Александр Цзи – Враг из тьмы. Мистический триллер (страница 14)

– А что Дробышев? – спросила Лира. Она побледнела, но говорила твердым голосом.

– Что – Дробышев? – уточнил Валов, глубоко затягиваясь.

– У него тоже были эти видения?

Несмотря на усталость, Валов проницательно прищурился сквозь дым.

– Конечно. Когда нам позвонили Свиридова и Кузнецов, я уже сам стал звонить всем остальным жертвам Слепителя.

– А… он точно перечислил эти видения?

– Вижу, вы подозреваете этого Дробышева, Лира? – спросил Валов.

– Он не вписывается в красивую закономерность Слепителя, – сказал я, с удивлением обнаружив в своем голосе раздраженную насмешку. Мне тотчас стало стыдно: из-за испуга, напряжения и не вылезающей из головы картинки с мертвецами в шляпах, я сорвался на Лире.

Она бросила на меня короткий взгляд, приподняв низкие брови, но ничего не сказала.

– Дробышев был в списке подозреваемых, – неожиданно заявил Валов, и настала моя очередь приподнимать брови. – Как только я увидел эту штуку, – он указал на коробочку с черным глазом, – мне на ум пришла дикая идея: что, если Дробышев использует некие мистические силы организма, чтобы видеть? А этот артефакт служит ему глазами? Похож ведь? Черный глаз, твою мать… Извините, Лира!

Лира с усилием улыбнулась. Улыбка тут же растаяла, когда она поглядела на коробочку.

– Теперь, в свете новой информации, – продолжил Валов, – этих видений, явной мистики, мы должны быть готовы к любому развитию событий. Вам я доверяю, ребята. Вы уже показали себя с самой лучшей стороны, и я надеюсь, что вы еще проявите себя… Не стоит, наверное, напоминать, что всё, сказанное в этой комнате, секрет… Только Дробышев ни при чем.

– Почему? – вскинулся я.

– Он всю ночь провел в больнице под неусыпным надзором. С семи вечера примерно, когда мы его забрали из дома. А Енисей Ковылин утверждает, что напали на него после девяти. Потом выкинули на территории университета имени Тынянова. Наши молодцы из засады видели, как это произошло, но поймать не поймали, за что получили по полной программе лично от меня… Слепитель ушел через канализационный коллектор, который никто, в том числе и я, не догадался перекрыть…

Повисла очередная пауза. Ее нарушила Лира:

– Мы не должны сдаваться, Константин Викторович. Пусть этот Слепитель ведьмак какой-нибудь, но это не повод сдаваться. Так говорил Дробышев. А он – художник, лишившийся глаз. По сравнению с ним нам еще повезло.

– Спасибо, Лира, – сказал Валов, чуть ли не с любовью поглядев на покрасневшую Лиру. – Так что будем ловить колдуна дальше… Как вы думаете, что это такое?

Он указал сигаретой на коробочку и затушил окурок в пепельнице.

Так как Лира промолчала, я кашлянул и шутливо сказал:

– Магический артефакт.

Валов кивнул.

– Верно, Евгений, совершенно с вами согласен.

Я опешил.

– Вы серьезно? Вообще-то я пошутил…

– Еще никто не доказал, что магии не существует.

– Самое время процитировать Артура Кларка, что, мол, продвинутые технологии неотличимы от магии, – сказал я чуточку ехиднее, чем намеревался. Определенно, сегодня я неосознанно сублимировал страх в неуместный сарказм.

Валов хмыкнул и подпер могучий подбородок кулаками.

– Если это и технологии, – сказал он зловещим тоном, – то людям лучше не знать о них… Итак, мои дорогие консультанты, какие есть соображения?

Я привычно глянул на Лиру, и она заговорила:

– Преступник видит в темноте. Все нападения произошли почти в полном мраке, тем не менее удары он наносил с удивительной точностью. Он использует какие-то магические артефакты, по крайней мере, один артефакт. И, видимо…

Она замялась. Я продолжил:

– Он гипнотизёр. Или колдун. Или и то, и другое. И у него, скорее всего, нет, как минимум, одного глаза. Надо же было ему куда-то вставлять эту штуковину.

Выводы «дорогих консультантов» были не бог весть какие, но Валов выслушал нас внимательно и без ухмылок.

– За что я уважаю молодежь, так это за незашоренность мышления! Мои немолодые коллеги ни за что не сказали бы вслух о колдунах и магии… Если верить древним сказаниям, – сказал он улыбнувшись, – металл всегда побеждал магию. Металла у нас достаточно. Так что будем воевать!

– Кстати, обратная последовательность Фибоначчи закончилась, – пробормотала Лира под нос. – И что-то обязательно должно случиться. Уже скоро…

Глава 11

Да, это точно, сказал я себе несколькими часами позже в другом месте и другой компании, что-то обязательно должно случиться. Слепитель может устроить массовое побоище, теракт, взрыв в центре города, начать новую извращенную закономерность, а может и исчезнуть навеки, оставив горожан, полицию и ФСБ в недоумении. Криминальная хроника помнит много серийных убийц, которые никогда не были пойманы. Признаться, последний вариант устраивал меня меньше всего, как бы это шокирующе не звучало. Азарт во мне достиг предела. Будь у меня шанс, я вцепился бы в Слепителя зубами, забыв о страхе перед мистикой, но не дал бы ему уйти.

