Александр Васильев – Рациональное общество. Том 4 (страница 13)

То, что в современном производстве преодоление механических сопротивлений обеспечивают машины, не изменяет основные понятия трудового процесса и труда. Просто труд становится механизированным и автоматизированным и превращается, в сущности, в более сложную систему деятельности, в которой человек является структурно-функциональной Единицей (СФЕ). На человека возлагаются теперь, – во всё большем масштабе, трудности контроля и управления по ходу трудовых процессов, трудности по устранению сбоев и аварийных ситуаций.

Соответственно научному расширению и углублению понятия труда, следует научно расширить и понятие производства как такового, и общественного производства (см. соотв. статьи автора). В научном, культурном и прочих информационных производствах имеют место, – по общественно целевой направленности, трудности интеллектуального и психологического характера, трудности согласования общественных и личных целей, общественно доминирующего и личного миропонимания, что ставит вопрос общественно рационального конституционного установления главенства общественных целей над личными, общественно рационального подчинения, – с научно-практическим обоснованием этой нормы.

Труд производит, сохраняет, развивает средства достижения целей, многие из которых, ввиду их постоянной и высокой значимости (функциональному весу) в процессах индивидуальной, групповой и общественной жизнедеятельности (в том или ином масштабе) принято обозначать словом-термином ценности. Труд производит не только материальные и технические продукты (предметы, объекты, сооружения и пр., множества средств для …), но также целевые процессы и условия для …, в том числе для более высоких по иерархическому уровню в обществе процессов и условий. Таким образом, исходя из многих положительных для общества следствий из этой базисной сущности труда, видится общественно необходимым максимизировать трудовую функциональную мощность человеческих ресурсов, то есть установить конституционную обязанность участия граждан в общественном труде, – в труде по общественным целям, в тех или иных общественно эффективных формах (системах) его организации. «Рынок труда» видится, – при системном осознании общественного труда, прямо говоря, позорным для общественного разума наследием капиталистического прошлого, – неразумного в плане общественного самопознания.

Здесь мы логично должны бы рассмотреть и важнейшую для каждого общества тему организации ведущего общественного сознания, – своеобразной нейросети общества, с системным переосмыслением исторически сложившегося «партийного» мышления и академического мышления, с анализом современного состояния этих сфер и их взаимодействий. Но эта тема объективно назначена, думается, официально установленным «местам высшего мышления», назначенным служить Отечеству посредством высокоорганизованного интеллектуального труда. Мышление «снизу» назначено, – как показывает история развития общественного сознания, для инициации (возмущения) высшего профессионального мышления. Но, однако, и здесь видится исторически сложившаяся неорганизованность, – не только отсутствие необходимых связей, но и самоизоляция, рабочая настроенность мышления ученых-профессионалов по лично выгодным конформистским и прочим направлениям. Однако продолжим всё же вырабатывать наши возмущающие усилия.

Теперь полезно системно увидеть и высшие цели человеческого общества как такового, которые фундаментально определил человек как организм и как СФЕ в «трудовых» процессах от начал социогенеза. Определенную помощь в «системном видении», несомненно, окажут труды советских философов от биологии и первые системные мыслители в обществознании (Э. С. Маркарян [29], В. Г. Афанасьев [30] и др.), а также, надо надеяться, предыдущие авторские исследования, дополненные большой библиографией по научно-философскому наследию (см. стр. автора).

Из теоретических обобщений в общей биологии и авторских системных исследований можно видеть такие высшие целевые установки для каждого человеческого общества, во всей его истории (ввиду сохранения жизненного базиса), как сохранение базовых параметров состояния (самосохранение, с желательным прогрессом) и, соответственно, высокие показатели самоуправления, адаптации, гомеостатической (живой) устойчивости и эффективного программирования (плановой алгоритмизации) воспроизводства и развития. Данные целевые установки, как показывает великий опыт, хорошо видятся при определенных напряженностях и ущербах по всем процессам, затрагивающим их достижение. В древнем обществе естественной организованности эти высшие цели обеспечивались каждым человеком (семьей и группами семей) для личного сохранения и развития и одновременно, посредством организации коллективных деятельностей, для общины или общества в целом, с согласованием личных и общих целей посредством управления со стороны вождя и последующих в общественном развитии вождеств [1, -1].

