Александр Цыпкин – БеспринцЫпные чтения. Некоторые вещи нужно делать самому (страница 30)

— Ты чо обзываешься! — девочка чуть повысила голос.

— Вот вы, девчонки, странные такие. Я играю с улиткой, потому что мне нравится играть с улиткой. — Мальчик подумал и добавил: — А у тебя целый папа… Везёт же тебе. Давай меняться. Я тебе улитку, а ты мне своего папу.

— А у тебя что, своего нет?

— Нет. Мы с мамой вдвоем живём.

— Вы неправильно живёте. Скажи маме, что правильно с папой.

— Говорю постоянно. Она меня обнимает и… Всё. Ну, что, меняемся? Он же у тебя плохой. А моя улитка хорошая.

Девочка задумалась. Посмотрела на папу, который получал какие-то свёртки из коробки и ответила:

— Нет. Он плохой иногда. А так он хороший. Он знаешь сколько историй знает смешных. Живот можно надорвать от смеха.

— Ого, крутотень! Папка — говорун историй! Он не может быть плохим!

— А я и не говорила, что он плохой.

— Говорила!

— Не говорила!

— Это ты плохой!

Мужчина с коробками подошёл к дивану. И сказал:

— Не шумите так! Пойдём. Я всё купил.

— Пойдём, милый папочка. А расскажи мне историю про ёжика и трансформера, — попросила на весь магазин девочка.

— Милый папочка… Хм… Ну, слушай.

Подходя к машине, мужчина неожиданно остановился и пообещал:

— Милая, мы подарим тебе планшет. Только чуть-чуть позже.

— А мне не нужен планшет. Перехотелось.

— Вот так новость.

— Мне улитка нужна!

К дивану, где сидел мальчик, подошёл мужчина. В руках он держал коробки с надписями «Toyota».

— Сынок, прости, что долго. Менеджер — тормоз. Я смотрю, у тебя тут прямо настоящее свидание было?

— Да ладно тебе! Разве можно с этими девчонками дела иметь? Зато теперь я знаю ответ на твой вопрос!

— И кем?

— Как называются врачи, которые помогают людям с головой подружиться, даже если приходится врать?

— Психотерапевт!

— Вот. Я буду психотерапевтом!

Десять минут

Ольга всегда знала, что она — человек особенный, но её вторые половинки почему-то это мнение не разделяли. Надоевший сценарий повторялся раз за разом: ссоры, долгие нудные монологи, одиночество. Мама говорила: «Олюшка, на тебя нельзя кричать — можно только договариваться». А где возьмешь того, кто готов договариваться?

И вот очередное фиаско. Ладно, одна так одна. Поначалу всегда больно. Ольга ждала, что постепенно жизнь начнёт налаживаться, однако прошёл месяц, а тягостное чувство где-то глубоко в сердце не утихало. Немного помогала работа, но в выходные очень хотелось позвонить подлецу — до того было душно и одиноко. Звонить никак нельзя — это нехитрое правило знают и пятиклассницы. В кино! Нужно срочно идти в кино! На три сеанса подряд.

По пути Ольга заглянула в почтовый ящик. Кипа газет, буклетов и один белый конверт. Подумав немного, она повернула ключик: заберу потом, не хватало ещё перед выходом пачкать руки о свежую типографскую краску.

Годзилла на экране лениво водила туда-сюда жирным хвостом, маленькие, как муравьишки, люди бегали вокруг и кричали. Господи, нельзя быть такой дурой! Письмо прислал он, совершенно точно — он. Долгожданное примирение совсем близко, а она сидит и жуёт безвкусный, похожий на пенопластовые шарики попкорн.

Домой Ольга не шла — летела: её окрыляло предчувствие чего-то очень важного и хорошего. Письмо лежало на месте. Осторожно вытащив его двумя пальчиками, девушка понюхала конверт. Незнакомый запах, но приятный: что-то свежее, нежное, хвоя, лимонад и цитрус. Пикник на лесной полянке.

Письмо было написано от руки — милая странность в эпоху господства Times New Roman, и почерк твёрдый, красивый, без дурацких завитушек. Ни одной орфографической ошибки. Стоит заметить, что Ольга втайне гордилась школьными пятёрками по русскому языку и мужчины, пишущие грамотно, имели больше шансов на её симпатию.

«Добрый день!

Не сочтите меня нахалом, но вы — самая чудесная девушка на свете.