– О чем ты думаешь? – прозвучал рядом мелодичный, но холодноватый голос.

Я повернул голову к Наташе. Она лежала рядом со мной в постели, и ее длинные черные волосы рассыпались по мятой подушке. За окном бушевала гроза, но нам после энергичных упражнений было жарко: тонкое одеяло почти не прикрывало Наташину грудь – небольшую, как у всех топ-моделей, но красивой формы.

– О Слепителе, – сказал я честно.

Посвящать Наташу в подробности нашего с Лирой участия в расследовании, памятуя просьбу (или приказ?) Валова, я не намеревался. Сейчас большинство жителей города думало о Слепителе и его зверствах, так что в моем ответе не усматривалось ничего удивительного.

– Перестань, Женя, – сказала Наташа. – Мне начинает казаться, что ты немного зациклен на этом Слепителе. Надеюсь, его поймают и казнят, пусть даже в нашем государстве нет смертной казни… Сделают исключение… И вообще, как ты можешь думать об этом сейчас? Ты и пять минут назад о нем думал?

– Пять минут назад я ни о чем не думал, – хмыкнул я.

Припухшие губы Наташи призывно раскрылись, я потянулся к подруге, но она в последний миг отодвинулась и, откинув одеяло, встала. В репертуаре ее бесконечных женских штучек была такая фишка: дразниться. Раньше это меня неимоверно заводило, а сегодня я просто откинулся на подушку с некоторым облегчением. У меня не было желания продолжать кувыркания на кровати – то ли я постарел, то ли Слепитель стал моей идеей-фикс, и я просто был не в состоянии сконцентрироваться на чем-то другом, даже на сексе с фотомоделью. Наташа приехала после обеда без предупреждения, набросилась на меня, как в кино, отшвырнув мокрый зонт под полку с обувью, и я сообразить ничего не успел, как очутился вместе с ней в постели. Но даже в минуты страсти, глядя в ее затуманившиеся глаза, я думал совсем о других глазах – тех, которые Слепитель выковыривал ложечкой, как мякоть из разрезанного вдоль плода киви…

– Я в душ. Потом сварю кофе, – сообщила Наташа, набрасывая мою старую клетчатую рубашку. Бесшумно переступая босыми ногами, она удалилась в ванную.

Неужели я действительно зациклился на Слепителе и не могу избавиться от мыслей о нем? После всего услышанного сегодня от Валова у меня плавился мозг. Одинаковые видения ослепленных людей, липкий взгляд черного искусственного глаза, невероятная хитрость маньяка, с помощью которой он столько времени водит вокруг пальца полицейских и безопасников, – неужто всё это происходит на самом деле?

Ближе к вечеру Наташа ушла, и, словно бы дождавшись ее ухода, позвонила Кира. Я мимолетно подумал, что дуракам (то есть мне) везет: позвони Кира чуть раньше, мне пришлось бы отклонить или проигнорировать вызов. Разговор у нас вышел длинный и по степени напряженности и мелодраматичности не уступал лучшим латиноамериканским мыльным операм. В итоге мы помирились, Кира обещала заскочить ко мне завтра вечером, скорее всего, с ночевкой. Едва я положил трубку, позвонил Глеб Литвинов, мой друг и бывший одногруппник. Он и еще два моих друга, Димка Пономарёв и Юрка Виртанен планировали собраться в «Китеже», нашем излюбленном кафе, на следующей неделе и звали меня. Я ответил, что приду.

После ужина звонила мать, интересовалась, сижу ли я дома, как она мне наказывала. Я соврал, что за два дня не высунул носа на лестничную площадку. Мама похвалила и передала трубку папе. Отец выразил надежду, что Слепителя скоро поймают, мама успокоится за ненаглядное чадо и разрешит мне, наконец, выйти на работу. Напоследок отец намекнул, что пришлет мне кое-какую работу по электронной почте, чтобы я сильно не расслаблялся.

После разговора с родителями наступило затишье. Вечер тянулся долго, нудно и муторно. Я смотрел телик, сидел в интернете, пытался читать какой-то разрекламированный роман, скачанный бесплатно с пиратского сайта (боже, храни пиратов!), но мысли упорно возвращались к Слепителю и веренице связанных с ним событий.

В девятом часу я пошел в ванную умыться. В зеркале мне внезапно почудилось, что оба глаза у меня залиты тьмой: нет намека на склеру – сплошная чернота. Вместо радужки – красноватое пятно, сплетенное из нитей, похожих на капилляры. Я моргнул, и наваждение пропало. Но неприятное, липкое ощущение пристального недоброго взгляда осталось…

Ночью мне снились кошмары, в которых я падал в пропасть, где корчились легионы бледных и жутких тварей, похожих на гибриды червей и людей, а над ними властвовало огромное и неописуемо отвратительное существо. Оно выдавливало из новоприбывших глаза и, мерзко чмокая, пожирало их… И вот его склизкие лапы потянулись ко мне. Я заорал и проснулся.