В эволюционно-историческом развитии трудовых процессов механические сопротивления стали дополняться психологическими и интеллектуальными трудностями, – то есть «сопротивлениями» в сознании, дополнительно к трудностям организма по преодолению механических сопротивлений. Теперь уже широко применяются, даже в обиходной лексике многие отражения таковых трудностей, – «трудная (слишком тяжелая для меня) задача», «это не по моим силам», «научный труд», «морально-нравственные усилия» и прочие типовые выражения. Системный анализ трудовых процессов показывает общественную необходимость разделения их на эгоистичные и системно (коллективно) общественные, на общественно полезные (целевые) и общественно вредные, недопустимые (преступные по действующим гражданским и прочим правовым нормам). Характер многих процессов хорошо виден и без особого анализа, по современной жизнедеятельности граждан во всех странах. Эгоистичные процессы могут иметь и часто имеют общественно полезную направленность, – например, саморазвитие в качестве общественно полезной трудовой личности (СФЕ), но в современных обществах всё ещё имеют и вредную – паразитическую или (и) хищническую для общества.

Обобщенному и системному осознанию труда в обществе способствуют научные классификации труда, которые предпринимались многими учеными (после «разделения труда» Э. Дюркгейма). Некоторые сведения о них дает Ж. Т. Тощенко, в недавних предложениях по своей классификации профессий [31], которую он характеризует таким образом – «… позволяет более глубоко описать смысл профессии, выявить ее сущность и качество, обогатить представления о потенциале каждой из них. И что особенно важно – позволит по каждой из этих групп профессий, с опорой на общие и особенные их характеристики, более предметно определить реальные возможности решения таких важных социально-экономических задач технологического развития, как рост производительности труда, рационализация занятости, повышение эффективности производства, раскрытие творческого потенциала работника».

Здесь представляется полезным кратко заметить, что классификация труда определяется, конечно, целью её разработчика-исследователя, а для общества видится полезной, очевидно, такая классификация, которая будет обеспечивать (своим открытым для всех и убедительным содержанием) наиболее справедливое для трудящихся и общественно рациональное распределение продуктов гражданского потребления, – посредством «искусственного потенциала потребления», выраженного «денежными единицами» в той или иной форме. В качестве таковой можно предложить классификацию «трудовых профессий и должностей» по их функциональной значимости (весу), с отраслевым обобщением по равному весу, включая информационные виды и, соответственно, государственное производство информационных продуктов по целям управления общественным развитием. Соответственно определенным (научно установленным) значениям веса, организменным потребностям для конкретных видов и пространственным местам труда она должна быть дополнена, очевидно, и тарифными коэффициентами. То есть такая классификация может быть разработана на базе действующих классификаторов ОКПДТР и ЕТКС [32]. Только в отношении термина служащий (применяемого в ОКПДТР) надо заметить, что все трудящиеся, несомненно, служат достижению обществом высших целей, – посредством трудового достижения целевых множеств по информационным и технологическим путям движения общества к новым параметрам состояния, образующим потенции общества относительно окружающего мира как могущество. Тему «служения» (в сущности – функционально целевого движения человеческой «структурно-функциональной Единицы») надо рассматривать, конечно, отдельно, с рассмотрением великого опыта СССР в этом плане. И одновременно – темы общественного достоинства, трудовой доблести, воинской доблести. Полезно, думается, переосмыслить также и общественно, психологически рационализировать соответствующие награды выдающимся личностям гражданского и воинского труда, которые положительно и существенно воздействуют на всё общественное сознание, – соответственно возвышать также в нем и понятие общественного достоинства.

«Системный подход» в организации общественного труда, при наличии великого опыта социализма и современных научно-промышленных корпораций в этом плане позволяет, по большому счету, перейти от властно-идеологической политэкономии к научно-прогрессивной, исходящей не из идеологии, а из научного самопознания (в советском социализме такового подхода вовсе не было, использовались принципы и механизмы адекватно близкие системным для общества). То есть этот подход позволяет отказаться, наконец, от архаичных рыночно-капиталистических общественных отношений, установленных в далеком прошлом в качестве промышленно прогрессивных для общества. Они сохраняются до сих пор главным образом ввиду неограниченного обогащения крупных собственников и элитарных слоев общества, формирующих, как правило, государственную власть. Это определяет и выгодный им конституционный консерватизм соответствующей политэкономии, социально-экономических отношений, что препятствует развитию научно-прогрессивного самопознания, которое логично приводит к необходимости научной организации общественного труда, – в сущности, что надо повторять, – как комплексного движения общества в целом к более высоким параметрам состояния относительно окружающего мира, то есть к могуществу в существовании, в отношениях с дружественными и агрессивными (вражескими) странами.