У меня есть предложение. Пожалуйста, завтра в 17.30 выйдите на балкон на 10 минут. Делать ничего не нужно, просто выходите. Любая работа должна быть оплачена, поэтому прилагаю к письму скромный гонорар. Если моё послание вас оскорбило, приношу извинения.

С искренним уважением, Х.»

В конверте лежали две тысячные купюры. Ну дела. Таких чудиков Ольге встречать ещё не приходилось. Письмо так увлекло, что потерянная любовь сама собой отошла на задний план. Может, рискнуть и выйти? А что надеть? Улыбаться или не надо? Её будут фотографировать?

В эту ночь Ольга впервые уснула без пустырника.

Утро наступило предательски быстро. Приоткрыв один глаз, Ольга нащупала телефон и выключила будильник. Обойдутся денёк без неё. (Как ни странно, действительно обошлись: девушка была бухгалтером, а вне периодов сдачи отчётности бухгалтер — фигура эфемерная.)

Вчерашнее письмо оказало на Ольгу странное воздействие: хотелось слушать песни на французском и делать забавные глупости. И пионов, много белых пионов. Дойдя до метро, она купила у бабушек цветов на две тысячи рублей, привела себя в порядок и в половине шестого вышла на балкон в маленьком черном платье и с букетом в руках. Ничего подозрительного Ольга не заметила, но ощущение чьего-то присутствия приятно щекотало нервы. Взяв лист бумаги, она написала: «Продлим?» и бросила послание в свой же почтовый ящик.

На следующий день её ждали ещё две тысячи и письмо:

«Здравствуйте!

Конечно, продлим. Пионы прекрасны, но вы их затмили. Если можно, выскажу небольшое пожелание: распущенные по плечам волосы вам идут больше».

«Извращенец», — подумала Ольга и радостно засмеялась.

В обеденный перерыв она сбегала в салон красоты, обещавший посетительницам «лук как у Ким Кардашьян», и на деньги извращенца сделала прическу, укладку и маникюр. Перемены не остались незамеченными: системный администратор тут же предложил Ольге помощь с операционной системой, а старший менеджер поменял бутылку с водой в кулере, хотя старая была полна на две трети.

В 17.30 она вышла на балкон и сказала громко: «Ну привет, извращенец. Наслаждайся». На прощание, не удержавшись, Ольга лукаво подмигнула невидимому зрителю.

Следующее письмо гласило:

«Добрый день!

Теперь я могу сказать, что видел ангела. Распущенные волосы очень вам к лицу. Пожалуйста, наденьте сегодня красное платье.

P. S. Я не извращенец».

Как он мог её услышать? Хотя не всё ли равно, пусть тайна остаётся тайной и придаёт жизни новые краски.

На очередные две тысячи Ольга купила постельное бельё с розочками и васильками.

Постепенно балконные променады стали частью её распорядка. Каждый день Ольгу ждали деньги и маленькие задания. Сказать на языке глухих: «Мир красивый и я красивая», жонглировать тремя яблоками, спеть «Как упоительны в России вечера» на китайском и так далее. Становилось всё интереснее, девушка с нетерпением открывала очередной конверт и ждала посланий. Деньги брала с удовольствием, но дело было уже не в них.

Конечно, ей хотелось знать, кто этот щедрый незнакомец. Созрел план, очень простой: Ольга решила отследить процесс попадания писем в ящик. В пять утра, прихватив бутылку с водой и бутерброд, она заняла стратегически удобную позицию на лестничной площадке второго этажа.

Через час снизу послышалось неуверенное шарканье. Перегнувшись через перила, Ольга увидела бабушку — типичного божьего одуванчика в платке и вязаной кофточке. Испуганно оглядываясь, старушка потянулась к почтовому ящику.

— Я так понимаю, вы моя тайная поклонница! — громко сказала Ольга и сбежала по ступенькам вниз.

Бабушка охнула и попыталась сбежать из подъезда, но не тут-то было. Молодость оказалась проворней.

Они вышли во двор вместе.

— Рассказывайте, — попросила Ольга. — Иначе я буду думать, что беру деньги у какого-нибудь бойкого пенсионера.

— Не у пенсионера, а у инвалида, — тихо поправила бабушка. — Не нравилась мне эта затея. Но он упёрся как баран: иди да иди. Хожу вот.

— Он инвалид?