Александр Томчин – Парацельс. Гений или шарлатан? (страница 35)
План Михаэля был хорошо задуман, но провалился. Он дал себе клятву, что отомстит эрцгерцогу за брата. Предателя найти не удалось. Это был Шранц, которому удалось поработать двойным агентом – и на мятежников, и на власти. Гайсмайеру пришлось отказаться от вторжения в Тироль. Но он с начала года развернул работу не только в Тироле, но и в Зальцбургском архиепископстве, чтобы атаковать эрцгерцога одновременно с двух сторон. В результате там вспыхнуло второе восстание крестьян против кардинала Ланга в области Пинцгау.
Гайсмайер решил присоединиться к повстанцам в Зальцбурге. Поскольку за ним следили шпионы эрцгерцога, Михаэль разделил своих людей на маленькие группы и, обойдя Глурнс, по тайным горным тропам провел их в Пинцгау. Сам он шел с группой из девяти человек. Это был труднейший марш – им пришлось пройти около 300 километров по крутым тропинкам и склонам, через леса и ручьи, заснеженные и отдаленные горные перевалы. Двигаться приходилось, как правило, в темноте. Фонари или факелы можно было зажигать только в том случае, если их не было видно из долины. У бойцов не было ни компасов, ни часов, а порой и карт. Но поход увенчался блестящим успехом. Когда власти узнали о тайном передвижении войска, они уже не могли ему помешать.
В Пинцгау царило ликование: отряд Гайсмайера соединился с крестьянской армией. Михаэля обнял командующий, легендарный Петер Песслер, с освобождения которого в Тироле началось восстание. В его палатке они обсудили ситуацию.
– Привет, Петер! Куда ты пропал после того, как оказался на свободе?
– Мне пришлось долго лечиться.
– А как теперь со здоровьем?
– Как видишь, оклемался.
– Что у вас тут делается?
– В отличие от первого восстания в Зальцбурге, нас не поддерживают большинство горожан и шахтеров. Но мы обыграли Ланга и захватили перевал Луэг – узкий проход через горный хребет. Мы хозяева в Пинцгау. Воюем и в другой области – в Понгау. Там к юго-востоку от Зальцбурга держится только Радштадт на границе со Штирией. Мы начали его осаду еще в середине апреля, но город не взяли.
Михаэль, разглядывая карту, подтвердил:
– Да, в Радштадте ключ к успеху восстания. Из этой крепости можно контролировать дорогу через перевал в горах. Иначе нам не спастись от войск Швабского союза. Под Радштадтом командует нашей армией Кристоф Зетценвейн. Почему он не ответил на мое последнее письмо?
– У меня для тебя скверная новость, Михаэль! Зетценвейна и его помощника только что казнили…
– Как казнили? Кто? За что?!
– Его люди, крестьяне. У них потери, а взять крепость не удается. Вместо него пока выбрали Маркса Нойфанга. Но ему это не по силам, и он очень напуган.
– Это же дикость! Если командир не справляется, его отстраняют. А убивать-то зачем?
– Я ничего не мог поделать. А ты хорошо знал Зетценвейна?
– Только по переписке.
– Скажу тебе по секрету: это был Штофель Ганнер, который работал с тобой в комитете Бриксена. Он спасся бегством из Тироля и изменил имя.
– Боже мой!! Это же один из моих лучших друзей! Он помог мне сбежать из тюрьмы в Инсбруке!
– Михаэль, без тебя нам не взять Радштадт. Начни, а потом мы поможем.
Песслер с большей частью армии остался в Пинцгау, а Гайсмайер со своим отрядом и частью людей ушел к Радштадту. Обороной крепости руководил граф Кристоф фон Шернберг. Против пяти тысяч мятежников у него было лишь 150 наемников, но его поддерживали горожане, и они не собирались сдаваться. Самодельные пушки мятежников с деревянными стволами выдерживали лишь слабый заряд и не могли пробить толстые стены крепости. Повстанцы выбрали Гайсмайера командующим, и он собрал командиров отрядов.
– Что тут у вас творится? Это же армия, а не бордель! По лагерю бродят женщины, солдаты веселятся, пьянствуют, играют в кости и в карты.
– К сожалению, это так, но что делать? Есть случаи подкупа и измены, – ответили ему. – Люди приуныли. Хорошо хотя бы, что тебе они верят.
С приходом Михаэля удалось навести порядок, и 4 июня повстанцы начали штурм. К стенам было не подступиться: их окружал широкий ров. К ним приставляли высокие лестницы, но защитники крепости их сбрасывали. Нападавшие пытались засыпать ров или сделать подкоп, чтобы взорвать стену. Однако им на головы горожане бросали камни, лили кипяток и горячую смолу. Михаэль приказал соорудить для защиты своих людей мощные деревянные щиты. Это снизило потери, но не предотвратило их. Одолеть Радштадт оставалось только блокадой и голодом.
