковы сразу умчались искать закладки, которые я не оставил.

Я поблагодарил Эстель и Дейрона за помощь. Насыщенный день только начинался.

— Ты… жёсткий, — сказала Полина перед уходом, когда не слышали её родственники. — Давно ни один граф не смел так разговаривать с моими отцом и дядей. Но в какой-то мере я тебя понимаю. С Еленой обошлись жестоко.

— Вы практически вплотную подошли к необратимым последствиям. Восстановление займёт не один месяц. Иначе вы бы не отделались какой-то парой миллиардов.

Волковы ушли, вскоре прибыл артефактор Юсуповых и получил инструкции, а также мой заказ на улучшение лазуритового клинка, не выдержавшего силу богини. При этом я дал кое-каких материалов из Бездны, приведя того в неописуемый восторг.

Созвонился с Назаровым, который успешно взял род под контроль и вопреки огромному ущербу роду, освободил всех пленных на их рудниках в Осколках. Его отца и дядю посмертно признали виновными и лишили всех регалий, а Назаровы попали на огромные штрафы. Могущественная сила Пскова распалась. Кажется, Демьян перебрал с благородством. Но он не хотел дальше жить используя могущество, полученное за счёт тысяч растоптанных жизней.

Булатов расспрашивал о случившемся. Орлов, которого временно попросили остаться в городе, тоже забрал немало времени. И теперь крутился вокруг Лены. Пламенев был откровенно удивлён моими поступками. И, как ни удивительно, занял мою сторону. Волковы пытались задержать и его сына, но не рискнули конфликтовать.

Я получил все документы и с помощью Юсуповых и Пламенева начал большие траты. Ремонт поместья, охрана моего комплекса, закупка оборудования и материалов для развития. Новый бронированный представительский и грузопассажирский флаеры, партия доспехов от Юсуповых.

Поместье наполнила активность. Особый новейший нагнетатель, даже чуть лучше украденного Соколовым у Барона, установили в опустевшем зале. Бывшая богиня сразу прописалась там, чередуясь с Германом. Эстель не собиралась отказываться от человечности, но понимала пользу силы. Впрочем, гораздо больше она общалась с разными людьми. Я представил её своей подругой.

Вечером двадцать третьего я прилетел к окрестностям поселения Астратово в облике Осборна. Малфас сам нашёл меня и завис напротив над лесом. Выглядел как обычный элегантный мужчина в чёрном пальто. Но сканер на демоническую энергию, разумеется не тот, что мне выдали, зашкалил даже с дистанции нескольких десятков метров.

— Убедился? — насмешливо спросил архидемон, магией направив голос так, чтобы казалось, словно он стоит прямо передо мной. Я сделал ровно то же. Разумеется общались мы на моём родном языке.

— Скорее из любопытства проверил. Ты меня пригласил. Так что выкладывай то, что хочешь первым.

— Как пожелаешь, — он насмешливо поклонился. — Ты интересен владычице Хине. Не знаю причин, да и не моё это дело. Знаю, что ты возрождённый иномирец, причём пришедший оттуда же, откуда явилась узурпатор Шейд.

— А кто правил до Шейд? — с интересом спросил я.

— Разумеется, владычица Хина и её младшие сёстры, — не думаю, что Малфас лгал. Вопрос в том почему он это говорил? Сама Хина исказила историю или с Аурелией всё сложнее?

— И каково жилось при ней? — с интересом спросил я. — Я не насмехаюсь, мне правда интересно.

— Приятно говорить с теми, чей разум не затуманен фанатизмом. Увы, ответить я не могу, — Малфас развёл руками. — Я родился чуть меньше полутора тысяч лет назад, по местному исчислению. Загадка рождения демонов всё ещё покрыта для нас тайной. Владычица не отвечает на этот вопрос. Но подозреваю мы родились из хаотичной силы погибших богов, людских душ, ярости госпожи и ещё чего-то… придавшего форму нашему разуму, скажем так. Вижу, ты тоже хочешь мне что-то сказать.

