Александр Ткаченко – Слава королю Грифу (страница 10)
– Ты никому ничего не сказал?
– Тсссс. Зачем людей беспокоить?
– Ясно.
Ненадолго нависла тишина, игроки переглянулись друг с другом, а затем разразились хохотом. Якоб, уже готовый к поражению, с облегчением выдохнул. Но как только всё почти обратилось в шутку, снаружи послышались мужские голоса «Мёртвые идут! Поднимайтесь! Мёртвые идут!»
– Ну, господа, приятно было поиграть. Думаю, если дело принимает такой оборот, то нужно думать в первую очередь о безопасности. Моя спутница была права, зря мы её не послушали. Мы пойдем посмотрим, насколько всё серъёзно, а вы идите домой, обнимите близких, поцелуйте в лоб детей, заприте двери, вы знаете, что делать.
Всю эту тираду Якоб складывал колоду, забирал розданные карты, сметал со стола ставки, всё на глазах ошеломлённых соперников. Когда стол опустел – на всё ушло не более минуты – он выскочил на улицу, и уже оттуда раздалось «Винтер, не опаздывай, нам нужно торопиться.»
Амалиэль держался на тропе. Почва была годами утрамбована и здесь он хотя бы оставался уверенным, что под ним не появится и не схватит очередной неспокойный умерший. Он уже потерял счёт всех тех, кого снова отправил в землю. Многие, после его, как казалось смертельных, ударов снова начинали шевелиться чуть позже. Успокаивало только то, что эффективность они всё же теряли – кости не срастались обратно, сломанные руки не хватали с той же прытью, сломанные ноги не позволяли быстро приблизиться. Нежить широким фронтом всё так же двигала в сторону города, а он ничего не мог с этим сделать. Не было видно ни стражи, ни церковников, ни, хотя бы, убегающих горожан. Отступая шаг за шагом, Амалиэль то и дело совершал выпады по тем, кто отделяется от общей толпы, стараясь целиться в ноги, чтобы замедлить ход трупов. Почти всегда этот манёвр заканчивался очередным мёртвым телом, повисшим на его щите. И, конечно, каждый выпад стоил сил, которые и без того уже были на исходе. Даже молитвы он говорил уже про себя, пытаясь восстанавливать дыхание.
– Амалиэль! – раздалось за спиной. Не оборачиваясь, чтобы не отвлекаться от сражения, священник попытался крикнуть что-то в ответ, но в этот момент очередной удар в щит оттолкнул его назад, и из лёгких вырвался только сдавленный крик, нежели что-то вразумительное. Для Леонарда этого было достаточно, чтобы сориентироваться в тусклом лунном освещении. Пока он бежал, он видел вереницы идущих мертвяков. По его оценке, таким темпом они доберутся до города за ближайшие десять минут. Вполне хватит, чтобы сбежать с города, если уходить прямо сейчас. Но его беспокоил рассказ Винтер о кошке – где одно воскресшее животное, там будут и другие, и вот они скорее всего будут побыстрее. Леонард добрался до Амалиэля и теперь мог лучше оценить ситуацию: доспех уже не блистал, залепленный грязью и кусками гнилой плоти, местами покрытый царапинами от костей. Малыми шагами священник отступал, в ударах прослеживалась усталость, удар заканчивался не контролируемо, инерция тащила навершие дальше. Каждый промах мог быть последним.
– Амаль, бежим! Ты не сдержишь всех!
Могло показаться, что этого хватило: Амалиэль сделал на несколько шагов больше, дистанция между трупами и священником увеличивалась. Но затем, с очередным кличем, он вновь ринулся в атаку: ещё удар и тело с перекошенным туловищем отлетело в кювет.
– Твою же мать, святоша ты фанатичный!
Лео взвёл арбалет, зарядил болт и выстрелил в ближайшего к Амалиэлю скелета. Снаряд выбил рёбра в том месте, где должно было быть сердце, но скелет, естественно, продолжил идти.
– Отступи! Мёртвый ты не поможешь никому! Чёрт, даже наоборот, мёртвый ты восстанешь и нападёшь на своих!
Говорил он это перезаряжая арбалет. Всё это время толпа двигалась навстречу, рычание, идущее неизвестно откуда, становилось монотонным и ужасным гулом, запах гниения выбивал слёзы из глаз. К моменту, как они поравнялись с Амалиэлем, ещё два болта сорвалось с арбалета, но эффективность была той же.
– Всё, уходим! Посмотри туда, там уже перекрыта дорога мертвяками. Хочешь помочь городу? Помоги им уйти.
Священник тяжело дышал. Лицо не было повреждено, остальное успешно закрыл доспех, но усталость брала своё.
– Хорошо. Бежим.
– Ну слава в кого-ты-там-веришь! Идём к складам, там остальные.