В июне на помощь городу из Шладминга пришла армия Швабского союза. Михаэль провел с помощниками совещание. «Враги могут пройти в горах только через перевал Мандлинг. Им надо дать бой, защитить перевал», – предложил Нойфанг, и многие его поддержали. Но Гайсмайер уклонился от открытого боя и увел свое войско в Альтенмаркт. Часть людей он спрятал в лесу.
Филипп Штумпф, командир отряда Швабского союза из 1600 человек, оставил свой обоз с продовольствием позади и поспешил вперед – скорее завоевать перевал. К его изумлению, он беспрепятственно прошел по нему, но за его спиной повстанцы снова заняли перевал. Штумпф оказался в ловушке. Его попытка вырваться из окружения провалилась, и значительная часть ландскнехтов погибла. Часть солдат Штумпф провел в город, но там его упрекали: лишние рты были не нужны. Обоз наступавших захватили повстанцы.
Это была замечательная удача! Но время шло, и у Гайсмайера возникли проблемы с поставками. Помощь, обещанная Песслером, не пришла. Войско Песслера в сражении с армией Швабского союза при Целль ам Зее было разгромлено и разбежалось. Гайсмайеру пришлось отказаться от осады Радштадта. Через перевал Санкт-Иоганн он увел своих бойцов от преследования на запад. Вскоре к нему присоединился с группой мятежников Песслер. От армии остались лишь около двух тысяч человек. Часть повстанцев попала в плен к кардиналу Лангу, двести из них были повешены или обезглавлены. Радштадт получил от Ланга титул «неизменно преданного города» и вечное право на формирование собственной гвардии.
Гайсмайер с войском пересек главный альпийский хребет и подошел к Лиенцу, важнейшему городу восточного Тироля. Как примет их население к югу от Альп? Городской совет открыл ворота крестьянской армии и согласился бесплатно накормить две тысячи солдат. Уставшие, голодные бойцы, подтянувшись, строем входят в город. Впереди шагают Михаэль Гайсмайер, Петер Песслер с другими командирами и Штефан, ученик Парацельса, которому пришлось немало повозиться с ранеными. Воины маршируют и поют под звуки труб и барабанов:
Жители подпевают и кричат: «Добро пожаловать!» Бойцов встречают с цветами. Повстанцы проходят к рынку. Там для них накрыты столы, жарится мясо на вертелах – горожане не пожалели быков. Гостей угощают пивом и вином. Два городских советника перешептываются:
– Посмотри! Это же настоящее чудо! Да еще с их оружием! Как они прошли через горы и ускользнули от преследования?
– Я дал горожанам совет: не выпускать из дома женщин и держать порох сухим.
– Брось, ничего не случится! Так обещал Гайсмайер. Он не только умеет воевать, но и не бросает слов на ветер.
Михаэль стал знаменитым даже среди врагов. Симпатии многих простых людей оставались на его стороне, но к его армии мало кто присоединялся. Cтало ясно, что в ближайшее время нового восстания в Тироле не будет. Второе восстание в Зальцбурге, ставшее последним этапом Великой крестьянской войны в Германии, потерпело поражение.
Как это объяснить? Гайсмайер видел в происшедшем и свою вину. В Бриксене, когда восстание было в разгаре, время было упущено. Репрессиями и штрафами властям удалось запугать людей и подавить протест. При въезде во многие города можно было увидеть виселицы с разлагающимися трупами повешенных или эшафот с водруженными на нем отрубленными головами, руками и ногами. Крестьянам не хватало денег и вооружения. Они, как правило, не умели воевать и не смогли объединить свои силы.
Все это знал Гайсмайер. Но он видел и другую, главную причину происходящего. Большинство населения не было готово воевать против эрцгерцога, императора и князей – в их глазах помазанников Божьих. Так устроены большинство людей – они согласны многое терпеть ради стабильности, покоя для себя и своей семьи, мирного труда и во имя любых идей не хотят рисковать жизнью до тех пор, пока она не станет уже совершенно невыносимой.
Времени для размышлений не было. Петля на шее повстанцев затягивалась. Их преследовала армия эрцгерцога под командованием Мерка Зиттиха, «истребителя крестьян». По его приказу для их устрашения после поражения восстания у Бодензее 50 пленных связали в длинную цепь и оставили умирать под открытым небом от холода и голода.
Михаэль собрал свое войско, чтобы обсудить два варианта действий. Можно было двинуться в Южный Тироль и попытаться поднять там восстание либо перейти на территорию Венецианской республики, которая согласилась принять повстанцев. Михаэль предложил второй вариант, и за это решение проголосовало большинство.