Говорить с пожирателем душ, убившим десятки тысяч мне не нравилось. Зато это было крайне продуктивно. Я решил посмотреть, к чему приведёт разговор.

— Вы говорите на языке моего родного мира. И Шейд — чужая и для нас. Она устроила ужасную катастрофу и сделала с миром нечто, из-за чего магия начала угасать. Я бился с Шейд и сильно ранил, но не смог убить. Если честно, ваш язык я всегда считал продуктом её насмешки — мелочной местью. Вроде того, как превратить имя врага в нарицательное ругательство. Сделать элемент его культуры чем-то уничижительным.

Малфас пригладил подбородок, наклонив голову и смотря на меня с интересом.

— Как неожиданно… но узурпатор не могла настолько повлиять на нас. Иначе не позволила бы стать угрозой для своего существования.

— За полторы тысячи лет вы так не свергли лживую тварь, — заметил я, и демон прищурил тёмные глаза, в которых замерцали красные искорки.

— Осторожней со словами, Осборн. Я убивал за меньшее. Претензия глупа, ведь наша роль — это не свергнуть ложную богиню, а дать путь истинной. Всё что мы делаем должно сокрушить печать. И тебя возродили, чтобы ты помог Владычице Хине взойти. Жаль, похоже ты слишком мягок. Но это твой путь… и Владычица ищет встречи с тобой.

Я хмыкнул и осмотрелся. Люмьер и Чешуйка всё ещё не находили признаков засады.

— Но я никуда с вами не пойду, и ты это понимаешь. Ментальная магия на меня не действует.

— Госпожа приказала не пресекать твой путь. А её слова — это закон для меня, даже если я бы предпочёл устранить мошку. Смерть Ифрита сильно ударила по нам, тогда как династия Романовых не прочувствовала всю серьёзность моих намерений. Без сомнения, Хина сейчас наблюдает, и я могу лишь просить её наказать тебя за вмешательство в великий план.

Как-то… странно прозвучало. Однако я вспомнил о разнице «истинных богов» и пришлой Шейд.

— Давно хотел спросить: Хина связана со всем этим миром и потому может увидеть нас? Ей нужен проводник, есть ли ограничения?

Малфас ухмыльнулся и охотно рассказал о величии своей владычицы. Если опустить яркие эпитеты, Хина сможет заглянуть в любую точку мироздания. Сейчас, когда печать слабеет, ей всё легче вмешиваться. Шейд же лишь частично соединена с миром и ей требуются те самые проводники — алтари или те кто с ними связан. Проще говоря, перед церковниками следует быть аккуратнее.

Если честно, жутковато понимать, что она за мной пристально следит. Но мне остаётся просто делать то, что нужно.

Малфас продолжал речь.

— И здесь мы подходим к истинной цели нашей встречи. Мы должны освободить Ноктюрн.

— Мы? — осведомился я.

— Можешь сделать это сам, или помочь мне, — пояснил Малфас. — Я расскажу тебе истину, о которой знают единицы людей. Не знаю почему, но Владыка приказала сообщить тебе и даже помочь, если появится реальная возможность. Ноктюрн не просто архидемон: она частица Владычицы — фрагмент её самой, её силы и сути, протиснувшейся сквозь брешь в печати. Ничто в мире людей не может разбить божественность. Шейд не в силах отвлечься, поэтому Ноктюрн заточили и испытывают выносливость и волю к борьбе. Вместе с тем, давление на Ноктюрн отнимает у Владычицы Хины немало сил, что сковывает нас. Всё что требуется — освободить одну из нас.

Я… честно говоря задумался. А стоит ли давать возможному врагу больше сил? Однако Эстель ни на секунду не сомневалась, что её сестра могла стать злом во плоти — врагом жизни.

— Моя сестра страдает, человек, — Малфас заложил руки за спину. — Не сочти, что я пытаюсь унизить церковь. Ведь исходя из твоего рассказа, для тебя Шейд враг даже больший, чем для нас. Но Ноктюрн сжигают двести лет. Знаешь ли ты, почему никто из наших последователей не боится смерти? Потому что души, отмеченные богиней смерти, идут к ней.