Якоб и Винтер бежали к складам по пустым улицам. С тем количеством шума, которые подняли двое городских ребят, то, что никто не проснулся казалось странным. На краю линии света виднелись шатающиеся тела и девушка была уверена, что когда-то рисовала это на одной из своих карт. Бегать от дома к дому, чтобы удостовериться, что люди их слышали заняло бы слишком много времени, Винтер решила рискнуть, что двое мужчин всё-таки смогут разбудить местных.
Ближе к складам было слышно суматоху: голоса, лязг затворов, крепкие удары по древесине. Группа торговцев, среди которых Луриэн, пытались открыть ворота.
– Почему так долго? Хотите сказать, что здесь замки, с которыми никто из вас не может справиться?
– Слушай, одно дело – сломать замок. Но нам же не это надо?
– Если так продолжится, то уже и сломать можно. – с этими словами Луриэн направила руку на замок – между пальцами собралась вода, затем несколькими иглами сорвалась с пальцев в сторону засова.
– Да!!! Ты не только понимаешь в магию, ты ещё и умеешь в неё! – восклицание Якоба обратило внимание остальных на новоприбывших. Всех, кроме Луриэн – она, увидев безрезультантность своего заклинания, готовила новое.
– Что вы тут делаете?
– Спасаем наше барахло.
– Сейчас? Надо бежать!
– Конечно, сейчас! Знаешь, когда ничего не происходит, ничего и спасать не нужно. Когда, если не сейчас?! Не отвлекай.
Очередное заклинание искрами рассыпалось о дверь, не оставив на замке ни следа. «Из чего они это делают, я не понимаю» – пробормотала Лур себе под нос. Чтобы её никто не отвлекал, гном (один из торговцев) оттянул за рукав Винтер подальше:
– Для торговца его вещи – его жизнь. Если, конечно, ты не из дома Золота, там можно много чем пожертвовать и не почувствовать. Но для остальных – какой нам толк жить, если всё, что остаётся это долги и потерянная репутация?
– Тогда, если позволите, я могу открыть вам эти двери? За символическую плату – предложил Якоб.
Ещё одно заклинание, и всё так же без следа. Луриэн готовила следующее, но гном уже без надежды смотрел на эту дверь. За стенами дальнего склада раздались первые звуки боя, но не было видно участников сражения. Тем не менее, становилось ясно, что времени у них намного меньше, чем сперва хотелось.
– Процент с выручки от проданного?
– Десять.
Гном опешил от наглости предложенного, было видно, что он готов бросить всё исключительно ради своих принципов, но из-за стен раздался жуткий, неестественный вой, вернувший его в реальность происходящего.
– Четыре и мешочек золота я дам прямо сейчас.
– Идёт – с улыбкой ответил Якоб, доставая из жилета какой-то свёрток.
Луриэн, слушая происходящее, выпустила последнее заклинание в землю, чуть поодаль от угла склада. На её лице было очевидно не столько разочарование, сколько гнев от полного провала её магической затеи. Якоб подошёл к дверям и развернул свой свёрток – внутри была внушительная коллекция отмычек. Он встал на колено перед замком и начал подбирать нужный ему инструмент.
– Пф, и это наследник Церингенов? – с пренебрежением бросила Луриэн, глядя на происходящее.
– Ты только что пыталась сломать его грубой силой.– ответил Якоб не отвлекаясь от замка. Он, наконец, смог выбрать ту, что по его мнению подходила для работы. – Разница между мной и тобой, что мне хотя бы хватает изящества подойти к вопросу с умом.
– Надеюсь тебе хватит ещё и времени. Смотрите туда! – Винтер указывала на дорогу. Справа и слева от пути показались показалась толпа трупов. Только сама дорога оставалась пустой, но через несколько моментов стала понятна причина: все увидели Лео и Амалиэля. Сдерживая щитом два тела, священник пытался повернуться так, чтобы дать прямую линию для прикрывающего его де Кроу.
– Вы уверены, что вам так нужно ваше барахло?
– Да! – хором ответили все торговцы.
В замке послышался щелчок, все взгляды направились на Якоба, но он только покачал головой – «Здесь ещё четыре цилиндра, это не так быстро, как вы надеялись.»
– Что б вас и ваши товары. Лур, пригляди за ним. Я к брату!
– Почему я должна..?
Закончить она не успела – Винтер бежала навстречу к брату, доставая из-за пояса привычные ей ножницы. На вопрос, всё так же не отвлекаясь от звонка, ответил Якоб:
– Не должна, просто так тебе будет спокойнее, что никто не угонит твои вещички, а мне спокойнее, что никто не сожрёт меня. По-моему все в плюсе, нет?
– Не отвлекайся со своей болтовнёй! – затем она повернулась на гнома, который нервно ходил из стороны в сторону. –Карл, а что там со стойлами?
– Закрыто, Лур. И тихо там.
– Тогда давайте хоть там замки снимем, в конюшне кому какое дело? А мы не на плечах же понесём.