Александр Цветков – Развёртка (страница 10)

Я рванул к нему, влетел в кузов, сорвал предохранение и дал по твари длинной очередью.

ЗУ заговорила так, что у меня внутри всё отозвалось — зубы, рёбра, позвоночник. Очередь полоснула по шее, по плечу, по боку. Дракон дёрнулся. Не от боли — от раздражения, как лошадь дёргается от осы. Но этого хватило, чтобы он на секунду повернулся ко мне, а не к людям внизу.

Я бил, пока не начал понимать рисунок.

Не уязвимость — нет. Но логику движения. Как он прикрывает горло. Как дёргает шеей перед броском. Как разворачивает корпус — всегда с небольшим опережением вправо, будто левая сторона чуть менее подвижна. Всё это было одновременно звериным и каким-то слишком расчётливым. Как будто передо мной был не просто зверь, а механизм, которому зачем-то выдали плоть.

Потом боекомплект кончился.

Я спрыгнул, рванул к другой машине и полез внутрь. Под сиденьем — РПГ.

Руки работали быстрее головы.

Пока я заряжал, вокруг всё окончательно слетело с катушек. Кто-то просил эвакуацию трёхсотых. Кто-то матерился так, будто этим можно остановить конец света. Дракон метался среди огня и металла, добивая всё, что ещё двигалось, — спокойно, методично, как инженер, устраняющий неисправности на объекте.

Когда я выпрямился с гранатомётом, он уже был рядом.

Слишком рядом.

Он опустил голову почти к самой земле и открыл пасть.

Время в такие секунды действительно замедляется. Не как в дешёвом кино — просто успеваешь увидеть больше, чем должен. Чёрный блеск глаз: без зрачка, без белка, просто чёрное, как провал. Свет внутри глотки — нарастающий, пульсирующий, живой. Дрожь воздуха перед огнём, ту самую вибрацию, которую кожа чувствует раньше глаз. Кровь у себя на рукаве. Камень под ботинком. Пальцы на трубе РПГ — будто чужие и при этом абсолютно точные.

Я вскинул гранатомёт.

Прицелился ему прямо в пасть.

И выстрелил.

В ту же секунду он ударил в меня пламенем.

Грохнуло так, что мир разлетелся на белую вспышку, огонь и пустоту.

А потом подо мной исчез мир, и я полетел в такую темноту, для которой у человека не придумано ни одного правильного слова.

Глава 3

Я падал долго.

Слишком долго для любого нормального падения.

Сначала мне казалось, что это остаток удара — посмертная инерция сознания, которое ещё не успело понять, что его больше нет. Потом стало ясно: тела нет. Нет воздуха в лёгких. Нет тяжести рук, спины, ног. Нет даже боли. И всё равно оставалось ощущение, что я лечу вниз именно спиной, будто где-то в этой бесконечной тьме ещё существуют верх и низ, и я медленно проваливаюсь туда, где их уже быть не должно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.